Танец маленьких разбойниц - Спаркли Хейтер

— Какая еще идея?

— Режиссерская. Давай выстроим мизансцену, будто они занимались оральным сексом.

— Точно! Давай.

— Но сначала покрасим им губы и пенисы несмываемыми чернилами. Думаю, Али подойдут зеленые с ароматом мяты, а для Абу сгодятся красные. Мало того, что им несколько дней придется ходить с разрисованными физиономиями, так еще каждый раз, глядя друг на друга, мальчики будут вспоминать о ночи страстной любви, которую они провели в лучшем отеле Сан-Ремо.

Девушки оставили полицейским записку и положили на видное место пузырек с таблетками, найденный в спальне Абу. Несколько «веревочек» для старых прохиндеев, которые еще встретятся на их пути, подружки прихватили с собой. Две с половиной тысячи евро также перекочевали в карманы Блэки и Хлои.

После столь успешно проведенной операции настал период затишья, длившийся целых три дня.

В Вентимильи, небольшом городке неподалеку от французской границы, Хлоя едва не ограбила богатую восточную даму. Подруги зашли в кафе, они сидели за соседним столиком и хорошо слышали, как женщина громогласно распекает свою филиппинскую горничную или компаньонку, кто их там разберет. Свирепо поглядывая на девушку, дама сжимала кулаки, словно с трудом удерживалась, чтобы не залепить ей пощечину. Девушка втягивала голову в плечи и кусала дрожащие губы. Пока дама на ломаном английском читала нотации перепуганной горничной, ее кошелек, изящная кожаная вещица от Гуччи, оставался без присмотра.

Хлоя подалась вперед и уже протянула было руку, собираясь стянуть лежавший на столе кошелек, но Блэки вовремя заметила движение подруги и схватила ее за запястье.

— Соблюдай правила игры, — напомнила Блэки. Сердитая дама не была женатым мужчиной, который пытался соблазнить их, а значит, не принадлежала к числу потенциальных жертв.

Девушка придумала иной способ наказать грубиянку, которая, задыхаясь от собственного визга, то и дело подскакивала на стуле. Выждав удобный момент, Блэки плеснула на сиденье немного воды.

— Ничего удивительного, — заметила Блэки, когда дама в очередной раз поднялась со стула, — если так орать, недолго и описаться.

— И все же надо было ее обчистить, — мрачно буркнула Хлоя. — Старая ведьма это вполне заслужила.

— Ну и чего бы ты добилась? Девушке этим все равно не поможешь, кроме того, старуха могла ее обвинить в краже.

Мелкое воровство и постоянный поиск жертв начали утомлять Блэки. Да, их проделки были забавным развлечением. Они также оказались довольно прибыльным делом, теперь подруги останавливались не в дешевых гостиницах, а в просторных номерах трехзвездочных отелей с видом на море.

Блэки считала, что этого вполне достаточно. Вот оно — лазурное море, изумрудно-зеленые холмы, пышные виноградники, оливковые рощи и красивые белые домики, увитые плющом и розами, которые наполняли вечерний воздух сладким благоуханием. Самая подходящая обстановка для романтических знакомств, ну, или, по крайней мере, для хорошего секса. Однако шансы на маленькое любовное приключение равны нулю, если они и дальше будут общаться с похотливыми извращенцами.

Но Хлоя пока не собиралась возвращаться к мирной жизни. Каждое новое преступление наполняло ее странной энергией. С тех пор как девушки занялись столь опасным ремеслом, Хлоя ни разу не вспоминала о своем дорогом Джонни. Хотя иногда она выходила на балкон и, глядя в ночное небо, утирала набегающие на глаза слезы.

А потом случилась новая неприятность: когда подруги садились в поезд, идущий во Францию, Хлое показалось, что в соседнем вагоне мелькнул Джон Кэрри. Правда, позже выяснилось, что это был швед по имени Улаф — веселый, разговорчивый парень, который ехал в Ментон к своему любовнику. Но тем не менее досадная ошибка привела к тому, что Хлоя опять впала в меланхолию и вновь начала задавать вялые вопросы: «Где сейчас находится Джон, в какой стране, в каком городе и, главное, с кем?» И не считает ли Блэки, что Джонни может жениться на какой-нибудь смазливой девице?

— Непременно, но сначала он долго будет путаться с разными смазливыми девицами, а потом найдет какую-нибудь богатую дурочку и женится на ней, чтобы поправить свои финансовые дела, после того, как просадит на бирже все состояние папаши.

— Блэки, пожалуйста, прекрати.

— Прекратить что?

— Говорить гадости о Джоне. Поверь, мне от этого не становится легче.

Ничто не могло облегчить страдания Хлои — ничто, кроме нового преступления. В Ментоне, маленьком сонном городке, расположенном неподалеку от французской границы, она решила попрактиковаться в карманных кражах. Местом практики был выбран музей Жана Кокто. Хлоя веселилась от души: вытащив кошелек, она тут же обращалась к своей жертве с вежливым вопросом: «Извините, сэр, это не вы обронили бумажник»? Иногда она устраивала проверку и обращалась с тем же вопросом к другому человеку. Если мужчина говорил, что бумажник его, Хлоя совершала двойное ограбление: вытаскивала у обманщика чужой кошелек, а также забирала его собственный. Эти рискованные трюки помогали ей забыть о терзающих душу страданиях, но лишь на время. Блэки с большим неодобрением относилась к проделкам подруги.

По улицам Ментона бродили толпы туристов, среди них было немало пожилых джентльменов — милых и невероятно любезных, но ни один из них не годился на роль жертвы. Два дня прошло впустую, и наконец появился он — Дуглас Мейсон, пенсионер-путешественник из штата Огайо. Старичок выглядел так, словно только что сошел с полотна Дианы Хансон: пестрые шорты-бермуды, белые спортивные носки, плетеные сандалии и серая футболка с хвастливой надписью: «Супердед». Дедушка ковылял по песку, зажав под мышкой полиэтиленовый пакет с эмблемой «Макдоналдса».

Хлоя первая заметила приближающегося джентльмена.

— Вот он, идет, — выпалила она, мгновенно очнувшись от летаргии. — Наша новая жертва. Лапочка, именно таким я тебя и представляла: лысый, толстенький с розовыми щечками и голубыми глазками.

— Здравствуйте. Вы говорите по-английски?

— Говорим, — ответила Блэки.

— Разрешите присесть?

— Да-да, конечно, разве можно отказать Супердеду! — Блэки расплылась в улыбке. Хлоя молча смотрела в морскую даль.

Старичок плюхнулся в шезлонг.

— Спасибо. Меня зовут Дуглас Мейсон.

— Очень приятно. Одри и Грэйс.

— Одри и Грэйс, вы любите поэзию?

— Обожаем.

— Не желаете приобрести поэму? Недорого.

— Ну-у… — неуверенно протянула Блэки.

— Прежде чем покупать поэму, вы можете ее прочесть, а потом, если она вам понравится, заплатите деньги.

— Сколько?

— Два евро.

— Серьезно? Вы на самом деле торгуете поэзией?

— Почему бы и нет. Я абсолютно убежден, что, если произведение искусства имеет определенную ценность, его можно продать за определенную сумму. Более того, я успешно доказал это.