Опечатки - Терри Пратчетт

Но пару лет назад я написал книгу под названием «Цвет волшебства». Там была куча шуток. Я старался сделать с классической фэнтези-вселенной то же, что «Сверкающие седла» сделали с вестернами. Плюс это был мой оммаж двадцатипятилетнему чтению фэнтези, которое началось в тринадцать лет. Тогда я прочитал «Властелина колец» за двадцать пять часов. Эта чертова книга как будто попала под колесо велосипеда моей жизни. Я начал читать фэнтези со скоростью, доступной только в отрочестве. Я мечтал о книгах.

Понимаете, у меня было тяжелое детство. Меня постоянно окружали товарищи по играм, а родители покупали мне игрушки и отказывались дурно со мной обращаться, поэтому мне никогда и в голову не приходило искать утешения в хорошей книге.

А Толкин всё изменил. Я просто с ума сходил по фэнтези. Комиксы, скучные скандинавские саги, еще более скучное викторианское фэнтези… пожалуй, тут я должен сделать пояснение для юных слушателей: в те дни фэнтези не продавалось в каждом игрушечном или книжном магазине. Скорее, оно походило на секс. Ты не знал, где найти по-настоящему завлекательные книги, поэтому оставалось только с надеждой пролистывать журнал «Фотограф-любитель» в поисках художественных ню.

Если я не мог достать желаемого – я имею в виду героическое фэнтези, а не секс, – я шел в детскую секцию общественной библиотеки и пытался убедить книги об эльфах и драконах зайти ко мне в гости. Я даже купил и прочел разом все книги о Нарнии – ощущение было такое, как будто я объелся причастными облатками. Мне было уже всё равно.

Наконец меня поймали и держали в темной комнате, давая небольшие дозы научной фантастики, пока я не справился с дурной привычкой. Теперь я уже могу пройти мимо книги с драконом на обложке, и у меня почти не потеют ладони.

Но всё же часть моей души навсегда осталась там. Я назову это место обобщенной фэнтези-вселенной. Она существует, и вы все ее знаете. Ее создали фольклор, викторианские романтики, Уолт Дисней, Э. Р. Эддисон, Джек Вэнс, Урсула ле Гуин, Фриц Лейбер… эти писатели и еще несколько человек определили всю вселенную. Теперь, к радости писателей-паразитов вроде меня, существует ряд сюжетных элементов, которые находятся, так сказать, в общественном достоянии. Драконы, маги, далекие земли, квесты, могущественные артефакты, странные города. Примерно такие же декорации существовали бы и на нашей планете, если бы Господу хватило денег.

Чтобы подробнее познакомиться с обобщенной фэнтези-вселенной, просто посмотрите на классическую ролевую игру «Драконы и подземелья». Это мозаика из всех историй, которые вы читали в жизни.

Разумеется, эта вселенная полна клише и штампов, просто по определению. Эльфы высокие, красивые и стреляют из лука, гномы маленькие, темноволосые и трудолюбивые. Магия работает. Есть некоторая разница между магией здесь и магией в той вселенной. Там волшебник щелкает пальцами, высекая сверкающий синий свет, потом происходит взрыв, и какой-нибудь несчастный превращается во что-нибудь жуткое.

Если вы торгуете юмором, то давно знаете, что есть два испытанных способа: перевернуть клише с ног на голову или воспринять его абсолютно буквально. Так что в продолжении «Цвета волшебства», которое отправляется в печать со скоростью литосферной плиты, вы узнаете, например, что будет, если кто-то вроде меня решит, что мегалитические сооружения – это на самом деле очень сложные компьютеры. Вы увидите друидов, которые бродят между камнями, болтают на компьютерном жаргоне и считают Стоунхендж чудом явления кремниевой глыбы.

Пока я копался в фэнтези-мире, выискивая новое клише, чтобы выжать из читателей пару смешков, я обнаружил один штамп, который въелся так глубоко, что его уже никто не замечает. Это так меня поразило, что я решил рассмотреть его серьезно.

Женскую и мужскую магию принято разделять.

Возьмем ведьм и волшебников. Эти слова принято произносить рядом, как будто это просто разные гендерные обозначения одной и той же профессии. Но это не так. В фэнтези-мирах не бывает ведьм-мужчин. Слышу крики с места про ведьмаков, и это правда. Ладно, приму ваш аргумент для конкретных историй, но общая тенденция всё равно другая. А женщин-волшебниц точно не существует.

Заклинательница? Это просто ведьма классом повыше. Чародейка? А это ведьма с красивыми ножками. Вообще борцам за равные права давно пора заглянуть в фэнтези, потому что женская магия там считается хуже мужской. Третьесортной. Плохой. А волшебники при этом могущественны, разумны и мудры. Чтобы это заметить, в магию верить необязательно.

Волшебники вершат высокую магию, а ведьмы насылают бородавки.

Архетип волшебника – это Мерлин, советник королей, создатель Круглого стола и единственный, кто умел обращаться с электромагнитом, удерживавшим Меч в Камне. Его нельзя назвать фольклорным героем, потому что мы знаем о нем в основном из «Жизни Мерлина» Гальфрида Монмутского, написанной в двенадцатом веке. Старина Гальфрид – один из величайших авторов фэнтези в мире, наравне с Фрицем Лейбером, только без кошек.

Мерлину тоже не везло с женщинами. Его главным врагом была ведьма Моргана ле Фей, а в конце концов его одолела и заключила в хрустальном гроте (или зачарованном лесу, как вам больше нравится) его собственная ученица. Идея ясна, мальчики: вот что случается, если могущественная магия попадает в женские руки.

Постепенно Мерлина почти вытеснил с первого места Гэндальф, о чьей магии всем известно, но ее почти никто не видел. И я хотел бы упомянуть третьего чародея, о котором вы, наверное, слышали – Геда, волшебника Земноморья. Дело в том, что в книгах Урсулы ле Гуин перед нами предстает очень хорошо продуманный и типичный волшебный мир. Мне кажется, что эти книги так популярны, потому что отлично ложатся в наши представления об устройстве магии. А еще они помогут нам найти сходство между всеми этими волшебниками.

Все они холостяки и все практикуют воздержание. В фэнтези такого рода действует соглашение, согласно которому хороший волшебник всегда держит кое-что в штанах (забавно, что для ведьм такого запрета нет, они могут шалить целыми днями, и на их магию это совсем не влияет). Волшебники обычно собираются в Ордена или еще какие иерархические структуры, а остров Рок сильно напоминает мне средневековый европейский университет или даже монастырь. Женщин в университете немного, хотя, думаю, туалеты кто-то мыть все равно должен. В Земноморье есть женщины-маги, но они либо злые, либо сильно ошибаются, либо Гед относится к ним, как акушер с Харли-стрит к деревенской повитухе.

Вы можете себе представить девушку, которая попыталась поступить в Школу острова Рок?^[6] Или поставим вопрос по-другому. Представляете себе женщину-Гэндальфа?

И уж конечно, и говорить не стоит о ведьмах из сказок, злобных старых каргах. Наверное, все дело в пряничных домиках. Неудивительно, что ведьмы всегда беззубые – они ведь живут в домиках, которые потянут на девяносто тысяч калорий. А если по ночам раздается какой-то шум, так это соседский ребенок грызет дверную ручку. Книга моей восьмилетней дочери о волшебниках – красивая небольшая книга с картинками, которую можно купить в любом хорошем книжном магазине, – утверждает, что «волшебники исправляют всё зло, которое натворили ведьмы». И снова то же самое: женская магия низкопробна и неприятна.