Разница во времени - Анна Бабяшкина

— Хорошо, Семен Семенович, я учту ваши пожелания. Спасибо за конструктивную критику. Мы попытаемся еще раз поговорить с Алеевым. Между прочим, вы знаете, в столице целая куча таких вот весьма приличных заведений, которые ни в какую не хотят рекламироваться. Мы их уже в отдельный список выделили, чтобы больше с ними не работать и время на них не тратить. Прямо какие-то заколдованные рестораторы! Знаете, например, такое кафе, называется «Свои люди»? Так вот, им владеет тоже совершенно непроходимый тупица. Уж я ему объясняла-объясняла, что займись он рекламой своего заведения, уже заработал бы на открытие второго ресторана. А он не соглашается хотя бы рубль потратить! Причем они и другим изданиям ни цента не заплатили, представляете? Никто их не может раскрутить! У них даже наружки нет! Ни одной растяжки и ни одного щита.

— Прямо так и ни одного? — недоверчиво переспросил Петров.

— Ни одного, — авторитетно подтвердила Тарасова. — Мне не верите, так поговорите с Машкой-наружкой. Ну которая нам делала щиты, помните?

— Помню, помню я твою Машку-растяжку, — поморщился гендиректор. — Значит, есть ребята, которые совсем не хотят популярности? Интересная информация, — поглаживая щетинистый подбородок и поглядывая на часы, кивнул Петров. — Я так понимаю, что весь ваш арсенал по отношению к таким вот «жадинам» уже применялся?

— Конечно, — кивнула Тарасова. — И неоднократно. Да что говорить, мы им звоним раз в квартал — вдруг там собственники сменились и пришли более вменяемые люди? Но ничего не меняется, представляете? Как только они не разорились еще без наших услуг?

— В общем, ситуация мне ясна. Не обижайтесь, Елена Михайловна, но мне кажется, что к этим особым клиентам нужен особый подход. Предлагаю выделить этих скупердяев в отдельный спецпроект. Назначить ответственного, который занимался бы только этими «особыми» ресторанами и больше ничем. Пусть передаст всех своих клиентов другим рекламным агентам и выяснит, почему Алеев и ему подобные жадничают. Надо выколотить из них денег — необходимо расширять клиентскую базу и увеличивать поступления от рекламы за счет новых клиентов. Понятно? Подумайте, кому вы это можете поручить.

— Вряд ли кто-то захочет взяться, — с сожалением помотала головой Тарасова. — Вы уж извините — с этими придурками можно полгода провозиться и не получить ни рубля. А ведь агента процент кормит, сами понимаете. Как же человек на голом окладе в 300 долларов все это время жить будет?

— Ну так увеличьте оклад этому «особому агенту». Или процент! В общем, придумайте что-нибудь, но чтобы человек нашелся, — Петров уже начал потихоньку кипятиться, недовольный тем, что его гениальная идея не принята «на ура». — Пусть будет оклад 1000 долларов и 40 процентов от суммы, которую удастся выбить из жадин. Неужели не найдется желающих?

Присутствовавшие на совещании рекламные агенты и агентши, общим числом семь человек, нервно заерзали. Но руку никто не поднял. Никто не горел желанием ради «журавля в небе» хоть на какое-то время расстаться со своими, «ручными» рекламодателями, обеспечивающими агентам стабильный и немаленький доход. Но не такова была Наташа. Сердце ее часто забилось, а в голове пронеслась яркая, как апельсин, мысль: вот он — мой шанс!

И Наташенька решительно, как в школе (которую она, кстати, закончила с золотой медалью), подняла руку:

— Я!

— Вот видите! — довольно воскликнул Петров. — Надо уметь работать с людьми! — и благосклонно посмотрел на г-жу Ростову.

Г-жа Тарасова нервно повела плечом, так что с него чуть не спала тоненькая лямка изысканного шелкового платья.

— Давайте установим срок в полтора месяца. Если за это время не будет результата — думаю, его не будет уже никогда.

— Поживем-увидим, — расплывчато согласился Семен Семенович. — Приступайте, Наталья. О первых результатах доложите мне лично через три дня. Хотя… сегодня у нас пятница? Значит, доложите в четверг.

Г-жа Ростова энергично кивнула, а про себя крикнула: «Йес!» Наташу просто распирало от счастья. Наконец-то белая полоса в жизни! Теперь она получит козырную возможность общаться один на один с генеральным! Уж она-то этот шанс не упустит и докажет ему, кто достоин служебной «Шкоды», оклада в 3000 долларов, лакомых премиальных по итогам квартала и просторного кабинета с кожаным креслом! Где-то на горизонте уже маячила фотография на первой полосе корпоративного сайта с заголовком: «Наши передовики». Нет, конечно, там напишут что-нибудь более современное. Но все поймут, что на самом деле хотела сказать им Наташа своим самоотверженным трудом.

— Вот, пожалуйста, — не без радостного сарказма процедила Тарасова, бросая на стол перед Наташенькой тоненькую папку. — Здесь все злостные уклонисты от участия в рекламных акциях. Желаю удачи. Между прочим, этим самым Алеевым из «Трали-вали» я занималась лично. Очень тебе сочувствую. Заранее. Мерзкий тип. Все время смотрит поверх головы собеседника во время разговора. Если и говорит, то что-нибудь бессвязное, как пациент Кащенко. Спрашиваешь: «Почему вы экономите на рекламе?», отвечает: «А вы знаете, есть ли жизнь на Марсе? Ну то-то же». Нормально, да? И вообще предпочитает молчать. А добиваться личной встречи с ним тебе придется как минимум месяц.

Все агенты на секунду оторвались от мониторов и посмотрели вслед Тарасовой, уверенно поцокавшей к выходу. Кажется, они тоже выражали взглядом г-же Ростовой сочувствие: мол, чего только с человеческими мозгами от жары не случается?

Но Наташе не требовалось сочувствия, ей было достаточно списка. Впрочем, слова Тарасовой произвели на г-жу Ростову некоторое впечатление: она поняла, что с этими «особыми» клиентами стандартные приемчики не работают, — чем-чем, а «джентльменским набором рекламного агента» Елена Михайловна владела отменно! Придется искать индивидуальный подход. Наташа открыла папочку и даже крякнула от разочарования: в ней находился всего лишь один листок, отпечатанный на компьютере.

Там было написано:

1. «Трали-вали». Алеев Алексей Александрович.

2. «Свои люди». Козлов Геннадий Андреевич.

3. «Квартира». Леонидов Станислав Леонидович.

4. «НИИЧАВО». Садковой Даниил Львович.

5. «Будуар». Кустова Клара Юрьевна.

6. «Sweet home». Романова Жанна Александровна.

И только-то? Всего-навсего шесть ресторанов? Тарасова что, с ума сошла, когда составляла эту фитюльку? Ну подумаешь, каких-то шесть мелких рекламодателей?! Наташенька ведь уже строила планы о том, как приручит целую свору глупых работников общепита, а тут — жалкая кучка.

Да! Не густо! Милые коллеги не потрудилась даже сообщить адреса и телефоны этих заведений. Не говоря уж про то, чтобы рассказать, кто, когда и что предлагал им в плане рекламы. Ну что ж, Наташа обойдется и без их помощи. В конце концов, она очень опытный рекламист и уже приводила в этот жалкий журналишко таких клиентов, благодаря которым тупицы из отдела культуры чуть ли в полном составе ездили в Канны на кинофестиваль, Тарасова получала суперпремии, а сама Наташа купила себе очень милый «Форд фокус». Правда, в кредит.