Будь у меня твое лицо - Фрэнсис Ча

Перед сном я всегда заглядываю в «СвитчБокс» послушать ежедневное сообщение от группы «Краун». Каждый раз я надеюсь услышать Тэина: теоретически пятая часть записей за день должна делаться им. В «Краун» всего пять членов, и на пресс-конференции, посвященной запуску «СвитчБокс», – той самой, где Тэин появился в высоких кроссовках из лимитированной коллекции «Луи Виттон», распроданной по всему миру за сутки, – пообещали, что каждый день голосовые сообщения будут от разных участников группы. На деле же всего десятая часть записей принадлежит Тэину. Вполне логично: он самый популярный, а значит, и самый занятой – подписал контракты с двумя реалити-шоу. Тэин очень активен в рекламных кампаниях.

Как итог – большинство сообщений записывает Бести, который нравится мне меньше всех. Он неприятный, в группе он наименее популярен, но, кажется, не понимает этого. Он постоянно говорит, что все девочки страны от него без ума, а на деле они мечтают лишь о Тэине, ну, может, еще о Джей Би, а вот Бести нужен просто для массовки. Как он этого не видит – не представляю, и ведь продолжает забирать у ток-шоу и интервью драгоценное время. На фан-форумах Тэина я часто возмущаюсь из-за Бести, и меня тут же закидывают просьбами не флудить. Но все ненавидят Бести – он прилипала и подражатель. На последних трех красных ковровых дорожках он появлялся в черном чокере и золотом браслете-цепочке. Тэин надевал такие же на премьеру последних «Людей Икс». Там он состязался с Хью Джекманом в армрестлинге, и Джекман дал Тэину выиграть.

Из всех сообщений на «СвитчБоксе» мое любимое – рассказ Тэина о том, что он делает, когда остается один.

– Думаю, большинство людей не осознают этого – внешне наши жизни выглядят как глянец и гламур. На самом деле мы дни и ночи напролет репетируем в концертных залах, а затем возвращаемся в наши отели. Каждый идет в свой номер, где смотрит телевизор и ложится спать, – говорил он своим глубоким, притягательным голосом. – Немного неловко признаваться, но в отеле я пересмотрел столько исторических дорам, что они мне даже снились по ночам. Бести как-то раз заметил: я говорю, словно герой исторического фильма!

Мне безумно нравится слышать его голос в своем телефоне. И неважно, что я ничего не могу сказать в ответ.

* * *

На работе у меня проблемы с ассистентками. В их обязанности входят подготовка места, мытье, уборка и сушка феном, пока я занимаюсь с другим клиентом. Они должны быть незаметны, словно фоновая музыка, – поэтому салон выделяет для них одинаковую одежду, похожую на школьную форму: белые рубашки на пуговицах и короткие красные юбки в клеточку.

Все началось с появления новенькой. Девушки-ассистентки постоянно приходят и уходят – одни дерзкие, другим скучно, а третьи не могут нормально разговаривать: если у них что-нибудь спросишь, в ответ они лишь бормочут что-то. Но Черри отличается от остальных злым блеском в глазах. И ее поставили ко мне.

Еще до появления Черри я выполняла больше черной работы, чем другие стилисты. Я ведь не могу попросить о чем-то голосом, мне приходится искать девушек, трогать их за плечо и жестами показывать, что мне нужно. Не находя их, я сама делаю все необходимое. Обычно это не проблема, но бывают дни, когда несколько клиентов приходят одновременно и злятся, если меня на всех не хватает. Черри пропадает в самые неподходящие моменты, и я, выходя из терпения, на пару минут зову ассистентов других стилистов. Потом они жалуются господину Квону, хотя в глаза мне мило улыбаются.

Понедельник выдался особенно трудным. Ко мне на укладку пришла одна из важнейших клиенток – продюсер KBC, а с ней – самая давнишняя посетительница, миссис О, которой нужны были окрашивание волос и завивка. Миссис О оставляет чаевые в размере не менее тридцати тысяч вон – неслыханная сумма для нашего салона. А у продюсера KBC я надеюсь однажды вымолить разрешение попасть на запись Music Pop или даже побывать за кулисами на одной из церемоний вручения музыкальных наград, проходящих в конце года.

Черри нигде не оказалось, и я разрывалась между двумя креслами, стараясь высушить волосы и смешать краску одновременно. Капля холодного красителя упала на шею продюсера KBC, и та поморщилась, хотя я тут же все вытерла.

А еще очень сложно ругать кого-то на бумаге.

«Где ты была?» – написала я в блокноте вечером, когда Черри подметала полы. Текст не передал и капли моей ярости.

– О чем ты? – Черри сделала невинное лицо. – Я работала. – Она перевела взгляд на других ассистенток, закатив глаза.

«Тебя нигде не было целых двадцать минут!» – Слова «двадцать минут» я подчеркнула тремя линиями.

– Наверное, я выполняла какое-то очередное твое поручение, – ответила Черри. – Я все время находилась в салоне, можешь спросить кого угодно. – Она снова посмотрела на других девушек, и те закивали.

Вот ведьма, она всех заставила плясать под свою дудку!

Можно было бы сделать так, чтобы ее уволили, но всего три месяца назад я уже просила господина Квона дать мне другую ассистентку. Та не была негодяйкой, но отличалась тупостью и неуклюжестью. После того как девушка в третий раз пролила горячий кофе на клиента, я попросила о замене. Тогда господин Квон отнесся к ситуации с пониманием, но вряд ли будет в восторге во второй раз. К тому же Черри осторожна, бдительна и всячески виляет перед ним хвостом. Я не хочу прослыть человеком, с которым трудно сработаться, ведь найти работу в другом месте будет проблематично. Меня приняли сюда по одной причине – Суджин изводила руководство несколько месяцев, упрашивая дать мне шанс. Я три месяца работала бесплатно за одну лишь возможность остаться. Если мне и выпадет что-то в другом месте, где гарантия, что там я не столкнусь с подобной ассистенткой?

Я ведь помню себя юной: когда у меня были голос и уверенность в себе, я вела себя похлеще Черри. Мы с друзьями не знали страха и держали жителей улиц в ужасе. Деньги, будущее – на все было плевать. Я знаю, почему Черри такая. В этом-то и проблема. Кроме времени и поджидающих на пути несчастий, ничто не изменит Черри. Многие девушки, с которыми мы шатались вместе, сейчас живут ужасно. Остается надеяться лишь на одно: какое бы несчастье ни ожидало Черри впереди, пусть оно лучше придет раньше, чем позже. Ради ее же блага.