На прибрежье Гитчи-Гюми - Тама Яновиц

– Добрый вечер, Евангелина! – сказал полицейский, сидевший за столом.

Это был Гарри. Мы называем его Гарри, хотя он предпочитает, чтобы его звали мистером Николсом. Я раньше никогда не видела его в форме. Собственно говоря, я даже забыла, что он полицейский.

– Ой, Гарри! – сказала мамочка. – Мы попали в ужасное положение.

Он приосанился.

– Ты больше на меня не сердишься?

– Разве что чуточку, – сказала мамочка. – Пожалуй, хороших воспоминаний все-таки больше, чем плохих. Помнишь, как мы разделись догола, забили косяк и завели ту идиотскую пластинку, которую я откопала на распродаже Армии спасения? – Рыжий полицейский в углу захихикал. – Кстати, эта пластинка, я не у тебя ее оставила?

– Моя пластинка с румбой! – воскликнула я. – Я-то думала, куда она задевалась. Это же моя пластинка. А я грешила на Пирса!

– Может, я ее под кровать засунула? – сказала мамочка.

– Давай сейчас не будем это обсуждать, – сказал Гарри. – Я при исполнении. Так в чем проблема?

– Он не мог поддерживать интимные отношения, – призналась мамочка.

– Мам! – одернула ее я. – Не желаю ничего об этом слышать.

– У него проблемы с простатой, – сказала мамочка. – Отсюда и импотенция.

– Ага, конечно, – презрительно бросил Гарри.

– Почему вы к нам больше не заходите, Гарри? – спросила я.

– Потому что твоя мама сумасшедшая, – сказал он. – По-моему, она шизофреничка. Не я один так думаю. Да вы все не вполне нормальные.

– Старый козел! Импотент! – сказала я, усаживаясь на скамью у стены.

– Куда-то нас не туда заносит, – сказала мамочка. – Гарри, давай не будем бередить прошлое. Ты же знаешь, я всегда считала тебя очаровательным мужчиной. Может, ты просто не находил меня привлекательной, откуда мне знать? Впрочем, я всегда полагала, что настоящий мужчина может оттрахать все, что движется.

– Евангелина, хватит бесед на посторонние темы! – сказал Гарри. – По какому делу ты здесь?

Мамочка застыла как вкопанная – ясно, напрочь забыла. Она начала судорожно рыться в сумочке.

– Вы только посмотрите! – сказала она, достав два засахаренных орешка, один бледно-розовый, другой белый. – Миндаль «Джордан». Он помогает мне сосредоточиться. – Она сунула орехи в коралловые уста и запела:

Река Иордан глубока, широка,

Аллилуйя!

Мед с молоком на ее берегах.

Аллилуйя! —

Кто-нибудь хочет миндаля?

– Черт! Какой ужас! – вдруг воскликнула я.

– Что такое? – спросила мамочка.

– Я только что сообразила, что лорд Саймон тоже не выходил из библиотеки.

– Какой лорд Саймон?

– Ну тот, англичанин. Он еще поселился в доме на шоссе, и его укусил коричневый паук-отшельник. Он настоящий лорд, из старой доброй Англии.

– Его укусил коричневый паук-отшельник? – спросил Гарри. – А он знает, как это опасно? Только вчера я отобрал кое-какую литературу по этому вопросу. Велел Фреду ознакомиться.

Он указал на птицеобразного персонажа в углу. Я ему подмигнула. Персонаж позеленел.

– Привет, Фред! – сказала я.

– В каком смысле лорд не выходил из библиотеки? – спросила мамочка.

– Когда после припадка Эдварда ты собралась позвонить Пирсу, его светлость направился в библиотеку почитать «Энциклопедию птицеводства». Интересно, разведение домашней птицы поможет избавить округу от пауков-отшельников? Кажется, птицы едят насекомых.

– По-моему, куры жуков не едят, – сказал Гарри.

– Куры все едят, – сказал из угла Фред.

– Неужели? – спросила я. – Едят ли куры, к примеру, яйца? А кур они едят?

– Мы раньше держали кур, – сказал Фред. – Мы их кормили зерном, но если они разбегались, то ели все дерьмо, какое им только попадалось.

Мне чуть дурно не стало.

– От некоторых слов меня просто тошнит.

– Меня тоже, – сказала мамочка. – Вот, Гарри, видишь, каких замечательных детей я воспитала?

Гарри с омерзением покачал головой.

– Мне довольно трудно уследить за вашим рассказом, – сказал он.

– У мамочки есть приятель, Эдвард, – сообщила я. – Он пошел в библиотеку. У него случился припадок. Библиотека закрылась. Он из нее не выходил. Саймон, лорд какой-то там, фамилии не помню, наш сосед из Англии, вернулся в библиотеку почитать «Энциклопедию птицеводства» – это справочная литература, на дом ее не выдают. Оттуда он не выходил. Библиотека закрыта, и в ней заперты два человека. Один эпилептик, а второй укушен ядовитым пауком.

Гарри вскочил и схватился за голову.

– Этого еще не хватало! – воскликнул он. – Так, дайте подумать, у кого может быть ключ.

– По-моему, у нас имеется комплект всех ключей, – сказал Фред.

– Не так все просто, – ответил Гарри. – Библиотека поставлена на сигнализацию. Стоит открыть дверь – она включится. Где-то у меня была бумажка с кодом. – И он принялся шарить по ящикам стола.

– Ой, какой кошмар! – сказала я. – Кажется, у меня на подбородке вскочил огромный прыщ.

– Теперь тошнит меня, – сообщил Фред.

– Да кого это колышет? – ответила я.

– Мод! – воскликнула мамочка.

– Кажется, это охранная фирма, отвечающая за Тринадцатую автостраду. Фред, где телефон «Юниверсал секьюрити»?

– Лейтенант, вы что, забыли? На прошлой неделе к ним в офис залезли. Они теперь номер меняют, – сказал Фред. – Их менеджер сказал, что они больше не будут давать его в справочные службы.

– Мама, почему ты так уверена, что твой жених все еще там? – спросила я. – Может, он вышел вместе с миссис Хартли через служебный вход и укатил с ней.

– Укатил с миссис Хартли? Ты что, полагаешь, он мог, едва успев сделать мне предложение, укатить с библиотекаршей?

– Кто его знает, – сказала я. – Не забывай, у него с головой не все в порядке.

– Идея! – сказал Гарри. – Позвоню-ка ей. У нее наверняка записан код. Она хотя бы скажет, там ли эти двое.

Зазвонил телефон, Гарри снял трубку. Пока он болтал, я подошла к стене почитать, что написано на плакатах. Я сослепу решила, что это объявления о найме. Но там было фото Эдварда и сообщение о том, что ордер на его арест уже выписан. Его обвиняли в ограблении нескольких придорожных магазинчиков в нашем штате и в двух соседних.

– Мам, погляди!

Мамочка встала и подошла к плакатам.

– Очень интересно, – сказала она. – Никому ни слова.

Гарри повесил трубку.

– О чем никому ни слова? – спросил он.