Аэропорт - Артур Хейли

— Пульт снежной команды — машине номер один. Вас понял. Кстати, Мел, звонила твоя жена.

Мел нажал на кнопку микрофона.

— Она оставила номер, по которому ей звонить?

— Точно.

— Машина номер один — пульту снежной команды. Позвони ей, пожалуйста, Дэнни. Скажи, что, к сожалению, я немного задержусь. Но сначала выясни насчёт Патрони.

— Ясно. Жди.

И радио умолкло.

Мел сунул руку в карман пальто, вытащил пачку «Марлборо» и предложил Ингрему сигарету.

— Спасибо.

Они закурили, глядя на то, как «дворники» ходят туда и сюда по ветровому стеклу.

— Там, наверху, — Ингрем движением головы указал на освещённую кабину самолёта, — эта сволочь капитан, наверно, льёт крокодиловы слёзы в своё сомбреро. Теперь уж он будет следить за синими огнями — глаз от них не оторвёт, как от свечей на алтаре.

— Кстати, ваши наземные команды — из мексиканцев или американцев? — спросил Мел.

— Мы все американцы. Только болваны вроде нас и могут работать в такую чёртову погоду. Вы знаете, куда должен был лететь этот самолёт?

Мел отрицательно покачал головой.

— В Акапулько. И до того, как это случилось, я готов был бы полгода поститься, лишь бы полететь на нём. — Старший техник ухмыльнулся: — А вы представляете себе, каково это было: сел в самолёт, уютно устроился — и на тебе! — вылезай. Слышали бы вы, как чертыхались пассажиры, особенно женщины. Я узнал от них сегодня немало словечек.

Снова ожило радио.

— Пульт управления снежной командой — машине номер один, — раздался голос Дэнни Фэрроу. — Я выяснял у «ТВА» насчёт Патрони. Они связывались с ним, но дело в том, что он застрял по дороге. На шоссе пробка, и он будет не раньше чем через час. Он передал указания. Всё понял?

— Понял, — сказал Мел. — Валяй указания.

— Патрони опасается, как бы самолёт не увяз ещё глубже. Говорит, это легко может случиться. Поэтому считает: если команда не уверена в успехе, пусть лучше ничего не предпринимают, пока он не приедет.

Мел искоса взглянул на Ингрема.

— А как относятся к этому в «Аэрео-Мехикан»?

Старший техник кивнул, давая понять, что там относятся положительно.

— Патрони может делать любые попытки. Будем его ждать.

Дэнни Фэрроу спросил:

— Понял? Всё ясно?

Мел нажал на кнопку микрофона:

— Ясно.

— О'кей. Слушай дальше. «ТВА» срочно вызывает дополнительный персонал для помощи. И ещё, Мел: снова звонила твоя жена. Я передал ей то, что ты сказал.

Мел почувствовал: Дэнни недоговаривает, зная, что его могут услышать и другие, чьё радио включено на частоту аэропортовских служб.

— Ей это не понравилось? — спросил Мел.

— По-моему, нет. — Секундная пауза. — Я советую, как только сможешь, доберись до телефона.

Должно быть, Синди говорила с Дэнни ядовитее обычного, подумал Мел, но тот, как верный друг, не стал сейчас об этом распространяться.

Что же до самолёта, то тут надо ждать Патрони. Его совет — ничего не предпринимать, чтобы самолёт глубже не увяз, — звучит разумно.

Тем временем Ингрем уже застёгивал пальто и натягивал толстые рукавицы.

— Спасибо за обогрев, — сказал он и вышел на ветер и снег, поспешно захлопнув за собой дверцу машины.

Мел видел, как он бредёт по сугробам, направляясь к машинам, сгрудившимся на рулёжной дорожке.

По радио слышно было, как диспетчер пульта управления снежной командой переговаривается с центром по борьбе с заносами. Мел дождался, пока переговоры закончатся, затем включил микрофон.

— Дэнни, говорит машина номер один. Еду к «Анаконде».

И он двинулся вперёд, осторожно ведя машину сквозь крутящийся снег, в темноте, прорезаемой лишь редкими огнями на взлётно-посадочной полосе.

Снегоуборочная команда «Анаконда», передовой отряд и главное звено в аэропортовской системе борьбы с заносами, находилась в этот момент на взлётно-посадочной полосе один-семь, левой. Сейчас он сам убедится, мрачно подумал Мел, есть ли хоть доля правды в неблагоприятной для него докладной, состряпанной капитаном Димирестом от имени комиссии по борьбе с заносами, или же это лишь его злопыхательские измышления.