Безрассудная Джилл. Несокрушимый Арчи. Любовь со взломом - Пэлем Грэнвилл Вудхауз

Мистер Макичерн было приступил к ответу, но одернул себя. Никогда прежде он не постигал всю глубину и истинность поговорки про огонь и полымя. Чтобы очиститься, он должен будет упомянуть свои подозрения по адресу Джимми, а также свои причины для этих подозрений. А это означает разоблачение его прошлого. Сцилла и Харибда, иначе не скажешь.

По его виску поползла капля пота.

— И что вышло? — сказал сыщик. — Очень хитроумная идея, да только вы не предусмотрели, что в доме может работать настоящий детектив. Когда этот субъект начал плести свои байки, он сразу навел меня на тебя. Я сложил два и два. «Партнеры!» — сказал я себе. Я все разузнал — как ты втерся к сэру Томасу и прочее. Хитроумнее некуда. Становишься старым другом семьи, а потом протаскиваешь сюда своего кореша. Никому и в голову не придет тебя заподозрить, и дело в шляпе. Ну-ка, по-честному, такая была игра?

— Это ошибка, — начал Макичерн, но тут дверная ручка повернулась.

Сыщик оглянулся через плечо. Макичерн свирепо онемел. Завершающий удар! Не хватало только свидетелей положения, в котором он очутился.

В бильярдную небрежной походкой вошел Джимми.

— Дривер сказал мне, что вы здесь, — сообщил он Макичерну. — Не могли бы вы уделить мне… О-о!

Едва ручка повернулась, сыщик спрятал свой револьвер — осмотрительность входила в число наиболее важных заповедей молодых людей в сыскном агентстве Рэгга, — но замаскировать наручники много труднее. Джимми застыл, с удивлением разглядывая запястья Макичерна.

— Какая-то салонная игра? — осведомился он с интересом.

Сыщик заговорил конфиденциальным тоном:

— Дело обстоит так, мистер Питт. Тут тишком такое готовилось! В замок пробралась шайка грабителей. И этот тип — один из них.

— Как! Мистер Макичерн?

— Да, он взял это имечко.

Джимми лишь с трудом удержался от того, чтобы осведомиться у мистера Макичерна, не пьянство ли довело его до такого падения. Он удовлетворился скорбным кивком в сторону закипающего арестанта. Затем перешел на роль его адвоката в суде.

— Не понимаю! — сказал он. — Откуда вы это взяли?

— Так сегодня днем я поймал его кореша — субъекта, который назвался Гейлером.

— Я его знаю, — сказал Джимми. — На самом деле он детектив. Его сюда ввел мистер Макичерн.

Челюсть ищейки отвисла, словно после точного апперкота.

— Чего-о? — сказал он слабым голосом.

— Так я же вам говорил… — начал мистер Макичерн, но сыщик сосредоточился на Джимми. В него все глубже заползало гнетущее предчувствие катастрофы. Как в тумане он начал соображать, что дал маху.

— Да, — сказал Джимми. — Уж не знаю почему, но мистер Макичерн опасался, что кто-то попытается похитить колье леди Джулии Башли, и потому выписал из Лондона этого Гейлера. Возможно, взял на себя чуть больше, чем допускает этикет, но никакого криминала это не составляет. Так что вы сделали с почтенным мистером Гейлером?

— Запер в угольном подвале, — скорбно поведал сыщик. Мысль о приближающемся объяснении с ищейкой в человеческом облике, столько от него натерпевшейся, не слишком его взбодрила.

— Заперли в угольном подвале? — повторил Джимми. — Ну-ну! Полагаю, ему там уютно. Вероятно, он занят слежкой за тараканами. Тем не менее вам, пожалуй, следует пойти и выпустить его оттуда. Если вы принесете извинения, не исключено, что… Решать-то, конечно, вам, я только высказал мнение. Если вам требуется чье-то поручительство за неграбительность мистера Макичерна, я за него ручаюсь. Он джентльмен на заслуженном отдыхе, и мы были знакомы в Нью-Йорке.

— Я даже не думал…

— Это, — сказал Джимми сочувственно, — если мне дозволено будет так выразиться, самый главный просчет, который вы, детективы, постоянно допускаете. Вы действительно никогда не думаете.

— Мне даже в голову не пришло…

Он вытащил из кармана ключ от наручников и повертел в пальцах. Макичерн испустил глухой рык. Этого оказалось достаточно.

— Если вас не затруднит, мистер Питт, — заискивающе сказал сыщик, сунул ключ в руку Джимми и сбежал. Джимми отпер наручники. Макичерн растер запястья.

— Остроумное приспособленьице, — сказал Джимми.

— Весьма вам обязан, — проворчал Макичерн, не поднимая головы.

— Не стоит благодарности. Был только рад. Уж эти мне косвенные улики! От них одни неприятности, не правда ли? Один мой знакомый в Нью-Йорке на пари забрался ночью в дом, и по сей день владелец дома убежден, что он профессиональный взломщик.

— Что-что? — быстро сказал мистер Макичерн.

— Зачем говорить «знакомый»? К чему между нами уклончивость и увертки? Вы совершенно правы. Звучит, конечно, много романтичнее, но в конце-то концов вам нужны голые факты. Очень хорошо. Я забрался к вам в дом в ту ночь на пари. Вот и вся кристальная истина.

Макичерн молча сверлил его взглядом, и Джимми продолжал:

— Вы собирались спросить, а почему со мной был Штырь Муллинс? Ну, Штырь часом раньше залез в квартиру ко мне, и я захватил его с собой в качестве, так сказать, гида, философа и друга.

— Штырь Муллинс сказал, что вы — громила из Англии.

— Боюсь, я ввел его в легкое заблуждение. Перед тем я был на премьере спектакля под названием «Любовь и взломщик» и сообщил Штырю кое-какие технические сведения, полученные от моего приятеля, который играл главную роль. Я, когда вошел, сказал вам, что поговорил с лордом Дривером. Так он сообщил мне, что познакомился в Лондоне с этим самым актером — его фамилия Миффлин, Артур Миффлин — как раз перед тем, как познакомился со мной. Он сейчас в Лондоне, репетирует, освежая спектакль, который они привезли из Америки. Вы понимаете всю важность этого факта? Ведь если вы сомневаетесь в моей истории, вам достаточно найти Миффлина… Я забыл, в каком театре они будут играть, но вам и секунды не потребуется, чтобы это выяснить… и он подтвердит. Вы удовлетворены?

Макичерн промолчал. Еще час назад он до конца отстаивал бы свою веру в преступную деятельность Джимми, однако события последних десяти минут его ошеломили. И вызвали реакцию почти в пользу Джимми.

— Вот что, мистер Макичерн, — сказал Джимми. — Не могли бы вы спокойно послушать меня минуту-другую. Ведь у нас нет ни малейшей причины вцепляться друг другу в глотку. Почему бы нам не стать друзьями? Давайте пожмем друг другу руки и покончим с этой войной. Полагаю, вы понимаете, почему я вас искал? — Макичерн промолчал. — Вы ведь знаете, что ваша дочь разорвала помолвку с лордом Дривером?

— Так он не ошибся! — сказал Макичерн почти про себя. — Это вы?

Джимми кивнул. Макичерн забарабанил пальцами по сукну и устремил на Джимми задумчивый взгляд.

— А Молли? — сказал он наконец. — Молли…

— Да, — ответил Джимми.

Макичерн продолжал барабанить.

— Нет-нет, никаких утаек, — сказал Джимми. — Она наотрез отказалась