Доктор Данилов в Крыму. Возвращение - Андрей Шляхов

Во вторник о пропаже части денег рассказали врачи Шарко и Петровский. Шарко подозревал сына-девятиклассника, несмотря на то, что тот в краже так и не признался, а Петровский грешил на престарелую тещу-маразматичку, у которой на фоне маразма развилась клептомания.

Все встало на свои места после того, как в четверг утром фельдшер Вадик Бувайло обнаружил, что в его бумажнике, который всю смену пролежал в шкафу, теперь вместо восьми с половиной тысяч лежит всего три. Большинство сотрудников в начале смены оставляли бумажники с кошельками в шкафах. Брали с собой «на перекус» небольшую сумму – рублей двести или триста. Работа на «скорой» хлопотная, в запарке легко потерять бумажник. Вывалится, сам машинально выложишь из кармана и забудешь, или забудешь переложить из кармана куртки в сумку после сдачи смены, а то и свистнут на вызове – всякое бывает. Да и вообще сотрудникам «скорой» лучше не иметь при себе на дежурстве лишних денег. Бывали случаи, когда невменяемые пациенты – маразматики или алкаши – сразу же после отбытия бригады звонили в полицию и рассказывали, как «врачи-убийцы» украли у них последние сбережения. Приедет бригада на следующий вызов, а там ее уже наряд поджидает – проедемте в отделение. А в отделении первым делом просят вывернуть карманы… Деньги и документы возили с собой на дежурстве единицы, из числа самых недоверчивых. Остальные за сохранность своего добра не беспокоились, потому что случаев воровства на центральной подстанции, да и вообще на всей севастопольской «скорой» давно никто не помнил. Свои же люди кругом, коллеги. Могут пирожком без спросу угоститься или сока из пакета отпить, но чтобы деньги красть, да еще и таким иезуитским методом…

Заведующий центральной подстанцией Мамлай пришел в кабинет к Данилову в четверг сразу же после видеоконференции. Его появление Данилова удивило – ведь только-только обсудили все дела, что срочного могло произойти за минуту?

– Не хотел при всех говорить, – сказал Мамлай, – хотя к вечеру и так все будут знать. Шила в мешке не утаишь. У нас, Владимир Александрович, завелась «крыса». Сегодня у фельдшера Бувайло обнаружилась пропажа, а до того было еще три случая, которые мы вместе не увязывали. Брали не все, а только часть, поэтому люди думали на домашних. Кто на бывшего мужа, кто на тещу. Хорошо, что Бувайло заметил сразу, а то еще долго бы тянулась эта волынка. Что делать будем? Бувайло позвонил в полицию, но там его мягко послали. Сам, мол, обсчитался, а теперь волну гонишь. Я когда в Ялте на «скорой» начинал, у нас на подстанции был подобный случай. Фельдшер одна баловалась, крала деньги и все мало-мальски ценное, у меня, например, «ливайсы» новые украла. Дернул черт в обновке на подстанцию прийти, похвастаться. Поймали ее случайно и нескоро, примерно через полгода от первой кражи. А за эти полгода все сотрудники друг с дружкой перегрызлись. Сильнее всего подозревали диспетчеров и охранников, которые круглые сутки на подстанции торчали. Но и другим доставалось. Обстановочка была поганая. Работать невозможно, я уже думал о том, чтобы перевестись на другую подстанцию…

– Могу представить, – кивнул Данилов, хорошо понимавший Мамлая. – Надо самим что-то делать, раз никто больше нам помочь не в состоянии.

– Надо срочно что-то делать, – уточнил Мамлай, напирая на слово «срочно». – И без того некомплект сорок процентов. Если народ начнет собачиться и разбегаться то придется закрывать подстанцию.

– Закрыть подстанцию нам никто не даст, – усмехнулся Данилов. – Предлагайте другие варианты, Константин Миронович.

