Внутри меня гасли звезды - Нат Рейвен

Смена обстановки пошла мне на пользу. Я все меньше думаю о плохом, редко вспоминаю прошлое. Уход мамы все еще тлеет в душе горячими угольками, но причин для попутного ветра, чтобы раздуть пламя, не возникает. Я почти приняла ее смерть, почти дошла до пятой стадии. И я знаю, что вскоре и вовсе перестану ее корить за случившееся.

Если бы все текло так же хорошо, как это, то можно было бы смело сказать, что я всем довольна. Вот только подготовка к проекту с Ривзом – огромная ложка, точнее, поварешка дегтя в бочке с медом (и нет, не наоборот). Не проходит и дня, если мы с ним не сцепляемся языками в полемике. Он меня терпеть не может, я его терпеть не могу. Какая речь об успешных репетициях тут может вестись?

Мы так и не придумали идею танца. Терки по поводу музыки и стиля – ежедневные спутники. Уже многие сдвинулись с места, мы же в простое. Мистер Сэймор ни во что не вмешивается, так как это только наша проблема, что мы ничего не делаем. Да, чувствую, хорошим это точно не кончится.

Сегодня такой же день, как и все предыдущие. Мы опять поругались с байкером. На этот раз чуть серьезнее. Он обозвал меня перед всеми и ушел из зала, громко хлопнув дверью. В группе уже все привыкли быть свидетелями подобного. Меня даже забавит, что я его вывожу. Знаю, что иногда он хочет врезать мне за очередную колкость, и лишь неизменный устав: бить женщину – плохо, останавливает его. А может, он просто не хочет делать этого перед всеми.

– Ты что, больная? – Я подхожу в упор к занозе Уэлш.

Она меня раздражает не так сильно, как Ривз, но, кажется, я готова вырвать пару рыжих локонов с ее тупой головы всякий раз, когда она встревает в мое пространство.

– Больная? Почему ты так решила? – пискляво спрашивает она.

– Потому что ты все время ржешь тогда, когда этого делать не полагается. Неконтролируемый смех может быть признаком проблем со здоровьем. Проверься.

Уже тошнит от этого противно визгливого, как у чихуахуа лай, хохота.

– Знаешь что? – Она начинает пыхтеть от злости, собираясь выдать очередную глупость.

– Я бы выслушала все твои возмущения, если бы мне было не все равно. Уволь от своих детских ответок.

Не давая ей раскрыть рта, я забираю свои вещи и покидаю зал под пристальные взгляды одногруппников. Репетиция все равно сорвана. Лучше уж оставшееся время провести с пользой.

Я дала себе обещание, что хотя бы раз в неделю буду приезжать к семье, чтобы навестить. Все-таки приятно, когда тебя рады видеть! Приятно заходить в дом, зная, что тебя с нетерпением ждут.

И этот вечер я провела за теплой беседой и прекрасным сытным ужином. Я порадовалась за Ив, когда она похвасталась главной ролью в школьной постановке, приуроченной ко Дню благодарения. Признательно обняла миссис Данн, приготовившую вкуснейший мясной рулет. Поздравила папу с очередной удачной сделкой, сулящей миллионы.

Вдоволь наговорившись, я села в машину со счастливым лицом и сладким послевкусием. Тепло от встречи приятно окутало душу и зарядило вдохновением. Моя семья – самая лучшая поддержка и защита от плохих мыслей.

Тем временем телефон сходит с ума от ярых и настойчивых сообщений подруги вернуться домой. По ее словам, вечеринка уже давно началась, и если я не поспешу, то она на меня обидится. А кто же хочет стать обидчиком Камиллы Берк? Правильно, никто!

Грохочущая музыка убивает спокойствие и взрывает уши с первых же секунд появления в квартире. Здесь по меньшей мере человек тридцать и половину из них я вижу впервые.

Все цвета радуги окутывают помещение, задорно прыгая по потолку и стенам. Повсюду люди. Кто-то уже успел надраться, кто-то в верном направлении к этому. Десятки пар ног избивают паркет, танцуя, как в последний раз. Некоторые сидят за столом, играя в карты на поцелуи. Типичная тусовка.

Заметив свою опоздавшую соседку, Камилла подбегает ко мне и крепко обнимает. Она уже изрядно выпила, поэтому еле стоит на ногах, шатаясь из стороны в сторону, словно маятник.

– Народ, спешите познакомиться с отвязной барышней, моей милашкой Дакотой! – орет она.

Все приветственно вскрикивают, на секунду отвлекшись от своих дел, и поднимают красные стаканчики. Я машу рукой и бегло оглядываюсь по сторонам в попытках найти свободное место, чтобы усадить пьяную, обвисшую на моем плече.

– Берк, ты чего так нажралась-то?

– Коуэн, это вечеринка, здесь и нужно нажираться!

Я аккуратно толкаю ее на диван, и она облокачивается на спину парня в черной толстовке. Когда тот поворачивается, я встречаюсь с его напряженным взглядом.

Ривз.

Только не он!

– Вы совсем охренели! – недовольно возникает он. – Священные хомячки, Берк, это ты…

– Заткнись и лучше пододвинься.

– Что ты сказала?

– Эй, детишки, утихли! – вклинивается Камилла, стараясь потушить искры между нами.

– Я бы хотел послать тебя к черту, но что-то его жалко стало. – Ривз делает пару глотков пива.

Я показываю ему средний палец и ухожу на кухню, чтобы выпить чего-нибудь покрепче. Если «веселье» будет таким, то лучше при этом меньше соображать.

Ко мне подходят люди, чтобы лично познакомиться, и мой слегка опьяненный разум рад этому. Спустя пару часов я знаю здесь каждого. Пускай я не помню и половины имен, но в лицо теперь могу узнать того или иного заинтересовавшего меня типа.

Музыка больше не кажется такой громкой, злость не кажется такой явной. Мне весело. Я действительно давно не развлекалась более-менее прилично: без драк и разбитого имущества.

Потягивая очередной стакан мохито, я сижу в окружении таких же пьяных ребят и почти трезвого Эштона, решившего взять контроль над сегодняшним мероприятием. Мы разговариваем о всякой чепухе, залезшей в одурманенные головы.

Крамер – бывший моей соседки, тоже здесь появился. Черт знает, кто его сюда позвал, но он уже вовсю пристает к какой-то девчонке. Она хочет от него отвязаться, но его мускулистая рука сдерживает ее за талию. Такие типы приходят на вечеринки только с целью заняться сексом со случайными девицами. Его дело, конечно, но только объект он себе выбрал неподходящий. Блондинка, почти прижатая к стене, мягко сказать, напугана.

Вообразив себя спасительницей от наглых придурков, я поднимаюсь и иду прямо к ним.

– Тестостерон, отвянь от нее! Неужели твой маленький, размером с собственными яичками, мозг не понимает, что она хочет послать тебя к черту? – смело говорю я.

Девушка благодарно смотрит на меня. Она боится его, поэтому и не пытается поставить на место. Вот только чего тут бояться? Этого куска мяса?

– Коуэн, не лезь не в свое дело!

– Крамер, я дважды не предупреждаю.

– А то что? – переведя все свое внимания на меня и отпустив "жертву", заинтересованно спрашивает он.