Я вернусь - Александра Миронова

Нина тоже не спала. Смотрела фильмы, время от времени бросала взгляд на храпящего Дугласа. Тот к путешествию подготовился основательно – взял с собой надувную подушку, потребовал у стюардессы плед, еще в аэропорту пропустил несколько стаканов виски и благополучно уснул, едва пилот завел двигатели. Просыпался несколько раз, кидал неодобрительный взгляд на мятущуюся Нину и снова засыпал.

Нина прислушалась к своим ощущениям – с одной стороны, было странно осознавать, что вот этот крепкий старик вскоре будет зваться ее мужем, а с другой – Дуглас не вызывал раздражения, и Нина сочла это добрым знаком. Возможно, со временем она привыкнет к нему и они заживут душа в душу.

Остаток полета она смотрела современные фильмы, на которые вечно не хватало времени. Один тронул ее до слез, и она едва не расплакалась. Впрочем, тогда, в больнице, когда ей сообщили, что Сережа умер, она выплакала почти все слезы, больше не осталось.

Пилот объявил о том, что самолет заходит на посадку в Нью-Йорке, и Дуглас немедленно открыл глаза и пахнул на Нину перегаром.

– Эй, Валерий, спроси у матери, почему она шмыгает носом? Боится, что самолет рухнет? – обратился он через голову Нины к ее сыну.

– Нет, – попыталась улыбнуться Нина, когда сын перевел ей вопрос, – фильм за душу взял.

– Не волнуйся, это все не по-настоящему, – попытался утешить Нину Дуглас и неловко похлопал по плечу огромной ручищей.

Валера фыркнул и обратился к матери:

– Мам, он что, тебя идиоткой считает?

– Нет, милый, он так шутит, – и, обратившись к Дугласу выдала фразу, подсказанную ей переводчицей: – Йес, хани.

Переводчица утверждала, что в любой непонятной ситуации лучше соглашаться и добавлять ласковое слово.

Затем они долго ждали пересадку на рейс до Денвера, что-то произошло, и вылет задержался почти на восемь часов. Дуглас громко ругался, вокруг гомонили огромные мужчины в шляпах и сапогах, увешанных шпорами.

– Мам, смотри, реально ковбои. Я думал, их только в кино показывают. Интересно, у Дугласа тоже есть такие сапоги или лассо? – не переставал удивляться Валера, постоянно крутя головой по сторонам. Все было в новинку и, пожалуй, в удовольствие.

– Почему бы тебе самому у него об этом не спросить? – робко предложила Нина, продолжая наводить мосты между сыном и будущим мужем.

В животе предательски заурчало. Со времени вчерашнего завтрака она больше ничего не ела и очень неудобно себя чувствовала, постоянно бегая в туалет самолета. Но попросить Дугласа купить еды почему-то постеснялась. А свои гроши, которые она собрала в дорогу, тратить на перекус не хотелось.

Дуглас был сильно раздражен, и Валера предпочел не лезть к нему с вопросами. Ближе к обеду старику удалось выбить из авиакомпании три бесплатных сэндвича и три бутылки кока-колы.

– А есть просто вода? – спросила Нина, которая не пила таких сладких напитков.

– За воду надо платить, эти чертовы авиакомпании все решают за нас, даже что мы будем пить! – злобно буркнул Дуглас и вручил Нине сэндвич и бутылку: – Ешь и пей, кола помогает от проблем с животом, тебе полезно.

Валера впился в предложенный ему сэндвич, продолжая глазеть вокруг, а Нина, откусив небольшой кусок клеклого хлеба, пропитанного непонятным соусом, предложила свою порцию сыну, робко улыбнувшись Дугласу. Ничего, потерпит.

В результате всех перипетий до ранчо они добрались глубокой ночью. Полет над ночным Денвером ошеломил ее, она даже спросила, какая часть Америки, залитая огнями, лежит сейчас под ними.

– Это всего лишь Денвер, беби, – снисходительно улыбнулся Дуглас, – наконец-то ты увидишь цивилизацию.

От аэропорта они ехали еще полтора часа на старом пикапе, а Нина думала о том, что в их семье снова появится машина. Дом в ночной темноте она толком не рассмотрела, Дуглас провел ее на второй этаж в небольшую комнату и сказал, что это будет ее спальня.

Нина хлопнула глазами, не в силах справиться с нахлынувшей радостью – у нее будет своя собственная комната? Ей не придется делить спальню с храпящим Дугласом? Нет, безусловно, он наверняка будет приходить в гости, но собственная спальня – о таком она и мечтать не могла!

С трудом приняв душ и добравшись до постели, Нина закрыла глаза и рухнула в черную дыру. Завтра у нее начнется новая жизнь.

ОЛЬГА

У Ольги была пятилетняя американская виза, оставшаяся с последнего путешествия. Они проконсультировались с юристами и решили, что лучше им будет расписаться в Америке и там уже улаживать все формальности. Рик сказал ни о чем не беспокоиться, его юристы решат все вопросы. Осталось лишь купить билеты на удобный рейс.

За все время ожидания Ольга вышла из гостиницы лишь один раз, чтобы подписать документы о продаже галереи. Ей удалось выручить даже больше, чем она рассчитывала, уж слишком Воеводин боялся американского конкурента, а Лане не терпелось воцариться в роли хозяйки. Ольга думала, что будет больно расставаться со своим детищем, но по сравнению с тем, что происходило в ее душе и сердце каждый раз, когда она думала об Арсении, потеря галереи была ничем.

Она перевела деньги ему на счет – этого хватит, чтобы отдать часть долга. Лана, кстати, все пыталась спросить, где ее… она затруднялась с формулировкой, и Ольга сама пришла ей на помощь – «любовник»? Дала девочке возможность почувствовать себя в чем-то лучше, у нее ведь муж законный, не чета Ольгиному. Потом объяснила, что он сейчас занят, проводит оценку нескольких картин. Лана попросила телефон – она в этом ничего не смыслит, нужно будет обращаться к эксперту, мало ли что. Ольга равнодушно продиктовала. Соперницы она не боялась, а Арсению работа не помешает, отвлечется.

На этом основные дела были закончены, и они улетели в Америку. Ольга уже жила там, когда-то давно, еще студенткой, ездила по обмену. Страну не любила и землей обетованной вовсе не считала, но мыслила трезво – в Америке полно богатых людей, заинтересованных в предметах старины. Они с Арсением обязательно найдут место под солнцем.

Она краем уха слушала рассказы Рика о доме, он даже показал ей несколько фотографий. Ольга отметила, что выглядит жилище Рика как типичный дом американского нувориша – большой и с претензией, но на проверку гипсокартонная обитель трех поросят. Что было внутри, ее особо не интересовало – ну кого интересует, как выглядят номера в гостинице?

А зря. Ей стоило подготовиться, потому что увиденное ее потрясло. Дом находился в квартале богачей и охранялся специальной компанией, машины которой время от времени ездили по району, создавая иллюзию порядка. Возле дома небольшая лужайка, засаженная без особой фантазии газонной травой, а за домом – большой и такой же скучный двор. Рик пояснил, что к нему часто приходят гости и они устраивают барбекю, игры и даже соревнования с домашними концертами. Ольга вздохнула – доморощенные экзерсисы она не любила.

Сам дом был трехэтажным, выкрашенным в уже выцветший на солнце персиковый цвет с белыми узорами. Черепичная крыша навевала воспоминания о вальяжной и неспешной Испании, но стоило Ольге открыть дверь, как она замерла на пороге в ужасе.