Всем парням, которых я любила - Дженни Хан

Он медленно продолжает:

– Верно… но ты упоминаешь поход в кино с Марго, Майком и Беном. А это было всего пару лет назад.

Я закусываю нижнюю губу.

– Точно. Но все равно, это было довольно-таки давно. – Я чувствую, как подступают слезы, так быстро, что если я хотя бы на секунду растеряюсь, дрогну, то расплачусь, и все станет еще хуже, если такое вообще возможно. Я должна быть невозмутимой, беззаботной и равнодушной. Слезы только все испортят.

Джош так пристально на меня смотрит, что мне приходится отвернуться.

– Итак… у тебя есть… или были чувства ко мне, или?..

– Да, конечно, в какой-то момент я была увлечена тобой, но это было до того, как вы с Марго начали встречаться. Миллион лет назад.

– Почему ты ничего не сказала? Потому что Лара Джин. Боже. Я не знаю. – Он не сводит с меня взгляда, в котором читается смущение, но в то же время кое– что еще. – Это безумие. Меня будто оглушили.

Его взгляд внезапно вызывает у меня воспоминания того летнего дня, когда мне было четырнадцать, а ему пятнадцать, и мы возвращались откуда-то домой. Он смотрел на меня так пристально, что я была уверена, он поцелует меня. Я начала нервничать, поэтому спровоцировала его на спор, и он больше никогда не смотрел на меня подобным образом.

До этого момента.

Не надо. Пожалуйста, только не это.

Что бы он ни думал, что бы ни хотел сказать, я не хочу этого слышать. Я сделаю все, что угодно, в буквальном смысле, что угодно, чтобы только не услышать этого.

– Я кое с кем встречаюсь.

Челюсть Джоша опускается.

– Что?

Что?

– Угу. Я кое с кем встречаюсь, с тем, кто мне очень– очень нравится, поэтому не беспокойся насчет меня, – я размахиваю письмом, словно это простая бумажка, мусор, будто когда-то давным-давно я не излила свою душу на этой странице. Я запихиваю его в сумку. – Я действительно была в замешательстве, когда писала. Даже не знаю, каким образом письмо было отослано. Честно, тут не о чем разговаривать. Поэтому, пожалуйста-пожалуйста, не говори ничего Марго.

Джош кивает, но этого недостаточно. Мне нужно словесное подтверждение. Мне нужно услышать слова, идущие из его уст. Поэтому я добавляю:

– Ты клянешься? Своей жизнью? – Если бы Марго когда-нибудь об этом узнала, мне бы захотелось умереть.

– Хорошо, клянусь. Но мы даже не разговаривали с тех пор, как она уехала.

Я делаю громадный выдох.

– Ну и прекрасно. Спасибо. – Я уже собираюсь уходить, но Джош останавливает меня.

– Кто этот парень?

– Какой парень?

– Парень, с которым ты встречаешься.

И именно в этот момент я вижу его. Питера Кавински, идущего по коридору. Как по волшебству. Красивый, темноволосый Питер. Ему не хватает музыки на заднем фоне, как в кино, настолько он потрясающий.

– Питер. Кавински. Питер Кавински! – Тут раздается звонок, и я медленно обхожу Джоша. – Я должна идти! Поговорим позже!

– Подожди! – окрикивает он.

Я подбегаю к Питеру и бросаюсь к нему, обнимая руками за шею и обхватывая ногами его талию. Я даже не представляю, откуда мое тело знает, как это делать, потому что я никогда в жизни не прикасалась к парню подобным образом. Как будто мы в кино: нарастает музыка, и волны бьются возле нас. За исключением того, что лицо Питера выражает откровенный шок и недоверие, и, возможно, каплю веселья, потому что Питер любит так забавляться. Приподнимая брови, он спрашивает:

– Лара Джин? Какого?..

Я не отвечаю. Я просто целую его.

Моя первая мысль: а у меня все еще осталась мышечная память о прикосновении его губ.

Вторая: надеюсь, что Джош смотрит. Он должен наблюдать, иначе весь этот цирк – зря.

Мое сердце бьется так быстро, что я забываю испугаться сделать что-то неправильно. Потому что примерно через три секунды Питер целует меня в ответ. Питер Кавински, парень, о котором мечтает каждая девушка, целует меня в ответ! Я целовалась с немногими. Питер Кавински, Джон Амброуз Макларен, кузен Элли Фельдман со странными глазами и вот теперь снова Питер.

Я открываю глаза, и парень глядит на меня с тем же выражением на лице. Я говорю искренне: «Спасибо». Он отвечает: «Пожалуйста», выпрыгиваю из его рук и бегу в противоположном направлении.

Проходит весь урок истории и большая часть английского, прежде чем мой пульс замедляется. Я поцеловала Питера Кавински! В коридоре! На глазах у всех! Перед Джошем!

Разумеется, я не продумала все хорошенько. Что бы сказала Марго? Если бы я продумала все, то выдумала бы парня, а не указала бы на реального человека. Более того, не назвала бы Питера К. Он в буквальном смысле наихудшая персона, которую я могла бы выбрать, потому что его знают все. Он же Питер Кавински! Кавински! Джен и Кавински. И не важно, что они расстались. Эта парочка – непременный атрибут этой школы.

Остаток дня я провожу, скрываясь ото всех. Даже обедаю в женском туалете.

Мой последний урок на сегодня – физкультура. С Питером. Тренер Уайт снова отправил нас в тренажерный зал, где нам предстоит тренировка. Питер с его друзьями уже знают, как пользоваться тренажерами, поэтому они занимаются отдельно от группы и могут свободно соревноваться между собой. И у меня нет возможности с ним поговорить. В какой-то момент Питер ловит на себе мой взгляд и подмигивает, из-за чего мне хочется свернуться клубочком и умереть.

После урока я жду Питера около мужской раздевалки, обдумывая, что сказать и как все объяснить. Я начну так: «Итак, насчет утра…», а потом издам небольшой смешок: «Как это было забавно!»

Питер выходит из зала последним. Его волосы мокрые после душа. Странно, что ребята принимают душ в школе, поскольку девушки никогда этого не делают. Интересно, есть ли у них там душевые кабинки или же просто куча душевых леек, и никакого уединения.

– Привет, – произносит он, замечая меня, но не останавливаясь.

Я быстро говорю ему в спину:

– Итак, насчет утра. – Смеюсь. Питер оборачивается и смотрит на меня.

– Ах, да. Что это было?

– Это была просто глупая шутка, – начинаю я.

Питер скрещивает на груди руки и прислоняется к шкафчикам.

– Имеет ли это какое-то отношение к тому письму, что ты мне послала?

– Нет. Точнее, да. Поверхностное.

– Слушай, – дружелюбно говорит он. – Я считаю тебя милой. В причудливом смысле. Но мы с Джен только что расстались, и прямо сейчас у меня нет желания с кем-то встречаться. Поэтому…

Я в шоке. Питер Кавински меня отшивает! Мне он даже не нравится, и он меня отшивает?! И, кроме того, «причудливая»? В каком это месте я «причудливая»? «Милая в причудливом смысле» – это оскорбление. Полнейшее оскорбление!