Семь сестер. Сестра тени - Люсинда Райли

Между тем жизнь в Хай-Уилд текла своим чередом. Я видела, как Мышь и Рори стали постепенно раскрепощаться, общаясь друг с другом. Старалась не мешать и не лезть в их отношения, если порой Мышь выходил из себя и даже начинал распекать сына за какие-то провинности. Что вполне естественно для любого отца. Хотя ему еще только предстояло узнать, что естественно во взаимоотношениях с собственным ребенком.

Поскольку наше «грандиозное представление» Орландо приурочил к субботе, то я самым трусливым образом решила вместо пространных телефонных разговоров с сестрой отделаться эсэмэской, которую отправила Сиси прямо из Тентердена, объяснив, почему не смогу приехать в Лондон на эти выходные. В ответ тоже получила кратенькую эсэмэску.

Отлично. Позвони мне! Надо поговорить.

Я постаралась сделать вид, что ничего страшного не случилось, решив, что не дам Сиси разжалобить себя или почувствовать виноватой. В каком-то смысле наши с ней отношения были похожи на любовный роман, который, рано или поздно, должен закончиться. Начиналось все легко и просто, а вот расставание, судя по всему, будет болезненным. Но даже если бы я и навсегда уехала из Хай-Уилд, все равно пришла пора ставить точку в наших с ней отношениях. Я уже просто физически не могла вернуться туда, откуда фактически сбежала. Да и Сиси тоже пора привыкать к самостоятельной жизни и двигаться вперед уже одной. Надеюсь, со временем мы найдем какой-то иной способ общения друг с другом, более естественный, что ли.

Мышь с пониманием отнесся к моей просьбе не гнать лошадей и дать мне время обдумать его предложение. Каждый вечер, уложив Рори в кровать, он спускался вниз, на кухню, для того чтобы помахать мне рукой и бросить короткое «до завтра». После того как Орландо перебрался в Тентерден, в свою крохотную квартирку над торговым залом магазина, длинные вечера стали казаться мне особенно бесконечными и одинокими. Я даже подумала, что начинаю понимать, как никто, свою сестру, тоже страдающую от одиночества.

Однако ничего не поделаешь. Надо привыкать. Иногда у меня вертелось на кончике языка предложить Мыши задержаться у нас подольше, посидеть за кружечкой пива, но я ни разу не рискнула высказать свое приглашение вслух. Мышь уходил к себе на ферму, а я устраивалась возле камина в гостиной и заново перечитывала дневники Флоры, прикидывая мысленно, получится ли у меня преобразовать подробнейшие описания повседневной жизни, все события которой она скрупулезно фиксировала на протяжении многих лет, в книгу, которую люди захотели бы прочитать. Однако сама я читала рассеянно, потому что все время уносилась мыслями на Домашнюю ферму. Интересно, что сейчас делает Мышь? О чем он думает? Чем занимается?

Мужчина с искалеченной душой, на долю которого выпало столько горя и страданий, тот самый, кто признался мне в любви.

Вопрос, люблю ли я его?

Возможно.

Но у меня есть один секрет, о котором он даже не подозревает. Сама мысль о том, что мне придется признаться ему в этом, или кому-то еще, пугала. Я пока еще не была готова к такому признанию.

* * *

– Все готово? – спросил у меня Орландо. Он снова был неотразим. Облачился в недавно приобретенный винтажный сюртук по моде Эдвардианской эпохи, туго накрахмаленный воротничок рубашки, старинный галстук темно-бордового цвета.

– Да, – ответила я.

– Тогда начинаем, – сказал он.

И мы оба одновременно осмотрели безукоризненно-чистый торговый зал. Везде царил идеальный порядок. Я пошла следом за ним к дверям. Хоть бы народ какой-то собрался, взмолилась я мысленно. Нужно же, чтобы Орландо перерезал красную ленточку на входе, которую он заставил меня нацепить сегодня с самого утра в присутствии пусть малочисленной, но все же публики.

Он распахнул входную дверь, и я тут же увидела Мышь, Рори, Маргарет, рядом с ней стояла какая-то миниатюрная блондинка, новое лицо, мне пока незнакомое. За ними толпились зеваки из числа прохожих. Тех настолько впечатлил наряд Орландо, что они на время даже отставили в сторону свои сумки с купленными продуктами.

– Леди и джентльмены! Рад объявить об открытии книжного магазина «Орландо Форбс, эсквайр – Раритетные книги». А сейчас передаю ножницы директору моего магазина, без чьей неоценимой помощи я бы не стоял здесь перед вами. Берите же ножницы! – цыкнул он на меня вполголоса и буквально ткнул ими мне в живот.

– Нет, Орландо. Это должны сделать вы.

– Прошу вас, мисс Стар, не упрямьтесь. Вы же для меня тот человек, на котором все держится. А потому я хочу, чтобы именно вы перерезали эту ленточку.

– О’кей! – согласилась я со вздохом.

Под радостные крики и аплодисменты всех членов нашей семьи, к которым присоединились и остальные зрители, я перерезала ленточку. А потом народ шумной гурьбой повалил в магазин. Тут же мгновенно возник фотограф, запечатлевший нас с бокалами шампанского.

– Здравствуй, Стар! – расцеловала меня в обе щеки Маргарет. – Хочу познакомить тебя с Элен. Она хозяйка того замка, в котором я сейчас тружусь. И вообще, она для меня – все. – Маргарет бросила влюбленный взгляд на Элен, сжимая ее руку в своей.

– Рада быть вместе с вами сегодня, – не очень уверенно проговорила Элен на английском, немного запинаясь.

– Стар отлично владеет французским, – тут же пришла ей на помощь Маргарет. – Еще одно из ее достоинств, каких у нее тьма.

Мы с Элен мило поболтали какое-то время о ее замке, расположенном в самом центре благословенного края – долине реки Рона, возле деревушки Жигондас. Попутно Элен сообщила мне о том, какие великолепные росписи создала Маргарет и вообще какая она сама замечательная и необыкновенная.

– Маргарет сказала мне, что именно благодаря вам мы с ней можем проводить больше времени вместе, – добавила она попутно. – Спасибо вам, Стар.

– Привет, – послышался знакомый голос за спиной.

– Привет. – Я повернулась к Мыши, и он запечатлел дежурные поцелуи на обеих моих щеках. Рядом с ним стоял Рори.

– Ну, как тебе новый магазин Орландо? – спросила я у мальчика.

– Я уже нарисовал его на своей картине в подарок Орландо.

– А я изготовил для картины рамочку. Правда, красиво получилось? – сказал Мышь, наблюдая за тем, как Рори передает картину мне в ожидании уже моей порции восхищений.

Акварельный рисунок фасада книжного магазина действительно был очень неплох.

– Молодец, Рори! – изобразила я жестами свой восторг. – Просто фантастически! Он такой талантливый, – обратилась я уже к Мыши.

– Правда?

Я почувствовала нескрываемую гордость в его голосе. И почему-то у меня перехватило горло и захотелось плакать.

– Послушайте, Стар, – Мышь наклонился и прошептал мне на ухо: – Можно мне увести вас из дома сегодня вечером? Думаю, остальные обитатели Хай-Уилд сумеют обойтись без вас хоть какое-то время.