Горе луковое - Борис Харламов

– Давай завтра, он сейчас спит под капельницей. Утром в одиннадцать заедем за тобой и отвезём к нему. Лады?

– Ну, хорошо, а то я весь на нервяке уже.

– Алло, Максим! Ты не спишь?

– Настя ты?

– Я.

– Что так поздно? Что случилось?

– А что могло случиться? Только домой пришли с юбилея.

– Действительно, что может случиться на юбилее у генерала? Я думал, ты там осталась, и лёг уже спать.

– Хм, до этого пока не дошло, но кое кто, был бы там не против.

– Думаю, выстроилась бы очередь из полковников и лейтенантов.

– Ха-ха, забавно посмотреть на такую очередь!

– Но отставной лейтенант Луков имеет преимущественное право!

– У меня есть единственное право – выспаться, а ты меня этого права, лишаешь. Я слышу, ты навеселе?

– Не скрою, выпила немного. Мы танцевали медленные танцы.

– Подробности меня не интересуют.

– Я, надеюсь, ты завтра встретишь меня из университета? Тебе ничто не помешает?

– С моими правами мы ещё не определились, но обязанности я уже приобрёл.

– Ты что, отказываешься?

– Я что сумасшедший? Потом придётся долго стоять в очереди.

– Ха-ха,

– Во сколько завтра?

– Давай также в 15–00.

– Вторая попытка.

– Третьей не будет!

– Звучит заманчиво!

– Что-о?

– Шучу, завтра буду! Готовься!

– К чему?

– К дикому сексу!

– Звучит заманчиво!

– Малыш, я с тобой заработаю бессонницу и тебе тоже пора спать.

– За меня не беспокойся, я привыкла ночью писать конспекты.

– Я пожалуюсь на тебя своей тёте!

– Боже мой! Надеюсь, она не знает, что мы встречаемся?

– Пока нет, но она должна знать, почему я не высыпаюсь.

– Фу, какой зануда! Спокойной ночи!

– Спокойной ночи!

– Алло!

– Алло, Максим? Я тебя разбудила?

– Это кто?

– А ты многим оставляешь свой телефон?

– … Олеся, ты?

– Ты не рад?

– Рад, а сколько сейчас времени?

– Половина второго, я только пришла с показа и прослушала твоё сообщение. Хорошо, что у меня теперь есть телефон?

– Хорошо, что у тебя есть автоответчик.

– Я тебя ни от чего не отвлекаю?

– Отвлекаешь, ото сна.

– Извини, но ты сказал в сообщении, что будешь рад меня слышать.

– А я не сказал, что лучше звонить не ночью?

– Нет, только, что будешь рад. Ты меня опять обманул? Как тогда, когда я, как дура тебя ждала у клуба? Почему ты тогда ушёл?

– Так сложились обстоятельства, не по моей воле, я потом тебе объясню. Я действительно рад тебя слышать! Просто у меня прогрессирующая бессонница и когда меня будят среди ночи, я не могу уснуть до утра. Как у тебя дела?

– В целом всё нормально, увидимся – расскажу. Можем, увидится сегодня днём.

– Сегодня у меня много важных встреч, а как завтра?

– Завтра я уезжаю на несколько дней к родителям в Харьков.

– Вот так всегда, или всё, или ничего.

– Что ты имеешь ввиду?

– Да, это я о своём. Давай завтра вечером, часов в восемь, поужинаем?

– Давай! В это время я буду в центре, в районе Большого театра. Давай у главного входа?

– Окей, в восемь у главного входа в Большой театр.

– Спокойной ночи!

* * *

– Никита, привет! Как ты?

– Привет, Макс! Нормально, температура немного повысилась, но врач говорит, что это нормально.

– Я тебя вчера потерял, приехал в больницу, а тебя нет. Я был в шоке!

– Да, здесь спокойней, частная больничка, тихо, спокойно и глаза никому не мозолю.

– Что врач говорит?

– Я же сказал, всё нормально, не волнуйся за меня.

– За кого же мне волноваться?

– За наше общее дело. Что с бензином? Вчера забыл спросить.

– Течёт, всё нормально, деньги из Питера возят регулярно. Гарик сказал, что будут брать больше, правда, как мы и думали у него есть конфликт с тамбовскими. Он сказал, что скоро этот конфликт закроет.

– Как, не сказал?

– Сказал, как-то очень уверенно, что мы об этом услышим.

– Ну, дай ему бог! Как там Шпингалет?

– Всё нормально, увлечён сейчас новой темой, раскруткой наших артистов.

– Да, классно ты их развёл на эту работу! Как тебе удалось?

– Предложил одному, он коллег подтянул, им тоже красиво жить хочется.

– А артисточек там не предвидится? Я бы от массажа здоровых органов не отказался. Например, с Леной Кондулайнен я бы полечился.

– Выздоравливай давай, рано об этом думать.

Сейчас представил эту картину: Елена Кондулайнен лечит прострелянного бойца, под капельницей.

– Ха-ха, к-ха, к-ха, к-ха.

– Не смейся, тебе нельзя!

– А ты не смеши! Надоело мне валяться!

– Терпи старичок, по другому никак. Тебя здесь кормят?

– В основном, капельницей.

– Может, что-нибудь привезти поесть?

– Не парься ты, всё у меня есть, чего нет, пацаны приносят.

– Мне тоже хочется внести свою лепту, в процесс твоего выздоровления.

– Ты и так вносишь, общаюсь с тобой и мне уже легче. Правда, глаза закрываются, постоянно сплю.

– Это от лекарств, чем больше спишь, тем лучше. Ты поспи, я отъеду, вечерком загляну ненадолго, проведаю.

– Валяй.

– Привет, Настёна!

– Привет! Твоя вторая попытка оказалась удачной.

– Слава богу, сегодня без происшествий! Ты голодна?

– Да, что-нибудь бы съела.

– Что бы ты хотела?

– Лёгкий салатик с курочкой.

– Ты не поверишь, но у меня дома в холодильнике курица-гриль, и куча овощей из которых мы сделаем салат. Как я угадал! Едем?

– Вижу, что выбора у меня нет.

– Проходи, вот тебе курочка, овощи и поле для творчества.

– Ты мне сказал, что будем готовить вместе.