Сон - Александра Крючкова

декабрь 1988, Москва

Я вхожу в большую комнату. Мама замечает меня, улыбается, встаёт с дивана и подходит ко мне. Я обнимаю её, она — меня.

— Я так рада тебя видеть! Как хорошо, что ты пришла!!! — произносит она с отчаяньем.

— Я не могла не прийти, мама.

Она смотрит на меня своими бездонными чёрными глазами, наполняющимися ужасом и слезами одновременно, и спрашивает:

— Алиса, я… я… умерла?!

Я не могу ей врать.

— Да, мама.

Она отчаянно машет головой, не веря, вернее, не желая поверить в это, и её голос срывается на крик:

— Нет… Нет! НЕТ!!! Я ЖИВА!!! Я НЕ УМИРАЛА!!! НЕТ! НЕТ!!! ЛЮДИ НИКОГДА НЕ УМИРАЮТ!!! Ты сама говорила мне об этом!!!

Слёзы появляются у меня в глазах, но я не могу врать ей:

— Ты умерла… Три дня назад… Утром… В восемь двадцать. И сегодня — похороны… Разве ты не видишь там, на столе?..

Мама оборачивается к столу, на котором лежит её неподвижное тело, в бессилии садится на диван напротив, плачет, а потом внезапно произносит:

— Я должна вернуться в него… Пока ещё не поздно… Алиса, нам нужно переписать этот кошмарный сон! Всё происшедшее — сон… Я не умерла. Ты же видишь: я — здесь, и я живая… У нас есть эта ночь… Всего одна ночь! Но мы должны что-то изменить, чтобы я смогла вернуться обратно. До того, как они закопают тело. Я не хочу уходить, Алиса, не хочу!!! Я хочу жить!!!

Она подходит и умоляюще смотрит мне в глаза.

— Помоги мне, пожалуйста!!! Помоги переписать этот сон! Алиса, ты же можешь! Я знаю, ты можешь! У тебя обязательно получится!!!

Я отрицательно качаю головой:

— Я не умею переписывать сны…

— Ты умеешь, ты просто ещё не знаешь об этом… Давай попробуем вместе, пожалуйста… Помоги мне… Никто не видит и не слышит меня… Только ты… Алиса, я сделаю всё, что ты скажешь!

— Хорошо, — соглашаюсь я. — Давай попробуем вернуться в день накануне твоей смерти… Скажи, что мы можем изменить так, чтобы ты осталась?

Мы попадаем в тот день. И все его события разворачиваются перед нами будто наяву. Мы видим всё, что происходит, со стороны. Мама пытается сделать что-то иначе — она не пьёт таблеток на ночь, но вот наступает роковое утро. Где-то справа тикают часы. И как только стрелки доходят до 8:20, её сердце останавливается.

Мама обречённо смотрит на меня.

— Алиса, нам надо вернуться ещё раньше! Пожалуйста!!!

И мы возвращаемся — день за днём — шаг за шагом отступая в прошлое, пытаясь что-то в нём изменить. Каждый раз, когда мама вносит правки, мы пролистываем календарь обратно — в 21 декабря 1988-го. Но каждый раз в 8:20 её сердце останавливается.

Мама плачет:

— Нет! НЕТ! НЕТ!!! Я НЕ ХОЧУ ТАК! Я ХОЧУ ЖИТЬ!!! АЛИСА!!! ПОМОГИ МНЕ!!! ПРИДУМАЙ ЧТО-НИБУДЬ!!!

Моё сердце разрывается от боли, я плачу вместе с ней оттого, что не могу ничего изменить… Всё слишком поздно…

Мы успеваем отмотать календарь на год назад, в декабрь 1987-го, но итог на 21 декабря 1988-го — всё тот же…

— Сколько у нас осталось времени? — отчаянно спрашивает мама.

— Пять минут… Твоя сестра поставила будильник на 7:30. И она сразу разбудит меня, чтобы мы успели приехать… сюда, к тебе, к 9-ти.

Мама в бессилии опускается на диван.

— Нет, Алиса… Нет… Нет… Пять минут… Мы не успеем…

Внезапно я ВСПОМИНАЮ!!! Да! Я знаю, в какой день мы должны вернуться! Усилием воли я вызываю события того дня, и он утягивает нас в своё пространство. Когда-то я рассказывала маме, что произошло в ту ночь, но она не поверила мне, она считала, что всё это мне просто приснилось.

Мы оказываемся в больничной палате. В реанимации. Безжизненное тело девочки, лежащее под капельницами. Мама вопросительно смотрит на меня.

Я молчу. Я знаю, что будет дальше. Мама просто ещё не вспомнила, но я хочу, чтобы она вспомнила сама и сделала свой выбор сейчас, здесь, снова… У нас есть ещё целых 5, нет, уже 3 минуты…

Внезапно мама замечает саму себя, в виде фантома, стоящую в дверях палаты. Фантом девочки отрывается от безжизненного тела и подходит к тем же дверям.

— Мама!!! Я так рада, что ты пришла! Забери меня отсюда!!!

— Я не могу, Алиса, — произносит та.

— ТЫ ДОЛЖНА ОСТАТЬСЯ, А Я — УЙТИ…

Наблюдая эту картину со стороны, мама внезапно вспоминает… и ужас отражается в её глазах. Она хочет, чтобы я опровергла её мысли. Но я тихо произношу:

— Да, мама, да… Это — ночь с 3 на 4 сентября 1987 года — дата моей смерти. Это единственная дата, в которой ты можешь внести правки, чтобы проснуться сегодня… Ты должна изменить своё решение уйти вместо меня.

Мама смотрит мне в глаза и берёт меня за руку.

— Алиса… Но ведь тогда…

— Да, мама… Тогда я навсегда останусь в этом сне… И уже не проснусь… Утром… Когда проснёшься ты…

— НЕТ!!! НЕТ!!! АЛИСА!!! СКАЖИ, ЧТО ЭТО НЕПРАВДА!!!

— Но ведь ЭТО Я ДОЛЖНА БЫЛА УМЕРЕТЬ, А НЕ ТЫ… Ты можешь сейчас изменить своё решение, я не обижусь на тебя… Зачем мне жить без тебя, мама?

Она подходит к своему безжизненному телу. Ей так хочется вернуться. Но она поворачивается ко мне и протягивает мне руки, плача.

Я подхожу и обнимаю её, я тоже плачу. Я вдруг понимаю, что никогда не говорила, что люблю её. И я уже хочу произнести эти слова, как внезапно слышу звонок будильника в соседней комнате.

Мама тоже его слышит. Мой сон окутывает туман. Всё растворяется в нём. Но до меня доносятся её последние слова:

— Прости, Алиса, я не верила твоим снам… Помни, что ты умеешь их переписывать, чтобы однажды…

Я не расслышала, что она произнесла дальше. Тётя настойчиво будит меня:

— Алиса, проснись… Проснись, солнышко… Проснись же!.. Нам пора…