– Не знаю, что и предложить, – развел руками Мамлай. – Табель анализировать, чтобы вычислить вора, бесполезно. У нас же проходной двор. Постоянно кто-то из своих заходит. Кто мимо шел, кто арбуз забыл, кому с диспетчером пошушукаться приспичило. Опять же все с других подстанций, кто приходит к вам или в бухгалтерию, заходят и к нам…

– Сотрудников других подстанций можно в расчет не брать, – возразил Данилов. – Они появляются здесь эпизодически, раз в месяц, а то и реже. И заглядывают ненадолго, а для кражи из шкафчика нужно выждать подходящий момент. Это кто-то свой. Свои и заходят чаще в нерабочее время, и торчат на подстанции дольше.

Для многих сотрудников «скорой помощи» подстанция становится вторым домом или если не домом, то клубом, в который всегда приятно зайти. Как шутил один из бывших коллег Данилова доктор Саркисян: «Только в выходной можно спокойно расслабиться на подстанции, зная, что никакой вызов твой кайф не обломает».

– Ну да, свои, – согласился Мамлай. – На новичков я грешить не хочу. Умный вор дождется, пока появится новый сотрудник, и только потом начнет красть, чтобы подозрение пало на новичка.

– Мне это очень приятно слышать, – улыбнулся Данилов. – С учетом того, что самый новый сотрудник – это я.

– Это уж совсем надо с ума сойти, чтобы на вас подумать, – махнул рукой Мамлай. – Но перед вами ко мне еще трое сотрудников пришло. Доктор Петровский перевелся с третьей подстанции и два новых фельдшера – Бувайло и Сохацкая. Кстати, у Петровского и Бувайло пропали деньги.

– Значит, будем подозревать Сохацкую? – пошутил Данилов.

– Да нет, зачем же, – нахмурился Мамлай, не поняв шутки. – Сохацкая уже неделю на больничном с растяжением связок голеностопного сустава. Дома сидит, на подстанции не была. Это кто-то другой. Из списка можно вычеркнуть нас с вами, тех, кто пострадал от вора, и еще Райку Копержинскую. Она патологически честная. Я скорее себя стану подозревать, чем ее. Но как быстро найти вора – ума не приложу. Вот если бы у нас камеры видеонаблюдения на подстанции были… А так могу только попросить народ, чтобы деньги на работу брали по минимуму или держали бы их при себе, но вряд ли это поможет. Кто-нибудь да оставит, особенно женщины. Они же не привыкли кошелек в кармане таскать…

– Я тоже не люблю в кармане, – заметил Данилов. – В сумке удобнее. Кстати, Константин Миронович, как у вас с графиком на субботу? Найдете, куда поставить меня на полусутки?

– По нашей жизни врач лишним не бывает, Владимир Александрович. Усилим вами фельдшерскую бригаду. Будете работать с Добродомовым. А в воскресенье тогда как?

– В воскресенье тоже выйду, по графику. Железно, – пообещал Данилов. – А может, еще и в следующую субботу на полусутки попрошусь.

– Никак сами вора поймать хотите? – недоверчиво прищурился Мамлай. – В Шерлока Хауса сыграть?

– Холмса, – машинально поправил Данилов.

– Хауса, – повторил Мамлай. – Вы же доктор…

В том, как можно быстро разоблачить вора, сомнений не было. Надо ловить на живца, спровоцировать его на кражу при определенных условиях. План у Данилова имелся, причем план неплохой. Два года назад один из заведующих подстанцией в Еленином регионе поймал таким образом вора из числа сотрудников. Правда, тот вор крал кошельки вместе со всем содержимым, но это не меняло дела. Слегка изменить наживку – и можно надеяться на успех.

В пятницу, немного продлив свой обеденный перерыв, Данилов встретился со знакомым оперативником из Ленинского ОВД. Работая на «скорой», мгновенно обзаводишься знакомыми в полиции и МЧС. Параллельные службы. Кроме того, налаживанию отношений с сотрудниками полиции способствовала недолгая работа Данилова в исправительно-трудовой колонии. Работая там, Данилов научился лучше понимать людей в синей форме, а они, в свою очередь, считали его за своего. Или хотя бы не считали совсем чужим.