Карьера - Дуглас Кеннеди

— Простите, очень извиняюсь, — повторяю я и протираю глаза. — Заснул…

Испуганная женщина отступает на шаг:

— Вы всю ночь спали посреди выезда для наших машин?

— Нет, только один час. Здесь живет Тед Петерсон?

— Я — Мэг, его жена.

— Рад встрече с вами, Мэг. А я…

— Нед Аллен? — Вопрос задан голосом, в котором — потрясение.

Поднимаю взгляд. В дверях стоит Тед — в лучшем сером пальто от «Брук Брозерс», блестящих туфлях-«хоттабычах», с черным дипломатом от «Коуч» и безмятежным, с легкой тенью недовольства, взором патриция. Петерсон медленно направляется ко мне.

— Надо же, вот так сюрприз, — произносит Тед и осторожно пожимает руку. Явно удивленный моим присутствием посередине выезда для его автомобилей, Петерсон, тем не менее, благоразумно сохраняет вежливые манеры, пока не выяснится, зачем я здесь оказался. Прирожденный актер.

— Доброе утро, Тед. — Изо всех сил стараюсь сохранять полное спокойствие и рассудительность. — Прости за неожиданное вторжение, но…

— Понимаю-понимаю, — с полнейшей доброжелательностью отвечает тот, — у вас жесткий график, вчера ты не смог дозвониться по поводу многостраничного вкладыша. Угадал?

— Совершенно верно, — соглашаюсь я, потрясенный дружелюбным тоном. — Мне крайне неудобно, что приходится стоять у тебя на пороге, но в наглей фирме возникла небольшая проблема.

— Полностью понимаю вашу реакцию, — соглашается Петерсон и одобрительно похлопывает меня по плечу. — Ах да, извини, не познакомил тебя с женой. Мэг, это — Нед Аллен из «Компу-Уорлда»…

— Мы уже встречались, — замечает Мэг Петерсон.

— А вот — дети, Уилл и Сара.

— Привет, ребята, — обращаюсь я, но оба ребенка смотрят на меня всё так же недоверчиво.

— Мэг, милая, — просит Петерсон, — если не возражаешь, хотелось бы по-быстрому обсудить с Недом наши дела…

— Ты знаешь, что Саре нужно сегодня быть в школе в семь сорок пять, — отрезает женщина и добавляет, повернувшись ко мне: — Сегодня они всем классом едут на экскурсию в Загадочный порт.

— Не более трех минут, — заверяет Тед.

— Пожалуйста, не задерживайтесь, — просит Мэг и отсылает детей обратно в дом.

Тед знаками предлагает следовать за ним к краю проезда.

Но как только мы оказываемся на достаточном расстоянии от дома, он разворачивается ко мне лицом. Улыбка исчезает:

— Дешевый говнюк, — шипит Петерсон.

— Тед, выслушай, — шепотом отвечаю я.

— Как ты посмел выкинуть подобный фортель…

— Я приехал только потому, что сегодня днем могут уволить Айвана Долински.

— Не моя проблема. Вали отсюда.

— Нет, Тед, проблема — как раз твоя. Ведь именно ты дал добро на рекламу…

— Хрена лысого я дал. Сделку так и не завершили, а тут решили дать отбой по апрельской рекламе. Вот и всё.

— Айван клялся, что ты обещал…

— Разговор закончен, — отрезал Петерсон и развернулся, направляясь к дому.

Вот тогда я и решил достать из рукава козырную карту. Глядя на хоромы Теда, прокричал:

— Да, ничего себе домишко отгрохал. Даже лучше, чем на фотографиях, которые показывал мне и Филу Сирио на Больших Каймановых в прошлом году!

Петерсон застыл на месте. Через мгновение обернулся. В глазах светилось понимание.

— Убирайся, — спокойно произнес он.

Запрыгиваю в машину и на задней передаче вылетаю, ко всем чертям, подальше отсюда.

Выехав на маршрут, подпрыгиваю на сидении от звонка мобильного. Нажимаю на кнопку ответа.

— Не дай бог, твои оправдания выдуманы, — начинает Лиззи, — иначе нам придется не разговаривать некоторое время.

Подробно описываю сцену, разыгравшуюся на выезде с участка Петерсона, умалчивая, однако, о событиях на островах. Когда я закончил, жена присвистнула:

— Ты просто спятил.

— Вполне возможно.

— Послушай, — прервала любимая разговор, — в восемь у меня встреча за завтраком, так что лучше поторопиться.

Наш ужин не отменяется?

— Разумеется, нет. Но если меня уволят, платишь за двоих.

— Договорились. Как прошла вечеринка у Креплина?

— Ну, просто познакомились.

— Знакомились всю ночь?

— Ну да. Парень не дурак выпить. На ночь глядя.

— Можно подумать, больше ночью он ничем не занимается…

Откуда у женщин инстинктивное чутье на едва не совершенную или настоящую измену? Даже если мы просто говорим по телефону?

— Ну, скажем так: лично я по ночам больше ничем не занимаюсь.

— Рада за тебя.

— Конечно, если рядом нет тебя…

— Знаешь, порой кажется, что ты защитил диссертацию по всевозможной романтической дребедени…

— Ну вот, тайна раскрыта.

— До встречи, пупсик. Держись. Как только получишь новости от «Джи-Би-Эс» — позвони.

— Обещаю, — заверил я жену.

Поскольку наступил час пик, дорога до Манхэттена заняла почти два часа. Мобильник лежал на соседнем сидении. Ни одного звонка.

В девять позвонил в офис предупредить, что задерживаюсь, а заодно — проверить, нет ли сообщений. От Теда Петерсона — ни слова. Когда выскочил из машины на парковке «Эйвиса» и поймал такси в центр, уже было ближе к десяти.

На рабочем столе — куча записок. Звонили из многих компаний, но только не от «Джи-Би-Эс». Прошу Лили сразу же перенаправлять любые звонки от Теда Петерсона ко мне.

— Мистер Занусси с утра не появлялся? — спрашиваю я.

— Уехал на встречу, вернется не раньше, чем после обеда, — заявляет Лили.

Ну и слава богу Лишний час, а то и два, чтобы выиграть время. Думай. Соображай. Пораскинь мозгами.

В половине двенадцатого звонит Айван Долински. Я настолько взвинчен, что прошу Лили сказать, будто уехал на встречу. Наверняка сорвусь, если придется говорить с Айваном.

В одиннадцать сорок семь звонит Чак Занусси. Вновь прошу Лили передать, что меня нет, но секретарша возражает: мистер Занусси покинул совещание, чтобы позвонить мне, и настаивает на разговоре. Включаю первую линию.

— Ну, что? — интересуется Чак.

— Почти сделано, — объявляю я.

— Даю тебе тринадцать минут, Нед.

— Чакки, ради бога, не нужно устраивать шоу перед казнью! «Не позвонит ли губернатор с приказом о помиловании прежде, чем приговоренный выпьет последний стакан сока…»

— Ближайшие тринадцать минут я пока еще твой начальник. Так что имею право делать всё, что заблагорассудится.