Девушка с зелеными глазами - Собиан Б. Хайес

Стоя, наклонившись над раковиной и умываясь холодной водой, я понемногу приходила в себя. В желудке ничего не осталось, потому что меня просто вывернуло наизнанку. Когда я наконец смогла выпрямиться, то чуть не закричала от неожиданности — позади стояла Женевьева, и, как в дешевых ужастиках, ее лицо отразилось в зеркале прямо передо мной. Я выронила сумку, и все ее содержимое рассыпалось и покатилось по полу. Я не осмеливалась наклоняться снова, боясь, что к голове снова подступит дурнота. Женевьеве пришлось присесть на одно колено и сгрести все обратно.

— Кэти, прости, я не хотела так тебя напугать. Миссис Хадсон волнуется за тебя.

— Все в порядке, — пробурчала я. — У меня просто заболела и закружилась голова.

— Тошнит? И глаза болят?

— Да, — проворчала я.

— Это мигрень, у меня тоже такое бывает. Лучше всего приложить к голове лед и прилечь в темной комнате.

Я согнулась пополам, почувствовав новый приступ тошноты, но в желудке у меня уже ничего не осталось. Меня бесило, что кто-то застал меня в таком виде, но я ничего не могла поделать.

— Тебе надо поехать домой. — Женевьева похлопала меня по плечу и сняла несколько волосков у меня с пиджака. — А я объясню миссис Хадсон, что случилось.

Она обвила меня одной рукой за талию и помогла дойти до двери, спросив, не хочу ли я вызвать такси. Она была такой доброй и предупредительной, что я испытывала просто невыносимое чувство раскаяния и даже зажмурила глаза.

— Все будет в порядке, — заверила я ее, хотя на самом деле мои ноги превратились в вареные макаронины. Мне срочно нужно было присесть.

Она подвела меня к ближайшему стулу, стоявшему перед канцелярией, и ушла вызвать такси по телефону.

— Я посижу с тобой на случай, если ты потеряешь сознание, — заявила она тоном, не терпящим возражений.

— Ладно.

Я решила попытаться разрядить атмосферу.

— Извини, что поначалу я вела себя неприветливо. Мерлин считает, что у нас с тобой много общего.

Она повернулась ко мне, и я снова была поражена необычайным цветом ее глаз. Они реагировали на освещение, и из круглых и сверкающих ее зрачки превратились в узкие щелки.

— Сходство — это часть нашей с тобой проблемы, Кэти.

— Разве?

— Конечно. Здесь просто не хватит места.

— Места для чего?

— Для нас обеих. Ты должна признать это. И я хочу остаться здесь.

Происходящее превращалась в какую-то фантасмагорию. Она говорила мне ужасные вещи, но при этом с ее лица не сходила улыбка, широкая, как у чеширского кота.

Мне снова стало хуже.

— Я не знаю, что ты имеешь в виду, и не желаю ввязываться в какие-то жалкие игры. Просто расскажи Ханне и Нэт, что случилось и почему я не смогу прийти обедать с ними.

— Они не настоящие друзья тебе… ты просто дополнение для них… ты же не можешь сближаться с людьми… скучная благоразумная Кэти. Ты могла бы расправить крылья и взлететь, но ты даже не знаешь как…

— Что за…

Она резко изменила тон, и я с ужасом услышала в нем неприкрытую ненависть.

— Я — это все то, чем ты никогда не будешь, и я проживу твою жизнь вместо тебя.

Раздался автомобильный гудок, я вскочила и направилась к такси. У меня за спиной послышалось какое-то шевеление, и я резко замахнулась, а затем ладонью ощутила удар обо что-то нежное. Раздался вскрик, но я оглянулась лишь один раз, когда такси уже отъезжало, и успела увидеть обескураженных Нэт и Ханну, которые успокаивали плачущую Женевьеву.