Серое зеркало - Андрей Жвалевский

– Ладно, проехали, – бурчит он. – Ты теперь куда?

– Не знаю, – легко пожимает плечами. – Надо пару статей добить, а так… Может, отдохну недельку на каком-нибудь Гоа.

– Так смотайся к отцу, – предлагает Миша. – Сонька тебя обожает, да и Нина… нормально относится. Не то что ты к ней.

– Последняя жена должна быть хотя бы на пять лет старше первого ребенка, – назидательно говорит Оля. – А ты ее старше! Но ты прав! Надо старика порадовать!

У Оли в сумочке оживает телефон, она ловко достает его, отвечает на вызов:

– Да… Доброе… Да, это я…

Оля удивленно смотрит на брата.

– Прямо вот так?.. Ладно, а где и когда?

* * *

Оля сидит за столиком в кафе, сосредоточенно читая что-то на экране нетбука, периодически что-то правя или переписывая. Официант забирает пустой стакан из-под сока, ставит полный. Оля благодарит его кивком с рассеянной улыбкой. Напротив нее усаживается раскрасневшийся мужчина – тот, кого Константин называл подполковником СБУ.

– Здрасьте, – говорит он, подавляя одышку. – Простите за опоздание! Никак не запомню, что в Москве на такси ездить нельзя. Особенно из аэропорта.

– Вы Василий Богданович? – уточняет Оля.

– Да, группа компаний «Укрнафтаинвестгрупп», – Василий Богданович выкладывает перед Олей визитку.

– Вам бы над ребрендингом поработать, – улыбается Оля, пытается прочитать. – Укр… нафт… М-да…

– Я как раз по этому поводу.

– Погодите, – настораживается Оля, – вы же говорили что-то про предложение, которое журналист получает раз в жизни…

– Да-да, – Василию Богдановичу приходится отвлечься на официанта, который принес меню. – Воды без газа, пожалуйста! Много! И не очень холодной!

Он снова поворачивается к собеседнице.

– Наша группа решила серьезно изменить свой имидж, поменять название…

– Но я… – пытается встрять Оля, однако Василий Богданович не дает ей такой возможности.

– Нет-нет, ребрендингом будут заниматься совсем другие. А вы… скажите, вам фриланс не надоел?

– Не-а! – легко отвечает Оля. – Так я сама себе хозяйка. Пишу, что хочу.

– Но ведь не всё, что вы пишете, доходит до читателя, – Василий Богданович само участие.

– Всё! – уверенно отвечает Оля. – Что не берут СМИ, я в своем блоге публикую.

– И материалы про алмазную монополию? – голос Василия Богдановича становится вкрадчивым. – И про взятки в ФИФА?

– Ну, – Оля слегка смущена, – до ФИФА мы еще доберемся! А про алмазы мне посоветовали воздержаться… Сильно посоветовали. А откуда вы про этот материал вообще знаете? Я его почти никому не успела показать!

Василий Богданович не отвечает. Ему как раз принесли воду, он с наслаждением, очень вкусно выпивает целый стакан. Оля от нетерпения постукивает ногтем по столу.

– А хотите, – говорит наконец ее собеседник, – публиковать все, что считаете нужным? В большом серьезном СМИ? Печатная версия, плюс интернет-портал, плюс мобильное приложение.

– Все, что напишу? – усмехается Оля. – На большом ресурсе? Хотела бы я посмотреть на главреда, который на это пойдет.

– Вы правы, – кивает Василий Богданович, – главный редактор должен быть отважным… молодым, но при этом с заметной репутацией и большим опытом… с… как бы это сказать… цельным видением! И у нас есть только один кандидат на эту должность.

Оля слушает Василия Богдановича, раскрыв глаза. Она боится поверить в открывшиеся перед ней возможности.

– Вернее, кандидатка, – улыбается Василий Богданович.

* * *

Лев Петрович на своем рабочем месте, он внимательно читает бумаги из объемистой папки, лицо его непроницаемо. Напротив сидит Рита Наумова, молодая, красивая, подтянутая, с широко распахнутыми глазами, которые кажутся наивными. Впечатление это обманчиво. Внешность Риты вообще способна ввести в заблуждение любого, кто сталкивается с ней впервые. Даже ее настоящий возраст – 37 лет – определить на глаз невозможно.

Рита пытается уловить хоть какую-то реакцию шефа, но он продолжает методично просматривать одну бумажку за другой. Лев доходит до конца и говорит:

– Мало.

– Тут в основном годы, когда Рабцевич у нас работал, – оправдывается Рита. – После его увольнения нет почти ничего, только на его старших детей. Младшая совсем маленькая, она нам не поможет…

– Старший сын, – приказывает Лев.

– Да, я понимаю, – вроде бы соглашается Рита, но только чтобы поспорить, – он бизнесмен, домосед, его проще достать, но отцы обычно больше любят дочерей…

– Не умничай, – ласково говорит Лев Петрович, – простые решения – самые эффективные.

Рита поджимает губы, открывает папку, быстро и цепко выхватывает из нее нужные документы: копии личного дела Миши, фотографии его автомобиля, семейное фото, какие-то договоры, бухгалтерские документы. Лев Петрович любуется ее ловкими движениями, слегка наклонив голову.

– День рождения твоей мамы, – говорит он вдруг, – через три месяца. А ты послала на важное задание вместо себя этого… дебила. И даже толком не проинструктировала.

– Может у меня быть личная жизнь? – с вызовом отвечает Рита, не прекращая работы.

– Нет.

Рита неопределенно поводит плечом, наконец заканчивает отбор документов, укладывает в отдельную папку, рисует на ней маркером «NB». Встает и только после этого в упор смотрит на шефа.

– У вас нет женщины, – говорит она бесстрастно.

– О моих женщинах ничего неизвестно, – поправляет ее Лев Петрович.

– Вот именно, – кивает Рита, – журналисты могут объявить вас педиком. Или импотентом. Не знаю, что хуже.

Лев Петрович задумывается, кивает.

– Я тебя услышал. Спасибо, я не подумал.

Рита продолжает стоять, глядя на него. Лев Петрович хмурится, пытаясь разгадать эту паузу, – и разгадывает.

– Предлагаешь себя на эту роль?

– Я свободна, вы свободны. Служебный роман. В меру скандально, чтобы не афишировать. Но не настолько скандально, чтобы удержать новость в фокусе больше двух дней.

– Я подумаю.

Рита разворачивается и уходит. У нее почти идеальная талия (результат многих часов в тренажерке), женственные бедра, красивые ноги. Лев Петрович провожает ее фигуру оценивающим взглядом. Без похоти и страсти. Так конезаводчик смотрит на кобылу, которую ему пытаются продать. Рита уже на пороге кабинета, и тут он говорит:

– Когда сына подготовите, я сам к нему схожу.

Рита удивленно оборачивается на шефа. Он встречает ее прозрачным взглядом. Рита пожимает плечами и выходит.