Словарь любовника - Дэвид Левитан

obstinate, adj.

упрямый, прил.

Иногда кажется, будто мы соревнуемся в упрямстве: любовь или два вечно ругающихся человека, угодившие в расставленные ею сети.

offshoot, n.

ответвление, сущ.

— Да не очень-то я люблю группу «Vampire Weekend», — говоришь ты. — А вот Кэтрин, кстати, они очень нравятся. Сходи на концерт с нею. Думаю, она рада будет.

И вот мы оказываемся вдвоем — впервые без тебя. Нам неловко, мы не знаем, что делать, и боимся сделать что-то не то. Даже как рассчитываться в кафе — и то непонятно. Говорить о тебе как-то глупо, да и некрасиво. Наверное. А кроме тебя, у нас больше ничего общего нет.

Ах да! Есть же еще «Vampire Weekend» — группа, которая нравится нам обеим.

А потом, когда мы сидели в кафе, нас словно прорвало. Дело было так: сначала я начинаю шутить, и в какой-то момент мне удается по-настоящему развеселить Кэтрин. Она начинает смеяться в полный голос, и я говорю:

— Вы смеетесь так похоже! Это случайно так совпало или вы друг у друга эту манеру переняли?

Ну а дальше разговор пошел сам собой. Кэтрин вдруг заявила, что ей не очень нравилось спать с тобой, и она надеется, что мне приходится легче. Когда-то, едва ли не на первом курсе, у вас был такой опыт: вся кровать неизменно оказывалась в твоем распоряжении (ты, похоже, в этом не меняешься), а Кэтрин приходилось ютиться на самом краешке. Да еще твой храп! Однажды ее все это так достало, что она ушла спать в ванную. Мало того, на утро ты встаешь и, не обратив внимания, что ее нет рядом, тоже идешь в ванную комнату и включаешь душ, не заметив, что в самой ванне свернулась калачиком твоя подруга. Кто из вас громче визжал — сейчас уже и не вспомнишь. Ну а мне на память пришло, что ты все время одеяло на себя перетягиваешь. Я тоже не промах: дай, думаю, привяжу угол пододеяльника к ноге. Никуда ты его с меня не стащишь. Спим мы, значит, с тобой — то есть ты спишь и одеяло на себя тащишь, а я только вздремнуть пытаюсь, — и вот, стоило мне отключиться, а ты — как дернешь за одеяло! Меня так к тебе и рвануло. Навалились мы друг на друга — темно, со сна ничего не понимаем. Ну а потом я думаю: «Все, хватит с меня этих игрушек». Встаю с кровати, чтобы белье поправить, а про привязанный пододеяльник и не вспоминаю. Итог, в общем, предсказуемый: я спотыкаюсь, падаю, бьюсь головой и чуть не зарабатываю себе сотрясение мозга.

— Вот-вот, — поддакивает со смехом Кэтрин, — именно так всегда и бывает. С этим человеком чуть отвлечешься — и считай, сотрясение тебе гарантировано.

Нет, за руки мы на концерте не держались. Не пошли мы потом не то что в бар — по бокалу вина выпить или опрокинуть пару рюмок чего покрепче, мы даже по молочному коктейлю в буфете не выпили. Но все равно мне было очень хорошо: по крайней мере, Кэтрин теперь не только твоя. У нас с ней тоже есть общая история — целых четыре часа вместе, причем без тебя.

only, adv.

только, нареч.

Вот ведь дилемма, согласись! Когда рядом никого нет, я грущу и радуюсь оттого, что есть только я. Когда же я не один, то и грустить и радоваться приходится из-за того, что есть только ты.