Покоривший волну - Сергей Панч

ИЗ ИНТЕРВЬЮ ПОРТАЛУ «МОРЕ НЬЮС». РУБРИКА «НОВЫЕ ЛЮДИ». АВГУСТ 2020.

Корреспондент: Вот сейчас, оглядываясь в прошлое. Год назад. У вас, у вас еще нет бизнеса, нет денег и нет никаких четких планов. Получается, вы приехали на море не ради мечты, а просто сбежали куда глаза глядят?

Джонни: Знаете, стратегия бегства одна из самых примитивных и важных по жизни. Наш мозг странно устроен. В опасности мы ничем не отличаемся от животного. Если перед нами появляется что-то дико пугающее и непонятное, у нас всего одна стратегия – бежать. Никакие знания из книг или нотации родителей, вдолбленные с детства, в этой ситуации не помогут. Хищная паника овладевает мозгом, и все 60 тысяч нейронных связей выстраивают одну понятную всем линию поведения. Хм. Человечество даже возвело в культ это примитивное действие и увековечило имена самых быстрых бегунов. Видимо, мой организм чувствовал опасность, в болото ведь засасывает. Как личность я тогда мог погибнуть в любой день. И да, я тогда бежал.

Корреспондент: От кого?

Джонни: Вы неправильно ставите вопрос. Не «от кого», а «для чего». Вот смотрите. Моему бизнесу год, а вы уже здесь задаете вопросы. Значит, было для чего. Для кого.

4

На верхнюю полку подселился новенький. Ему можно было не врать про строительство и спорт.

– А я в отделе КБТ (крупной бытовой техники)! – сказал Джонни. – Пять лет отработал. Пришел повышения просить…

– Заодно и уволился, нормально, да? Га-га. Вот у меня друг 15 ноутов на 8 марта продал, а подружка начальника – 6. И кому, ты думаешь, премию выписали? То-то. Ага. Нормально, да?

Мирон – высокий, с большой залысиной посередине головы, с лицом, на котором почти всегда была улыбка, к каждой своей реплике прибавлял: «Нормально, да?», заменяя этим матерное негодование по поводу существующей реальности. При этом оптимизм его был гораздо выше наполовину наполненного стакана.

Весь день он рассказывал истории о друзьях, которые работали в магазинах бытовой техники. А под конец проговорился и признался, что сам продает чайники и кофеварки. Джонни не хотел вовлекаться в разговор, но тема трогала за живое.

После строительного университета он еще пару раз попытался работать по профессии, но с вакансиями была беда. Все места были заняты «своими». Социальный лифт по его специальности не работал. Отец настойчиво звал в свою бригаду, но идти на стройку не хотелось до скрежета зубов.

В магазине бытовой техники давали 15 тысяч плюс бонусы. Для временной работы приемлемо. После трудового дня почти каждый вечер он пьянствовал с коллегами, и постепенно его затянуло в алкогольный омут. Выбраться из него был только один способ – жениться. Валерка из отдела телевизоров был главным заводилой. Особенно летом. Выяснял, у кого есть дача. Составлял график, когда и к кому можно поехать. Зимой планировал пьянки на коньках и лыжах. И даже пробивал снегоходы. Такой активный парень быстро попал на удочку. Через три месяца после его свадьбы мужской холостой коллектив магазина бытовой техники стал бухать по квартирам. Валерка приходил редко и уходил быстро. Остальные кружились в колесе от зарплаты до зарплаты, от коньяка в день аванса до дешманского (дешевого) пиваса перед ним. И каждый ждал удочку с крючком, на который можно было спокойно подцепиться и выбраться из болота.

5

Тома пришла через год. Джонни уже знал о холодильниках и стиралках почти все. Руководство посчитало, что продажи техники увеличатся, если о них будут рассказывать девушки. Причем даже о самых страшных вещах типа ноутбука. Тома оказалась хорошим учеником. Смотрела в рот Джонни и подхватывала каждую фразу. Поначалу она была другом, коллегой. Вместе продавали, вместе шли в кабак, напивались. Обсуждали марки холодильников, на этой почве и переспали.

– Нормально, да? Ты так говоришь, как будто развелся и никогда не любил.

– Не знаю, любил или нет, но развелись мы через два года после свадьбы.

– Вот у меня знакомый был. Он пять раз женат. Но честно отвечал, что каждую любил. С первой он работал в одном офисе, даже когда развелся. Нормально, да? И вот он женился на второй, третьей, четвертой, а потом вернулся к первой, с которой работал лет двадцать. Нормально, да?

Словоохотливый Мирон рассказал о судьбе еще нескольких товарищей, которые были женаты на своих коллегах, и пришел к выводу, что служебный роман недолговечен. Шмыгнул носом и пожаловался на исключение из правил, ведь сам был женат на дочке начальника, которая работала в соседнем отделе.

Из алкоголического болота Тома вытащила Джонни через три месяца. Когда нашла съемную квартиру и предложила съехаться. Родителям она нравилась. Отец все повторял, что для женщины у нее отличная работа. А вот Джонни он советовал найти что-то мужское. Так семью не прокормить. Спустя неделю свободной от родителей жизни Джонни сделал Томе предложение. Свадьбу сыграли скромно, в недостроенном доме на даче. Джонни пообещал матери, что будет примерным семьянином, и следовал этому завету. Ему действительно хотелось стать хорошим мужем и, возможно, отцом.

Он, как верный супруг, пожертвовал парой премий и передал свои продажи Томе, чтобы в итоге ее оставили работать дальше. Она воспользовалась шансом и стала одной из самых успешных. Втюхивала технику будь здоров. Зарабатывать стала больше, чем Джонни, и поэтому формировала бюджет их семьи. Да и вообще всем заведовала. Она распланировала ипотеку и кредит на машину. Заставляла регулярно посещать родителей и настояла, чтобы муж вновь помогал отцу строить терем. Джонни пару раз робко спрашивал о детях, но в планах Томы они были чуть позже, после квартиры. Не в съемной же растить.

– Я даже не знаю, где мне стало хуже. То ли с родителями, то ли с женой. Пивной живот стал расти как-то быстро.

– Да они этот порошок разводят, и будь здоров, прощай, печенка. Нормально, да? А потом подсовывают народу. И пишут «пиво». Ну, напиши напиток, разведенный. Нет. Нормально, да? – Мирон опять подсел на тему, так волнующую его. Джонни подумал, что сейчас он расскажет об импотенции, но обошлось.

Не хотелось секса. Уже после года свадьбы. Обоим. Ипотеку забраковали, к счастью. А вот кредит на машину хватануть успели. Вскоре Тому назначили начальником Джонни, и тогда отношения пошли совсем под откос. Он вновь стал сбегать к друзьям в болото.

Было липко и противно застукать Тому за поцелуями на складе. Она отмазывалась и пыталась сохранить брак. Джонни простил ее, изменил и ждал развода. Бежать к родителям было западло, а снимать квартиру одному выходило слишком накладно. После новогоднего корпоратива отправились в ЗАГС и освободились. Джонни вновь слушал упреки родителей. Теперь о том, что просрал прекрасную девушку, и о том, что надо было заделать детей и жить дальше. И песня текла бесконечно и почти ежедневно. Мать с грустью смотрела на сына, который опять не…

Джонни работал под Томиным начальством. Иногда потрахивал ее, но уже как чужую, а не собственную жену.