Верь в меня - Олег Рой

Денис молча кивнул, и его новый знакомый продолжил:

– Ты не испорчен славой, признанием и деньгами. Ты не привык продаваться и принимать позу «чего изволите, барин», как «именитые» писатели. И умеешь хранить чужие секреты. То, что ты неизвестен широкой публике, это как раз твой плюс. Имена, которые на слуху – это уже своеобразный штамп, клише, от которого этим знаменитым никуда не деться. Любые их книги читатель примет с восторгом и энтузиазмом, но при этом обесценится сама суть того, что должно дойти до сердца читателя. Публика воспримет их роман как очередное фэнтези, к ним не отнесутся серьезно. Те, кто популярны, работают на уровне Свадхистана-чакры, прости за грубость и откровенность. Они не проникают в душу, не касаются ее струн, они не могут ничего изменить в ней. Слепые поводыри слепых, они не способны понять других, потому что у них нет смелости пристально заглянуть в глубины собственных душ! Увы, мы создали их такими, это плод нашего кропотливого труда по превращению книги из сакрального артефакта в копеечный ширпотреб. Ты слышал, что говорила Маргарита? Это все – правда. Абсолютная правда, но правд, дружище, всегда больше, чем одна. И еще одна правда в том, что сегодня, как и тысячи лет назад, люди открывают книгу с подспудной надеждой найти для себя Откровение. Но маститые орфеи секса и насилия, называемые мэтрами, путаники слов и авторы банальных афоризмов не способны дать им Откровение. А вот неизвестное имя…

Мужчина задумчиво потер подбородок и продолжил:

– С другой стороны, Маргарита права, сейчас, прежде чем тебя напечатают, нужно все же сделать тебе хоть какое-то имя. И сделать его тебе придется самому, своим трудом, не за счет нашей помощи. Ты должен показать собственный стиль, узнаваемый, понимаешь?

Денис кивнул. Его собеседник усмехнулся, как показалось Денису, с плохо скрываемым тщеславием:

– Конечно, мои ресурсы неограниченны, и я мог бы просто купить тебе эту самую публикацию, хоть на миллионный тираж. И дело не в том, что он осядет на полках, нет, с теми же ресурсами можно сделать какую угодно рекламу, какую угодно раскрутку. Как у Дэна Брауна, или даже круче, даром что ты из некоммерческой России. Уж что-что, но мои помощники на этом мла… тьфу, как у вас правильно говорят, кажется, «собаку съели»?

Денис опять кивнул, чувствуя, что рассуждения его «друга» что-то в нем меняют. Наполняют уверенностью, что ли. Говорят, каждый человек, с которым ты встречаешься, знает то, чего не знаешь ты, и в этом смысле Денис чувствовал, что его новый друг знает – и может! – невероятно многое.

– Но этого делать нельзя, – внезапно опустил его на землю из радужных эмпиреев его собеседник.

– Почему? – изумился Денис.

– Ну как же, подумай! – ответил тот с каким-то нетерпением и замер, ожидая, но потом смилостивился: – Хорошо, не буду тебя мучить… Разве что-то настоящее можно купить за деньги?! Это, дорогой мой, вековое заблуждение людей, мол, дьявол все на деньги меряет, злато, точней, финансовая сфера – суть дьявольское изобретение, и тому подобная чепуха. Не мной, дьяволом, придуманная, кстати… Писатель, подобный тебе – ищущий, страдающий, сомневающийся, прошедший через муки не только безвестности и бедности, но и совести, потому что в эту же бедность вверг и своих близких ради Истины! – вот кто по-настоящему достоин того, чтобы к нему прислушались! И роман твой непременно выйдет в свет. Люди прочтут его, и тысячи и тысячи, если не миллионы, пойдут за тобой… но ты должен верить в то, что пишешь. Я мог бы просто надиктовать эту книгу, причем надиктовать кому угодно – и это казалось бы провалом. Твоя книга получится намного искреннее, намного сильнее моей.

