Информаторы - Брет Истон Эллис

Дэнни на моей постели — подавлен, потому что в ночь конкурса двойников «Дюран-Дюран»[37]какой-то брейк-дансер склеил Рики в «Одиссее» и убил. Видимо, Дэнни эту новость сообщил Бифф, теперешний любовник Рики — позвонил, добыв мой номер у кого-то на студии. Я вхожу, а Дэнни говорит:

— Рики погиб. Горло перерезали. Вся кровь из тела вытекла. Бифф звонил. — И все. Дэнни не шевелится, не рассказывает, каким тоном Бифф поведал эту новость, не снимает «уэйфэреров», хотя мы не на улице и уже почти восемь. Лежит, смотрит по кабельному какую-то религиозную передачу, и я не знаю, что сказать. Просто радуюсь, что он еще тут, не ушел.

Теперь из ванной, расстегивая блузку, юбку, кричу:

— Ты новости записал?

— Нет, — отвечает Дэнни.

— Почему? — спрашиваю я, а потом надеваю халат.

— Хотел «Джетсонов»[38]записать, — тупо отвечает он.

Я молча появляюсь из ванной. Подхожу к кровати. На Дэнни шорты цвета хаки и футболка «РАСПУСТИВ НОГИ»[39], она у него с того дня премьеры на студии, где его отец — исполнительный продюсер. Смотрю на Дэнни, мое отражение кривится, коробится в темных стеклах, потом уношу блузку и юбку в гардеробную, закидываю в корзину. Прикрываю дверь, стою над кроватью.

— Подвинься, — говорю я.

Он не двигается, лежит себе и лежит.

— Рики умер. Из него вся кровь вытекла. Весь почернел. Бифф звонил, — холодно повторяет Дэнни.

— По-моему, я просила не класть трубку на рычаг, отключить телефон, ну, как-нибудь, — замечаю я и все равно сажусь. — По-моему, я говорила, чтобы мне все звонили на студию.

— Рики умер, — бормочет Дэнни.

— Мне сегодня дворники отломали зачем-то, — через некоторое время сообщаю я, забрав у него пульт и переключая каналы. — Оставили записку. Написали: « Mi hermana».[40]

— Бифф, — вздыхает он, а потом: — А что ты сделала? Обсчитала «Тако Белл»?

— Это Бифф мне дворники отодрал?

Нет ответа.

— Ты почему сегодня новости не записал? — тихо спрашиваю я, стараясь не давить.

— Потому что Рики умер.

— Но «Джефферсонов»[41]ты записал? — с упреком замечаю я, уже теряя терпение. Переключаю на MTV — неубедительная попытка порадовать Дэнни. Увы, там клип «Дюран-Дюран».

— «Джетсонов». Не «Джефферсонов». Я «Джетсонов» записал. Выключи это.

— Но ты же всегда новости записываешь, — канючу я, стараясь не канючить. — Ты же знаешь, я люблю их смотреть. — Пауза. — Мне казалось, ты «Джетсонов» целиком видел.

Дэнни молчит, лишь опять скрещивает длинные, будто лепные ноги.

— И почему трубка на рычаге лежала? — говорю я: мол, вот как занятно.

Дэнни встает так резко, что я пугаюсь. Идет к стеклянным дверям, выходит на балкон, смотрит на каньоны. Снаружи светло, тепло, за силуэтом Дэнни видно, как жар поднимается над холмами, и тут я говорю:

— Только не уходи, — а он говорит: