Идеальный вариант - Лариса Райт

Конечно, были свои опасения. Все-таки столько всякой грязи говорят и пишут в последнее время о браках с иностранцами. И к женам относятся ужасно, и детей отбирают, и вообще не на мужчин тянут, а на монстров каких-то. Как будто в нашей стране таких экземпляров мало! Много, может, даже больше. И по подвидам разделены: алкоголик, садист, тунеядец, параноик. А встречается (и нередко) гибрид четырех видов. Поэтому что иностранец, что наш – разница небольшая. Одна только – иностранцы в нашем метро не ездят, не сидят на лавках, широко расставив колени, и не закрывают глаза, притворяясь полумертвыми, больными и жутко несчастными при виде беременных женщин, стариков и пассажиров с детьми. На Ибице Ника с подобной напастью столкнуться не могла хотя бы потому, что метро там отсутствовало. Чем не причина распрощаться с московскими джентльменами и променять их на улыбчивого, открытого, пусть и немного наивного островитянина?

Были еще причины. Во-первых, она давно твердила о желании уехать. Впрочем, как-то вяло, ничего для этого не делая. А тут подвернулся шикарный вариант. Во-вторых, девушка не отличалась богатырским здоровьем. Постоянно ходила простуженная, лечила кишечник, страдала аллергией и другими напастями, что сопутствуют жизни в загрязненном мегаполисе. В теплом же климате болезни отступали, Ника расцветала, переставала чихать и кашлять и, щурясь на яркое солнце, ни капли не скучала по серой Москве. Наконец, в-третьих, могла позволить себе мечтать о светлом будущем:

– В конце концов, надоест на Ибице – рванем в Барселону. Какие проблемы? Выучу язык, найду работу, и вперед.

– Ага, – мрачно кивали скептики. – Вперед и с песней. В Испании кризис который год, работы нет. Думаешь, легко будет?

– В туризме да с русским языком? Найду что-нибудь. Сейчас знание русского очень ценится. Наших туристов с каждым годом все больше. А у меня ведь еще и английский на уровне, так что не пропаду. Кто ищет, тот всегда найдет.

– Так тебе и позволит его родня увезти сы`ночку на континент, – мрачно предсказывала мама. – Видела же, как они привязаны друг к другу, близкие такие, душевные.

– Тем более надо увозить, а то будут с утра до вечера в гости ходить, – беспечно отмахивалась Ника.

Ей все казалось легким. Раз так внезапно случилась и стремительно развивалась любовь, то и все остальное должно оказаться удивительно простым и быстрым: и кольца от Тиффани, и платье от Веры Вонг, и иммиграция, и семейная жизнь.

– Посчитаем финансы, возьмем кредит, купим дом.

– Большой? – с горящими от зависти глазами интересовались подружки.

– Четыре спальни, – немного хвастливо отвечала Ника.

– Большой, – признавали все окончательное поражение, тяжело вздыхая.

– А зачем такой большой? – спросила мама.

– Ну, не переезжать же все время. Когда-нибудь будет ребенок. И вы в гости пожалуете.

– Сначала доживите до «когда-нибудь».

– Доживем.

– А ты кого хочешь, мальчика или девочку? – такие вопросы задают всем невестам без исключения, и им – невестам – не надоедает отвечать:

– Девочку.

– А Пепе?

– А Пепе хочет пятерых детей. И чтобы четверо мальчиков.

– …

– Не парьтесь! Я поэтому и надеюсь сразу родить девочку, чтобы с мальчиками завязать на корню.

– Какие у вас разные желания.

– Точно. Не сходимся ни в количестве отпрысков, ни в породе будущей собаки, ни в длине моих юбок.

– И что будете делать?

– Ну, длину юбок точно оставим прежней, а в остальном как-нибудь договоримся, – она упорно продолжала верить в легкость бытия.

Ника уехала на остров, а вслед еще долго летели отголоски доброжелателей:

– Ну, не срастется – разведутся. По нынешним временам ничего страшного.

– Будем надеяться, все будет хорошо. Хотя с ее характером и полгода – уже прекрасно.

– Скоро хорошо не бывает.

– Тиффани, Вера Вонг – смешно слушать!

– А как вам эти планы: хотим – живем здесь, хотим – там?

– А выучить язык с полпинка?

– А найти работу?

– Наполеон тоже хотел завоевать мир.

– А четыре спальни?

– А пятеро детей?

– Ну, это его заморочки. Пятерых не только родить, но и вырастить надо. Воспитание дать, образование. Не в Африку же уехали – в Европу.

– Родителей жалко. Растили, растили…

– Да они вроде не переживают. Лишь бы Ника была счастлива. Потом есть же старшая и внуки. Ну и самолеты, конечно. Не в СССР живем, слава богу!

– А свадьба в отеле? Ну, Голливуд просто отдыхает.

– Ага. И дискотека на яхте.

– Если, конечно, до свадьбы дойдет…

Дошло. Ника была очаровательна в платье, сшитом местной умелицей по эскизам известного дизайнера. Все-таки Вера Вонг есть Вера Вонг, и ее платья самые лучшие. Кольца были подлинными – их предполагалось носить всю жизнь, а не один день. Угощения в ресторане роскошного отеля были шикарными, а вот от яхты пришлось отказаться – выплыла за буйки бюджета, о чем Ника нисколько не пожалела. Дискотека у бассейна их дома (пока только с двумя спальнями, ну и что?) получилась незапланированной, но очень веселой.

– Ну что? – поинтересовалась у Ники лучшая подруга. – Теперь курс на Барселону?

– Полный вперед! – Та энергично кивнула и нырнула к мужу в бассейн.

– Не захлебнулась бы! – перешептывались скептики, вкладывая в слова двойной смысл.

Прошло много лет. Ника чудесно жила на Ибице. Язык выучила, профессию обрела: доросла до топ-менеджера отеля. У нее никогда бы этого не получилось, если бы погналась за мечтой и отправилась покорять Барселону. Во всяком случае, ей было приятно так думать. Поехать на континент хотели и даже всерьез собирались. Но в последний момент свалилось предложение о работе, и трезвый расчет подрезал крылья неизвестности. Ника твердой походкой шагала по карьерной лестнице, успевая воспитывать двоих детей. С пятком не сложилось, хотя, возможно, могло бы. Пепе и спустя двадцать лет намекал, что жена не воплотила в жизнь все обещания. А супруга со смехом отвечала, что он вполне может ограничиться тем, что юбки все-таки стали на ладонь длиннее.

Дом с четырьмя спальнями тоже не случился. Их было три – для родителей и разнополых детей: семнадцатилетней Марии и десятилетнего Алехандро. Была большая гостиная с камином и кабинет с раскладным диваном, на котором частенько и останавливались родственники жены. Родня мужа ночевать не оставалась. Зачем? Они все рядом. Иногда, конечно, голова пухнет от обилия подарков, которые надо приобрести на Пасху и Рождество, а на семейных праздниках приходится сильно напрягаться, вспоминая, как зовут «вон того старичка с палочкой» или «эту милую девушку в синем платье». Зато всегда можно быть уверенным: случись что – за спиной армия помощников, которая никогда не предаст, даже в случае, если кто-то из верных солдат не всегда помнит твое имя.