«Почему?» – да что ж это, подумал Денис. Кажется, он просто обречен повторять и повторять это слово: почему-почему-почему…

Но ведь, действительно – почему?!

Его собеседник вздохнул:

– Помнишь, как говорится в одном старом детском фильме? «Настоящий художник должен быть правдив».

– Но что такое правда? – запинаясь, спросил Вишняков. – В чем она, эта правда?

– А правда, мой дружочек, в том, – глядя ему в глаза, произнес дьявол, – что именно после того, как некая сила… хм, с той стороны… проникла в сердце ангела, ангел стал… лучше!

Между ними снова повисло молчание. Только плеск волн и крики чаек.

– Лучше?.. Но это невозможно, – пробормотал Вишняков. – Зло – это всегда зло, так было и всегда будет.

– Это ты дьявола, конечно, имеешь в виду под злом, да? Меня… – вздохнул собеседник. – Ну а кто тебе это сказал? Бабушка в детстве? Соседка Анна Мироновна? Учительница в школе? Проповеди по каналу «Союз»? Неразумно уважать традиции, не думая при этом своей головой.

– Но кто же тогда виноват… – Денис не знал, как сформулировать вопрос.

– Не ищи виновных на стороне, – посоветовал его собеседник. – Загляни в себя – все зло и добро мира – в твоем сердце. И если происходит что-то плохое, незачем искать источник этого в небесах, преисподней или еще где. Он в вас самих. По мне, так то, что порой вытворяете вы, люди, даже меня заставляет задуматься.

– О чем? – удивился Денис.

– Попробуй, наконец, кофе, остынет же, – посоветовал его новый знакомый. – И у вас такого не сварят.

Вишняков машинально отпил из своей чашечки. Кофе был восхитительным, круассан наисвежайшим, тающим во рту…

– О чем задуматься, говоришь? – невесело усмехнулся черноглазый. – Да о том, что если Бог действительно создавал вас по своему образу и подобию, что же тогда Он представляет собой на самом деле?

Вишняков молчал. Мужчина улыбался. Денис чувствовал, как что-то рушится внутри его, обнажая бездну, в которую страшно бросить взгляд. Он словно разделился пополам – часть его с ужасом отвергала слова собеседника…

А вторая часть ошеломленно застыла. Он вспомнил, как в детстве парни с его двора повесили за хвост кошку и смеялись, когда бабулька, жившая на первом этаже, кряхтя и причитая, пыталась спасти исходящую воем животинку.

И жуткая правда была в том, что одним из этих мальчишек являлся он сам, Денис Вишняков. А вот его нового знакомца с ними тогда не было. И что же это получается?

– А получается, – продолжил дьявол, – что зло – это Он сам и есть. Не сочти за труд, просто слегка подумай. Разве дьявол карает вас за грехи? Нет, это делает Бог. Да ведь как порой карает, уму непостижимо. А вы слепо поклоняетесь, даже не разобравшись в сути вещей. Он называет вас овцами, и у Него есть на это право. Он может живьем спустить с вас шкуру, а вы будете блеять ваши убогие молитвы, взывая к Его милосердию! Жаль, что ты не видел, как упругое смолистое пламя обрушилось на Содом и Гоморру. Как их жители сгорали заживо, превращаясь в столбы из пепла и соли. Вот такое у Него милосердие… А вы действительно «по образу и подобию». Будешь в Японии, загляни в Хиросиму, посмотри на ее тени. Это сделали вы, не я.

Вновь возникла пауза, и Денис автоматически подумал о судьбе своей собственной семьи. Конечно, они жили не в картонных коробках нищенских трущоб, не в Танзании, не в грязи и невежестве Средневековья… но, собственно, безоблачной их жизнь было назвать нельзя. А ведь Денис старался. Как самый обычный человек не запредельных умений и способностей. Если Бог есть, почему он не помог? Неужели это было так трудно? Вспомнил, как ставил свечку в храме, как молился, чтобы Бог немножечко подтолкнул его карьеру. Отчего-то стало стыдно.