Боги Египта - Наталья Павлищева

— Не придется! — твердо обещал Менес, шагая за порог мастерской.

Храм Сета невелик, хотя Город — его владения. И дом жреца Сетмета мал, зато огромен сад при доме.

Только глянув на состояние деревьев, дорожек, кустов и цветов, Менес понял, кто наслал на Город песчаную бурю — в саду Сетмета не было ни единой лишней песчинки, ветер словно обходил его стороной.

Вечер еще не наступил, но приходить без приглашения к такому человеку не стоило и днем. Однако Менес решительно направился к воротам и постучал.

Открыли тут же, слуга молча разглядывал нежданного гостя.

— Передай хозяину, что мне нужно с ним поговорить. Немедленно. Я скульптор Менес.

— Я знаю, — кивнул слуга и сделал приглашающий жест.

Хозяин дома был высок, худощав и очень похож богомола — одни жилы. Кустистые брови настолько густы, что глаза под ними разглядеть просто невозможно. На худых руках браслеты с символами Сета и красными камнями, по подолу схенти и передника тоже красная полоса. Голова гладко выбрита, на затылке татуировка знака Сета.

— Что привело тебя ко мне?

Менес решил не тянуть, наверняка этот черно-красный паук давно все понял.

— Меня интересует девушка — Незер. Она исчезла…

— Украв у тебя что-то? — голос у Сетмета чуть скрипуч, словно ветер шевелил старый папирус.

— Я хочу всего лишь узнать, кто она. И что за тайну скрывает.

Сетмет усмехнулся:

— Любая тайна стоит золота.

— Скажи, сколько ты хочешь, и я заплачу.

Жрец запросил с Менеса столько же, сколько с Незер, но скульптор не торговался, просто швырнул Сетмету мешочек с шетитами, не считая, хотя там было больше запрошенного. Жрец поймал золото, по весу понял, что не прогадал, и потребовал:

— Ты никому в Городе не расскажешь то, что услышишь от меня. Хотя бы в ближайшие дни не расскажешь.

— Говори! — приказал скульптор. Он вовсе не собирался ничего обещать этому скорпиону в обличье жреца.

— Незер совсем ничего не говорила о себе?

— Если бы рассказала, стал бы я тебя спрашивать? Говори!

— Я просто хотел понять, что тебе уже известно. Она была жрицей в храме Хатхор в Дандаре.

У Менеса внутри все сжалось, вот откуда у девушки такой опыт в любви! Значит, чувство его не подвело, Незер и впрямь познала немало мужчин. Но жрец возразил на невысказанную боль Менеса:

— Нет, она не успела послужить, родила от первого же очень дорогого богине гостя.

Час от часу не легче!

— У Незер есть ребенок?!

— Да, сын. Но малыша забрали у матери еще младенцем, так поступают всегда в храмах. Ей сказали, что малыш умер, но строптивая девчонка не поверила и отказалась служить Хатхор, пока не узнает все подробно.

Менес почувствовал некоторое облегчение. Незер все же заслуживала уважения.

Внимательно глядя на скульптора, жрец продолжил выдавать тайны красавицы:

— Конечно, в храме ничего не сказали, но нашлись те, кто шепнул, что правду знаю я. Тогда эта девчонка сбежала из храма и явилась сюда, чтобы…

— Это тебе она отдала деньги, которые получила за анх!

Менес невольно запнулся, сообразив, что выдал Незер, его душила досада. Скажи Незер о своей тайне, не пришлось бы ничего красть, этого черного паука вполне можно купить за золото.

— И что же за тайну ты знал? На мгновение Сетмет усомнился, не запросить ли еще золота, но бросил взгляд на сильные руки скульптора и решил не рисковать без необходимости.

— Я знаю, где ее сын.

— Где? Не тяни! — у Менеса сжались кулаки.

— У Сета.

— Где?!

— У бога Сета. Незер отправилась в Верхний Египет, чтобы на правом берегу попасть во дворец Сета. Два дня назад из Шедета вышел караван…

— Ты лжешь! — поморщился Менес. — Всем известно, что город Сета — Нубт, а он на левом берегу.

— Нет… У Сета не один город, на правом берегу в горах у него зеленая земля и роскошный дворец, а Нубт… это только скромный походный стан.

— Но легче доплыть по реке, чем идти караваном через пустыню, откуда люди бегут к нам.

Жрец довольно рассмеялся, смех был неприятным, у Менеса просто руки чесались стиснуть его горло, чтобы захлебнулся этим смехом.

— Открою еще одну тайну Незер, так и быть… Она не умеет плавать и страшно боится воды. Потому отправилась с караваном вокруг.

Менес все же схватил паука за шею, тот захрипел, задергался, понимая, что каждый миг может стать последним.

— Я не лгу, не лгу! Я сам помог ей устроиться в караван и договорился о помощи в пути. На это и пошло ее золото.

Менес уже отпустил жреца, но тот на всякий случай продолжил:

— Она дойдет до Джаути, а там ее встретят и провезут до дворца Сета…

— Замолчи.

— Хорошо, как скажешь. Но если ты захочешь ее догнать, то поспеши. Незер будет в Дандаре через три луны. По реке можно успеть туда.

— Нет, не хочу! — отрезал Менес.

Глядя вслед скульптору, Сетмет довольно улыбнулся:

— Этот глупец не спросил главного.

Стоило Менесу удалиться, как из тени соседней комнаты к Сетмету выступил человек, которого отличал угрюмый взгляд, отменно выбритая голова и сильные руки. Обычное схенти, минимум украшений с красными камнями… Это был его помощник Хетт.

Не глядя на вошедшего, Сетмет проронил:

— Если он не пойдет, то пойдешь ты и сделаешь все, чтобы она не дошла.

— Убить?

Похоже, поручение не слишком угнетало спрашивавшего, Хетт явно привык к таким заданиям.

— Нет, но осложнишь путь настолько, чтобы не выдержала, остановилась, повернула обратно…

— Зачем тебе это?

Глаза из-под густых седых бровей сверкнули в ответ, словно уголья в пепле костра, если на них вдруг дунуть.

— Иди и не задавай глупых вопросов!

Вот теперь Хетт смутился, он попытался отвлечь жреца от предыдущего вопроса несколько неловким следующим:

— А если она не повернет и не передумает?

— Сделаешь так, чтобы опоздала. Я надеялся, что всего этого не понадобится, и ее схватит стража, как только скульптор обнаружит пропажу. Но он отдал почти все свое золото, только чтобы узнать правду о своей красавице. Жаль, все так хорошо начиналось… Украла анх — и Гору плохо, и ее могли наказать, но эти два слизняка бросились помогать.

Хетт подумал, что Менес и особенно молодой Нармер мало похожи на слизняков, но предпочел промолчать, и без того сегодня позволил лишнее. Сетмет не терпит вопросов и никогда не объясняет своих поступков или заданий. А дело Хетта — выполнять.