Цыпочка - Дэвид Генри Стерри

Любовь воняет.

Дж. Гейлз Бэнд

Джейд — не настоящее ее имя. Она никогда не говорила, как ее зовут на самом деле, а мне не пришло в голову спросить. Никто не знал, где она живет. Она водила ненормальный алый кабриолет и никогда не надевала обувь, даже когда собиралась в ресторан.

Мы катили в ее кабриолете по тихоокеанскому шоссе. Прохладный, насыщенный морской солью воздух трепал наши волосы, луна освещала океан, а по радио звучала «Хорошая вибрация».

Она молчала, она вообще не произнесла ни слова с тех пор, как мы покинули вечеринку. Даже ее имя мне назвал Санни, а не она сама. За весь вечер я услышал от нее единственную фразу:

— Не хочешь ли прокатиться?

Но когда она это сказала, я оказался у дверей быстрее, чем вы успели бы произнести: «Привет, парень».

Я поймал красноречивый взгляд Санни, который говорил: «ты-идиот-если-пойдешь-с-этой-девушкой», но мне было все равно. Я лишь пожал плечами, улыбнулся «а-что-ты-можешь-сделать?» и поплыл по каналу Джейд, как упавшее дерево.

Меня разрывали противоречивые желания. Часть меня хотела, чтобы Джейд заговорила, хотела знать, почему эта девушка стала жить такой жизнью, как она превратилась в Джейд. Но другая часть не желала слушать никаких душещипательных историй. Кроме того, я опасался, что в ответ на откровенность потребуют того же и от меня. Рассказывать свои слезливые истории еще хуже, чем слушать чужие.

Я вспомнил, что как-то читал в каком-то журнале, что потребность жить высокой жизнью — это веление разума. Впрочем, достаточно было просто думать, что ты живешь духовной жизнью. Если ты так думал, значит, и вправду ею жил. У меня в кармане было много наличных. Я ехал по побережью с Джейд. Я мог сказать про себя, что живу духовной жизнью.

Меня кольнула мысль о Кристи, и я вспомнил о своем обещании позвонить ей. Я не сделал этого. Она была не нужна мне.

У меня теперь была Джейд.

* * *

Когда мне было десять лет, отец провел со мной первый урок сексуального воспитания. Мы только что вышли из церкви, где молились Господу нашему Иисусу Христу и Спасителю, прошедшему путь на Голгофу и пролившему кровь за наши грехи. Я все еще думал об этом, когда отец сказал где-то у меня над головой:

— Дэвид, когда-нибудь ты влюбишься в симпатичную девушку и… ну, короче, захочешь заниматься с ней сексом. Ты поймешь, что это любовь, потому что твой орган нальется кровью… Твоя партнерша выделит смазку… ты оседлаешь ее, проникнешь внутрь и будешь двигаться там, пока не произойдет эякуляция… то есть пока не случится выброс сперматозоидов. Это звучит так противно, но есть и хорошая новость, сынок: если ты все сделаешь должным образом, то все закончится меньше чем за минуту.

Наверное, он сказал что-то совсем другое, но я запомнил именно так.

Следующие несколько лет я периодически пытался представить себе времена, когда у меня будет наливающийся кровью орган, как и чем я его буду смазывать и где мне искать какие-то сперматозоиды, чтобы эякулировать.

Из окна шикарного дома, шедевра из стекла и стали, я смотрел на Тихий океан, несущий свои волны прямо из Японии. Я не знал, кому принадлежало это место, почему у Джейд был ключ, и где я, черт побери, нахожусь, но я жил духовной жизнью, а все остальное — не важно.

Азиатские доморощенные танцы Джейд волновали меня. Она так и не сказала ни слова с тех пор, как мы приехали сюда, и, чем дольше она молчала, тем более естественным мне это казалось. Мне даже начинало все это нравиться. Все эти слова… Что в них такого? Ничего нового.

Джейд расставила свое оборудование с точностью алхимика. Она зажгла свечи и положила на стол шприц. Затем насыпала в ложку белый порошок и подержала ее над огнем, пока порошок не превратился в вязкую жидкость, и, наконец, тщательно пропустила жидкость через фильтр сигареты.

Сегодня, ребята, мистер Колдун научит вас употреблять героин.

Джейд задрала юбку, нашла нужную точку, направила туда шприц и начала медленно вводить жидкость в свою изголодавшуюся задницу.

Наконец шприц опустел, и она положила его на стол. Волны экстаза постепенно накатывали на нее. Ее голова моталась, как у игрушки-куколки в старом «шевроле», глаза блестели — она уходила в плавание в дальние дали.

Только после всего этого она посмотрела на меня. Я ясно читал в глазах все ее желания. Она хотела, чтобы я подошел.

Леди или тигрица?

Пребывая в героиновом тумане, Джейд прижалась ко мне и сползла вниз, так, что мой ремень находился напротив ее рта. Я посмотрел вниз на нее и удивился, насколько изящно она отсутствует. Часть ее была со мной, очаровательная, конечно, физическая часть, но где витала ее душа? Меня опять раздирали противоречивые желания: мне хотелось и проникнуть внутрь, и оттолкнуть ее.