36 рассказов - Джеффри Арчер

Анна отставила свой бокал в сторону и слушала с выражением скептического изумления.

— Ладно, допустим, что он поверил вашей истории — чему я, кстати, рада. Но я… Что, я тоже должна поверить во все это?

— Да, должны. Ведь затем я положил две десятифунтовые бумажки в фирменный театральный конверт и занял кресло рядом с вами. Ну а дальше вы все знаете.

И я умолк в ожидании ее реакции. Какое-то время Анна молчала.

Наконец она сказала:

— Я польщена. Даже не думала, что в нашем мире еще существуют такие старомодные романтики.

Она чуть склонила голову.

— Позволительно ли будет узнать, как именно вы планировали закончить этот вечер?

— Я вовсе ничего не планировал, — честно ответил я. — Потому-то у нас все и идет так мило, так… живительно и даже освежающе…

— Вы будто цитируете рекламу конфет «Афтер эйт», — рассмеялась Анна.

— На это замечание у меня имеются по меньшей мере три ответа, — сказал я, но тут появился Марио, которого явно удручил вид наполовину недоеденных феттучини.

— Все в порядке, сэр? — спросил он обеспокоенно.

— Все превосходно, — ответила Анна, не отрывая от меня взгляда.

— Кофе, мадам? — предложил Марио.

— Нет, спасибо, — сказала Анна твердо. — Мы сейчас отправляемся на поиски брошенной машины.

— И кто знает, найдем ли мы ее там спустя столько времени, — сказал я, когда она встала со стула.

Я взял Анну под руку и повел ее к выходу из зала, потом вверх по ступеням и, наконец, на улицу. Болтая обо всем на свете, как старые друзья, мы направились в то место, где я оставил свою машину.

— Вам не обязательно подвозить меня домой, Майкл, — сказала Анна. — Особенно, если вы живете на другом конце города. Тем более что дождь перестал, и я без труда найду такси.

— Но я хочу отвезти вас домой, — признался я ей. — Чтобы подольше побыть с вами.

Она улыбнулась, и тут мы дошли до того места, где я вроде бы оставил свою машину.

— А, черт! — воскликнул я и заметался взад-вперед по тротуару, а вернувшись на место, увидел, что Анна хохочет.

— Это что, одна из ваших задумок? С целью подольше побыть в моем обществе?

Она достала из сумочки мобильный телефон, набрала «999» и протянула его мне.

— Какая служба вам нужна, — спросил безликий голос, — пожарная команда, полиция или скорая помощь?

— Полиция! — ответил я и тотчас же услышал другой голос: «Полицейский участок Чаринг Кросс. В чем суть вашего обращения?»

— Боюсь, что моя машина украдена.

— Сообщите, пожалуйста, модель, цвет и регистрационный номер.

— Синий «Ровер-600», К857 SHV.

Последовала долгая пауза, на протяжении которой я слышал только далекое бормотание нескольких голосов.

— Нет, сэр, ваша машина не украдена, — сказал, наконец, полицейский, снова взяв трубку. — Ваш автомобиль был запаркован на двойной желтой линии в нарушение закона и теперь отбуксирован на штрафную стоянку у моста Воксхолл.

— Можно забрать его прямо сейчас? — спросил я.

— Разумеется, сэр. Как вы намерены туда добираться?

— Возьму такси.

— Скажите водителю: автоплощадка у моста Воксхолл. Вам следует иметь при себе документ, удостоверяющий вашу личность, а также чек на сумму сто пять фунтов стерлингов и вашу банковскую карточку. Или названную сумму наличными.

— Сто пять фунтов? — упавшим голосом переспросил я.

— Совершенно верно, сэр.

Анна впервые за весь вечер нахмурилась.

— Неплохие денежки.

— Прошу прошения, сэр?

— Нет, ничего. Спокойной ночи.

Я вернул телефон Анне и сказал:

— Сейчас я поймаю вам такси.

— Ничего подобного, Майкл. Потому что я остаюсь с вами. К тому же вы ведь пообещали моему брату доставить меня домой.

Я поднял руку, и такси, круто развернувшись, подкатило к тротуару.

— Плошадка у моста Воксхолл, пожалуйста.

— Невезуха, мужик, — сказал водила. — Ты уже четвертый такой у меня за сегодняшний вечер.

Я широко ухмыльнулся.

— Наверное, предыдущие трое тоже ринулись за вами в театр, — сказал я Анне, усевшись рядом с ней на заднем сиденье, — но, по счастью, в очереди за билетами они оказались после меня.

Мы едва тащились под начавшимся дождем в гуще машин, развозивших зрителей после театрального вечера, и вдруг Анна сказала:

— А вам не кажется, что неплохо было бы предоставить мне возможность выбора между вами четырьмя? А вдруг один из них был на «роллс-ройсе»?

— Навряд ли.

— Это почему же? — спросила Анна.

— Да потому что «роллс-ройсу» там было не запарковаться — места не хватило бы.

— Но если бы у его владельца был водитель, это решило бы все проблемы.

— Да я бы просто-напросто задавил его.

Какое-то время мы ехали молча.

— Можно задать вопрос личного характера? — нарушила молчание Анна.

— Если это тот вопрос, о котором я и сам думаю, то я тоже собирался задать его вам.

— Тогда вы первый.

— Нет, я не женат, — сказал я. — Как-то раз был близок к этому, но ей удалось ускользнуть.

Анна засмеялась.

— А вы?

— Я была замужем, — сказала она тихо. — Он был тем четвертым коллегой. Он умер три года тому назад. Я девять месяцев боролась за его жизнь, но безуспешно.

— Извините меня, — сказал я, чувствуя себя пристыженным. — Это бестактно. Мне не следовало поднимать этот вопрос.

— Это я его подняла, Майкл, а вовсе не вы. И это мне следовало бы извиняться.

В течение нескольких минут мы ехали, не говоря ни слова, пока Анна снова не заговорила:

— Последние три года после смерти Эндрю я думала только о работе, а практически все свободное время занимала тем, что мотала душу Джонатану и Элизабет. Разумеется, они были исполнены самого искреннего сочувствия, но я же понимаю, что им все уже надоело до смерти. Не удивлюсь, если Джонатан специально устроил этот «неотложный случай» сегодня вечером, чтобы выпроводить меня в театр одну. Он хочет вернуть мне уверенность в себе, заставить бывать где-то…

Я дал таксисту десять фунтов, и мы побежали под дождем к фургончику. Войдя внутрь, я подошел к барьеру и ознакомился с официального вида бумагой, прилепленной к нему клейкой лентой. Затем достал бумажник, вынул из него водительские права и принялся считать имевшиеся у меня деньги.