Взлет - Николь Уильямс

Я выдернула руку и отвернулась, успев заметить оскорбленное выражение на лице Тейлор. Вот и завела друга.

– Привет, Люс.

Волоски у меня на затылке встали дыбом от его голоса.

– Привет, Джуд.

Я старалась держать себя в руках, но получалось не очень. Джуд улыбался так, словно наша встреча – лучшее, что случилось с ним за неделю, и кроме свежего шрама, пересекавшего бровь, в нем ничего не изменилось: темная одежда, темная шапка, темные секреты.

– Не ждал тебя тут увидеть. – Он засунул руки в карманы.

– Серьезно? – Я старалась вести себя так, словно мы оказались не на сцене и за нами не наблюдают десятки зрителей. – Я вот тоже не ждала, особенно учитывая, что в последний раз видела тебя в полицейской машине и в наручниках.

Лицо Джуда дернулось, он потер затылок.

– Да, и об этом. Полагаю, мне нужно кое-что объяснить.

– Кое-что? Я бы сказала, тебе кучу всего нужно объяснить.

– Да, я знаю. – Он помрачнел. – Знаю.

– Так когда тебя выпустили? – негромко спросила я, окинув столовую быстрым взглядом.

– Да все нормально. Все уже и так знают… – Джуд вдруг заорал, – …какой я чмошный СУКИН СЫН! – Его голос громом прокатился по столовой, отразился от стен, сопровождаемый хором ложек, застучавших о тарелки. – Пару недель назад, – закончил он нормальным тоном, слегка пожав плечом.

Я старалась не вести себя так, словно меня кинули, и не устраивать скандал.

– А позвонить ты, конечно, не мог?

– Конечно мог, Люс. – В голосе Джуда зазвучало напряжение.

– Но не позвонил.

– Тебе правда нужен ответ или ты просто придумываешь, как заставить меня чувствовать себя еще паршивее, чем сейчас?

– Это тебе-то паршиво? – Я приблизилась к нему еще на шаг. – Тебе паршиво? Я чуть не лишилась половины волос, и все по милости твоих приятелей, которых я бы и знать не знала, если б не ты. Из моей собаки едва не сделали шашлык. Я официально объявлена почетной шлюхой Сауспойнт-Хай, потому что каким-то образом, фиг знает как, все узнали, что мы с тобой знакомы, а это автоматически означает, что я сплю с тобой по воскресеньям. В шести разных позах.

Угу, я все-таки устроила зрителям именно то, чего они так ждали, – чертово шоу.

– Вот тебе и ответ. – Джуд сжал челюсти. – Вот почему я не позвонил. Вот почему я не появился у тебя на пороге сразу же, как меня выпустили из тюряги, хотя мне очень хотелось. Я ходячая раковая опухоль, Люс. Но не такая, которую можно убить радиацией. Такая, которая в конце концов сама убивает тебя.

Я успела ухватить в его глазах уязвимость, но уже в следующее мгновение она исчезла.

Ну хватит. Я была слишком зла – или мне было слишком больно, – чтобы позволить всем и дальше на меня пялиться.

– Что ж, спасибо и на этом. Всего тебе хорошего.

Наверное, это был самый трудный поступок в моей жизни: под изумленными взглядами со всех сторон я повернулась и ушла.

Я не знала, куда идти, но и не могла в злости наворачивать круги по столовой, если не хотела, чтобы к списку моих проблем добавился еще и пункт «психически ненормальная». Так что, засунув подальше гордость и держа при себе мнение, что Тейлор – едва ли не лучший манипулятор в мире, я притащила свою задницу обратно к ее столику.

– Не ожидала, что ты снова сюда явишься. – Тейлор хрумкнула морковной палочкой и посмотрела на меня таким тяжелым взглядом, что кого другого, наверное, уже расплющило бы.

– Это еще почему? – отозвалась я так беспечно, как только могла. – Я же сказала, что просто хотела поздороваться со старым другом.

– Ну, тогда это было просто адское «здравствуй», – ехидно заметила Тейлор и глотнула диетической колы.

Девчонки за столиком – не всем так повезло с генами, как ей, но все-таки достаточно симпатичные, – зафыркали, уткнув в свои баночки с колой выправленные пластикой носы.

– Нет, Тейлор. Если это что-то и было… – я вытянула из-под стола стул и села – обойдусь без приглашения, – …то это было просто адское «прощай».

– Что-то не похоже, – пробормотала она, посмотрев мне за плечо.

Я обернулась. Джуд стоял на том же месте и пристально наблюдал за мной. Да какое там, пялился на меня, словно ему пофиг, кто там что о нем подумает. Вновь повернувшись к Тейлор, я напустила на себя самый невинный вид.

– Ах, Тейлор, уверена, уж кому-кому, а тебе-то известно, что внешность бывает обманчива. – Достала из сумки яблоко и вонзилась в него зубами, попутно с вызовом улыбнувшись новой знакомой. Она подалась вперед.

– В смысле?

Некоторых людей злить не стоило, я это знала. Но я достаточно умела разбираться в людях, чтобы распознать мелких подлецов, когда они мне попадались, а эта цыпочка была королевой мелочности и ограниченности.

– Ну вот взять тебя, например. Или какую другую, довольно обычную, но благодаря чудесам хирургии… – над столом пронесся дружный вздох, – …такую красивую и гламурненькую… – Я чувствовала, что меня несет, и знала, что Тейлор тоже это видит. – Ну так вот, разве ж подумаешь, что за такой внешностью может прятаться такая невыносимая, неприятная, вые…

– Здравствуйте, девушки, – перебил меня какой-то парень, остановившийся возле соседнего стула. – Здесь свободно?

Я не ответила. Потянувшись за бутылкой воды в сумке, успела разглядеть незнакомца. Улыбка чересчур яркая, волосы чересчур светлые, загар чересчур ненастоящий, рубашка чересчур отглаженная. Красивый сладенькой ванильной красотой – и определенно не в моем вкусе.

– Должно быть, ты та самая девушка, о которой все говорят, – сказал он, садясь рядом.

Над столом запорхали смешки и хихиканье. Лицо парня вспыхнуло, когда он осознал свою ошибку.

– Я хотел сказать, все говорят о тебе в том смысле, что ты новенькая, – пояснил он.

Фырканье и смех стали только громче.

– Ну да, конечно, именно это ты и имел в виду. – Тейлор едва сдерживала хохот.

Парень покосился на нее, всем видом прося дать ему передышку. Потом придвинул свой стул ближе ко мне.

– Я Сойер. – Он расплылся в искусственно-белоснежной идеальной улыбке. – Сойер Даймонд.

О боже, у него и имя… дурацкое. Если отец узнает, что в одной школе со мной учится парень по фамилии Даймонд, он мне плешь проест и сделает все, чтобы нас поженить. Ведь тогда его Люси в небесах станет… Люси Даймонд^[8].

– Люси, – сказала я, глотая воду из бутылки и напоминая себе, что выводы, сделанные в горячке злости, – не шибко хорошая идея. В следующий раз, когда мне понадобится от кого-то смыться, я лучше наверну миллион кругов по столовой, чем снова сяду за этот столик.