Спецуха - Андрей Загорцев

Я старался не менять выражения лица, с недовольными пофыркиваниями и непроизвольными радостными попукиваниями — это я так образно выражаюсь, не примите за чистую монету, — вышел из машины и выдвинулся в сторону близлежащего магазинчика.

По пути я краем уха уловил разговор полицейских:

— Полигон всяко-разно выкупят, вон зачастили. Блин, если бы не эта реформа, сейчас бы служил еще, хорошо хоть сюда взяли.

— Да благодари шефа, он мужик хоть и молодой, да дельный. Сам из бывших вояк.

Второй раз слышу дифирамбы в адрес местного шерифа. Порядок держит — это хорошо. А для выполнения наших задач плохо. Да еще бывший военный. Вдруг где-нибудь в спецназе служил и сталкивался со мной? Загонит нас, как волков на меховую фабрику. Узнать бы поподробнее. Но к ментам лучше не приставать.

В магазинчике я купил минералки, сигарет, закинул денег на телефон через аппарат и, выходя, натолкнулся на плакат с какой-то улыбающейся мордой. Я в недоумении потряс головой. Да не может быть! Прочитал еще раз: «Глава Концерна…».

— Девушка, а кто это, на плакате? — спросил я продавщицу, в недоумении тыча в него пальцем.

— Ой, а это же наш… — и бойкая продавщица взахлеб принялась рассказывать, кто это.

Короче, один из местных хозяев, бизнесмен из Санкт-Петербурга. Душа-человек и благодетель. Вот так…

Я в состоянии тихого шока вышел из маркета и поплелся к машине, осмысливая увиденное и услышанное. Такого не могло быть. Но я видел своими глазами и фотографию на плакате, и надпись под ней. Ладно, успокоимся и садимся в машину.

Покурив, я достал смартфон и нашел номер. Ну что же, проверим — вдруг это действительно правда, а не чудовищный бред подсознания?

Прошел вызов, и человек, находящийся за пару тысяч километров от меня, радостно завопил:

— Аллоо! На связи!

— Здравствуйте, мебельный салон?

— Нет, блин, Министерство обороны!

— А чего скамейки стоят!

— Так сейчас модно. Здорово, командир, как сам? В Питер собираешься? Или случилось чего: просто так же ты ни хрена не звонишь?!

— Ну, а то! А скажи-ка мне, Леха, на выезде из Леушово чья заправка стоит?

— «Башнефть», нормальная контора, торгуют честно, топливо не бодяжат… э-э-э, стоп-стоп! Зря спрашивать не будешь. Работа?

— Какой же ты понятливый!

— Ну а кто меня таким воспитал, — хмыкнул Скамейкин, — давай переходим на закрытую связь. Адрес чата помнишь, приватная комната там висит. Если ты в том месте, о котором я думаю, то интернета там завались!

— Перехожу.

Болтали мы долго и в основном по делу.

«Леушово» был проект моего бывшего ординарца, и семьдесят процентов в этом деле принадлежали ему, остальные — компаньонам. Как он вышел именно на эту деревню, начинал, устанавливал порядки, — долгая история. Но у Скамейкина, с его деловой хваткой и неплохим бизнесом в Питере, все стало постепенно получаться. Сейчас он активно расширялся, хотя, по моему мнению, дальше уж было и некуда. Леха с компаньонами задумал строительство агрохолдинга. Комплекс из перерабатывающих мини-комбинатов, коптилен, овощехранилищ, консервных линий располагался на южной окраине села и уже находился в стадии завершения. Оставались отделочные и пусконаладочные работы. Большую часть наемных рабочих уже вывезли, но дел было еще полно, и постоянно появлялись наладчики, компьютерщики, электрики. Сейчас у него ожидалось прибытие нескольких специалистов из области, и работала бригада отделочниц, откуда-то из бывших союзных республик.

Благодаря своему нерасторопному и вечно спящему матросу Скамейкину, а ныне — солидному бизнесмену, я решил кучу волновавших меня проблем. Надо же, как удачно. Под конец переписки Леха, чуть ли не в приказном порядке, посоветовал мне заехать в заведение под названием «Кофе Молл», расположенное возле местного клуба, и пообедать. Кофе там, по его словам, был такой, от которого у меня крышу свернет.

В кафе действительно кормили вкусно и на убой. Кофе был великолепен, это у них не отнять; а ведь раньше у Скамейкина он постоянно сбегал. Эх, молодость…

Денег с меня почему-то не взяли; наверно, Леха уже отзвонился по поводу моей персоны. Мне налили еще кофе в дорогу в термос-кружку.

Только сев в машину, я вспомнил, что так ничего и не узнал про местного шерифа. Ладно, надеюсь, у Скамейкина и с этими все схвачено…

В день вывода все прошло обыденно. Миша с видом ласкового теленка вытащил кусок копченой колбасы из моего походного рюкзачка, отрезал солидный шмат и принялся радостно жевать. Я пообещал сломать ему кроме ноги еще и нос.

— Хамишь, батенька, — прошамкал с набитым ртом сослуживец, — раньше ты меня на «вы» и шепотом, а теперь — нос сломать грозишься. Пожалей мои седые волосы, которые я сбрил вместе с усами.

— А вот как-то так! Спасибо тебе, господи, за пути твои неисповедимые, — я подобострастно поклонился портрету на стене.

Тот посмотрел на меня надменно, с чувством брезгливости.

Я отчего-то начал нервничать, а Миша продолжал:

— Эх, а вспомни, какие у нас спортсмены были! Как на общероссийских «скачках» всех «рвали»! С первого месяца службы готовили их… А сейчас за год только лучшего знатока ОГП (общественно-государственная подготовка) можно сляпать. А на одном ОГП далеко не уедешь.

Тут вошел «секретный» и кивнул мне.

— Не покидай меня, оставь на память кусочек «сырокопченой» и фляжечку коньячку, — заявил Миша. — Я буду грустить и курить в форточку, сидя на подоконнике.

— Миша, гоу ту де анус, — возмутился «секретный», — с подоконника навернешься, нос сломаешь! А претендентов на коньячок мы найдем более достойных — нам пятьсот километров на старенькой «Волге» пиликать. А водилой — Семен. Сам знаешь, с ним трезвым ехать — опасно для психики.

— А, ну тогда — да, если с Семеном вашим ехать, то вам спиртное нужнее; и чего вы все к моему носу привязались.

Мы вышли с черного хода. Я закинул рюкзак в багажник, проверил наплечную кобуру с «Грачом», две обоймы по семнадцать патронов. Снял гражданскую сумку со снаряжением, кинул на сиденье. «Секретный» передал мне опечатанный и тысячу раз перепроверенный планшет с документами.

— Яичек к ужину прихвати, — заорал Миша, высунувшийся в окно.

Мы ему помахали, выдвинулись, через час сломались. Через три починились. Коньяк уже допили. Опаздывали категорически. Уже в ночь мы все-таки выбрались на федеральную трассу и помчались с ветерком.

В час ночи «секретному» кто-то позвонил на его зашифрованный мобильник.

Он покивал и обрадовал меня.

— Началось! Теперь тебя тоже ловят, так что смотри в оба.

— Сам смотри, тебе задачу вывода никто не отменял; довезешь — дальше я уже как-нибудь сам.