Клей - Ирвин Уэлш

И тут случилось нечто. Здоровый пёс, ещё больше прежнего, выбежал, перепрыгнул рычащую собаку и набросился прямо на Дойла. Тот Выставил защищённую руку, и собака вцепилась в неё зубами. Я рванул на другого пса, тот отскочил, поджал хвост, прижался к земле и зарычал, раздувая ноздри. Дойл продолжал бороться с большой собакой, но к ним уже подошёл Джентльмен, встал позади и повалился на неё всем телом. Пёс взвизгнул и медленно распластался по земле под его тушей.

Терри подошёл ко мне, мы взяли того, другого пса на себя.

– Чё с этим-то делать? – говорит.

– Ничего, он уже обосрался, – говорю.

Я делаю шаг, и пёс пятится.

Джентльмен всё ещё прижимает пса к земле, обхватив его морду обеими руками, а Дойл уже высвободил свою руку.

У Брайана бейсбольная бита, у меня и Терри тоже: и все мы уставились на нашего пса.

– Смотри за его пастью, – говорит Брайан. – У них только челюсти да зубы, толкнуть или ударить они не могут, могут только укусить. Давай, сучонок…

Полмонт вернулся и передал кусачки Дойлу. Джент лежит на собаке, сжимает ей челюсти своими ручищами и тянет голову назад, упершись в неё грудью. Дойл зажимает в кусачках переднюю лапу, следуют страшный щелчок и приглушённый визг. Когда он оттяпал вторую лапу, неслыханный вой отозвался как эхо. Тут Джентльмен отпустил собаку, она попыталась встать, но взвизгнула и принялась подпрыгивать, будто танцуя на углях, поскуливая, прихрамывая, заваливаясь. Однако пёс всё ещё порыкивает и, отталкиваясь задними лапами, пытается добраться до Дойла.

– Борзый, сука, – сказал Дойл и заехал ему со всей дури сапогом по морде. После чего он пару раз прыгнул псу на грудину, и тут уже рык сменился жалобным воем и стало понятно, что пёс сломался.

Джентльмен быстро заматывает песью морду широким коричневым скотчем, какой используют при переезде, чтобы паковать вещи и всё такое, и то же самое проделывает с задними ногами.

Дойл подбежал к нам и второй собаке, бросил в неё свою куртку, и сучий пёс схватил её зубами. Пока он не отпустил её, мы всё рванули и давай пинать его, сбили с ног, и я прижал ботинком его голову к мягкой траве. Терри дрожит как осиновый лист и держит пса с Брайаном, в то время как Полмонт фигачит ему в бок, отчего пёс изгибается и чуть не вырывается из моего зажима.

– Не пинай, держи его! – прикрикнул я на урода и он пригнулся и прижал пса.

Полмонт встаёт и пинает второго пса в живот. Тот извыл, и из его ноздри выдулся большой пузырь.

– Сука заслуживает смерти, – сказал он.

Подошёл Джентльмен, перевернул пса на спину и накрепко связал ему пасть, передние и задние лапы.

– Мы ещё с вами не закончили, – улыбнулся Дозо, и мы ушли в темноту, оставив беспомощных псов валяться в грязи.

Чем дальше от забора, тем больше трава под ногами пропитана грязевой жижей.

– С-с-сука. – Влага стала просачиваться в мои кеды.

– Тс-с-с, – прошептал Терри. – мы почти пришли.

Темень, хоть глаз выколи. Увидев свет в окне сторожки у подножия холма, я почувствовал облегчение. Ближе к берегу спуск становится круче и вёл к парковке на прибрежном шоссе. Вдруг кто-то закричал. Я весь напрягся, но зря – это всего лишь Полмонт сверзился. Джентльмен молча одним рывком поставил урода на ноги.

Мы ещё немного прохлюпали по грязи, и когда добрались до бетонной погрузочной площадки, ноги уже промокли насквозь. И всё равно мне прикольно, мы как в фильме про Бонда или про коммандос, атакующих штаб противника.

Мы подходим к сторожке, а Пендер не пускает Дойла.

– Открой, сука, дверь, старый мудила! – кричит он в окно.

– Не могу, если я вас пущу, они поймут, что я с вами заодно, – заныл Пендер.

Джентльмен отошёл, разбежался и в два удара вышиб дверь.

– Точно, лучше, будто мы сами сюда ворвались.

– Здесь вам делать нечего, – занудил Пендер, пересравшись. – То, за чем вы пришли, – на улице!

Однако Джентльмен уже зашёл и осматривается, как Лёрч из «Семейки Аддамс». Полмонт сбросил со стола кипу бумаг и пытается вырвать телефон из розетки, как в кино, только вот он дёргает раз, два, а провод не поддаётся. Джентльмен покачал головой, вырвал провод у него из рук и выдернул с корнем.