Три сестры со своими молитвами - Олег Павлов

– А вы, простите кто? – спросил Стас. Ребята явно замешкались, они не ожидали в таком захолустье встретить такую красавицу.

– А я живу здесь, и прошу вас не ругаться, – вежливо сказала она.

– Так это мы к Вам приехали? – спросил Владимир, воткнув лопату в землю.

– К нам, – улыбнулась она, – я ждала вас. Завтра на обряд все втроем приходите, хоть убийца только один из вас, вы все хороши.

– Не понял, – сказал Максим.

– Поймешь, не переживай. Картошку выкопаете, отцу Петру отдайте, он на кухню отнесет, только торопитесь, ужин скоро, а вы еще ничего не накопали, – она скрылась куда-то вглубь дома.

– Вот так-так, – сказал Максим.

– Да уж, надо копать пошустрее, – согласился Владимир, и они принялись за дело с куда большим энтузиазмом, без перекуров и болтовни за полчаса они накопали по ведру картошки, и в тот момент подошел отец Петр.

– Держи, отец, – протянул ему ведро Стас.

– Помогите, – сказал Петр, взяв ведро. Ребята взяли два других ведра, и пошли с ним в дом, там Петр отнес картошку на кухню, где сидели несколько женщин, которые сразу принялись начищать ее.

– А почему отец? – спросил Стас у Петра, когда тот вышел на улицу.

– Потому что я в церкви всю жизнь отслужил.

– А что разве Вам пить можно и курить? – спросил Максим.

– Все можно, что Бог создал, – ответил Петр.

– А что ж тогда с церкви ушли? – не унимался Макс.

– То, что церковь ее за ведьму считала, а я не считал, она помогает людям, и не по своей воле, а по Божьей. И когда она тут начала обряды проводить, знаешь, сколько нечисти набежало, и каждая помеху чинила, а я отбивал ее.

– Это как? – заинтересовался Владимир.

– Как, – выдохнул Петр, – пойдем, покажу. Петр направился на задний двор, там ребята еще не были. В том дворе была небольшая деревянная постройка типа сарая, они вошли внутрь, там увидели узенькую кровать вдоль стенки, небольшой столик с иконами, иконы были и на стене, а на столе стояла лампа, которая освещала открытый посредине блокнот.

– В этой книге, я записал все способы борьбы с нечистью, – сказал Петр, – я их долго искал и нашел, в Библии целая глава была про это, ее вырезали, чтоб людей не втравливать. Но в одной церкви глава была, перевел ее монах из Волгоградской области, оригинал спрятал в пещере в своей келье, там его и похоронили. Кельи тогда просто цементировали, как могила получалась, где он жил, там и похоронен, и оригинал записей там остался, а я тогда нашел его, это было двадцать лет назад, я еще не жил у нее. Нашел я записи, взял свечу и за ночь без продуху все переписал. Приехал назад в деревню, стал пробовать, что там написано, заклинания читал. Начал с того, что посмотреть помогает на нечисть. И увидел, что тут на самом деле одна нечисть и была в деревне. Стал биться с ними. Изучал заклинания, пробовал, мне тоже досталось, – он задрал свою обвисшую футболку, на теле было четыре шрама, словно от большой лапы, – Отбывался несколько недель, всех осилил, и нашел там про нее, – пальцем он указал на дом, – историю. Все здесь, – он потряс блокнотом. И тогда я от церкви отказался, потому что Бог чист перед нами, а церковь все исковеркала. Дай сигарету, – обратился он к ребятам, сразу к троим.

Стас протянул ему сигарету и ждал продолжения с приоткрытым ртом. Но продолжения не было.

– И как тут не закуришь? – улыбнулся Петр.

– Можно посмотреть на Ваши записи? – спросил Владимир.

– Нет, – Петр схватил дневник, засунул его под пояс и сказал, – пошли к столу, скоро ужин подадут. И водочки возьми к ужину, – он покосился на Стаса.

– А что, она разрешает водочки? – спросил тот.

– И водочки и покурить не забудь. Немного можно, потом еще в баньку перед сном – милое дело,– Петр насвистывая направился к выходу, ребята пошли за ним.

Стас подошел к машине. Солнце еще не зашло, и он обратил внимание на багровый оттенок горизонта. Ему хотелось в тот момент, чтобы такое чистое красноватое и беззаботное небо всегда сопровождало его. Но закат длится несколько минут и пока он доставал водку и сигареты из багажника, солнце все глубже пряталось где-то за горизонтом.

Вскоре он вернулся ко входу в дом, где его ждали Макс и Владимир.

– Пора к столу, – сказал Макс, – уже звали.

Они вошли в дом, слева от входа увидели кухню, небольшое помещение, во всю длину стол. На столе уместилось около двух десятков блюд, свежие салаты из огурцов и помидоров, два больших чана картошки, которую они сами же и выкопали, свежий, еще теплый хлеб и ни одного кусочка мяса.

Ребята и Петр сели около входа, там же сидели еще трое мужчин. Лет около пятидесяти, седые. Один из них весь был в синих наколках, видневшихся из-под свободной рубашки, а двое других, похоже, были братьями, как показалось Владимиру. В дальней части сидели женщины. Те были разных возрастов и в различных одеяниях. Кто-то постарше, кто-то поярче, кто-то скромнее. Во главе стола сидела та самая ведьма, которая в окно сделала замечание Стасу. Сейчас Владимир разглядел ее лучше и она понравилась ему еще больше, чем днем.

– Вы водку будете? – спросила она у трех мужчин.

– Если можно, – сказал тот, что в наколках, – для снятия стресса.

– Поставьте бутылку, и много не пейте.

Стас вытащил из-под стола бутыль водки, откупорил пробку и заметил, что около мужчин уже стоят рюмки, которые еще несколько минут назад он не видел. Он разлил на семь персон. В то время ведьма произнесла что-то на латыни.

– Молитва, – шепнул Петр, так, что его хриплый голос услышали все за столом.

Затем ведьма сказала:

– Накладывайте, кто сколько хочет.

– А мясо будет? – спросил Максим.

– Можешь своему другу руку отрезать и съесть, если мясо любишь. Я плотью не питаюсь и никому не разрешаю, – проворчала ведьма.

– Это почему? – спросил Максим. Владимир стукнул его по ноге под столом, но было уже поздно.

– Все живое должно жить, а не гибнуть ради вкусов, – ответила она.

Максим промолчал.

Все разложили себе горячую картошку, понемногу наложили салаты и приступили. Мужчины не чокаясь, выпили водку, закусили свежим ужином, и настроение у всех стало подниматься. Ужин длился не долго, за это время ушла одна бутылка водки и почти вся картошка, женщины ели поменьше. Еды хватило на всех.

Затем мужчины вышли на улицу, направились к беседке, и там все семеро, свободно рассевшись, закурили «Приму».

– А вы кого завалили? – спросил тот, что в наколках, рассматривая ребят.

– Дедулька, под колеса попал, – ответил Стас.

– А мы, – Максим указал на себя и на Владимира, – рядом были, поддержать приехали.

– А как же дедулька к тебе под колеса попал? – спросил Петр.