Место для нас - Хэрриет Эванс

Люси вскочила, побежала к раковине, протянула Джо стакан. Он сделал глоток, тяжело дыша и чувствуя себя полным идиотом. Вот ужас!.. Девушка изо всех сил стукнула его ладонью по спине. Джо откашлялся и сел.

Люси взяла салфетку, стерла крошки с губ и повернулась к Марте:

– Итак, бабуля, что за грандиозная идея? Я имею в виду твой праздник. Я получила приглашение. Хотя, между прочим, ты его отправила на мой старый адрес.

– Детка, ты то и дело переезжаешь. У меня нет твоего нового адреса. А что было не так со старой квартирой?

– Всякие проблемы, – коротко ответила Люси. – Настало время переехать.

– Ты ведь там всего три месяца прожила!

– Ну… голубь то и дело насиловал голубок на крыше рядом с окном.

– Что?!

Люси проглотила последний кусочек коврижки.

– Каждое утро. Этот голубь раздувал перья на шее и гонялся за голубками, а они пытались от него улететь. А я лежала в кровати и слушала непрерывные крики и воркование, а потом смотрела за окно, и мне было жалко этих несчастных голубок.

– Круговорот жизни, – вздохнула Марта. – Задернула бы шторы.

– Не было там никаких штор.

Марта закрыла лицо ладонями и расхохоталась.

– Теперь я живу с Айрин. И все нормально.

– Кто такая Айрин?

– Айрин Хуанг? Айрин из Алпертона? Бабуля, ты же с ней познакомилась, когда мы обедали в «Либерти». Она блогер, пишет о моде. Более или менее… если честно, порой она жутко действует на нервы. Оставляет на холодильнике записочки про своего кота, у которого расстройство кишечника, мол, я не должна – ни в коем случае – кормить его сама.

– Люси! – одернула Марта внучку таким тоном, словно той было лет восемь. – Не надо за столом говорить о расстройстве кишечника.

– Разве это неприлично? – удивилась Люси.

– Чертовски неприлично говорить о расстройстве кишечника у постороннего кота.

– Кота зовут Председатель Мяо. И это очень даже прилично. Замечательная кличка, она меня очаровала, а теперь уже слишком поздно.

– А почему вы решили с ней жить? Ну, кроме кота? – спросил Джо, пытаясь дышать ровно, хотя он до сих пор не понял, в какой части глотки у него застрял кусок имбирной коврижки.

– Она живет в Далстоне. А Далстон в наше время – центр всего на свете.

– Даже не слышала о таком районе, – покачала головой Марта.

– Это в Восточном Лондоне, – сказал ей Джо. – Очень модный район.

– Представь Гринвич-Виллидж пятидесятых годов сегодня, – пояснила Люси.

– О, понятно, – кивнула Марта. – Как дела на работе? Люси работает в редакции «Daily News», – сказала Марта, переведя взгляд на Джо.

– Работа? Все прекрасно, – ответила Люси радостно. – Просто блеск. Послушай, я хотела тебя кое о чем спросить. Как ты думаешь…

В холле послышались шаги. Люси мгновенно покраснела, пожала плечами и поспешно добавила:

– Ладно, ничего.

Дверь кухни со стуком открылась, и на пороге появился Дэвид Винтер. Створку двери он придержал тростью.

– Чаю можно попросить, Эм?

– Конечно. – Марта почему-то посмотрела на Джо. – А что-то случилось?

– У меня сложности с Уилбуром. Ты не могла бы прийти ко мне и сделать вид, будто гоняешься за своим хвостом? – Тут он увидел Люси, и его лицо озарилось радостной улыбкой. – Люси, милая! Какая радость! Пойдем ко мне в кабинет. Мне нужно, чтобы ты побегала по кругу.

Люси весело рассмеялась.

– И Джо здесь, чудесно! Приветствую, сэр. Вы, наверное, пришли обсудить планы грядущего праздника?

– Здравствуйте, Дэвид. – Джо встал и пожал руку хозяина дома. У него слегка закружилась голова. – Да мы, в принципе, уже договорились насчет меню.

Дэвид наклонился к столу.

– Что ж, чудесно. А теперь я возьму вот этот кусочек коврижки и вернусь к себе в кабинет. Люси?..

– Мне нужно бабулю кое о чем расспросить. – Люси посмотрела на Марту. – А Джо не мог бы?

– Джо, пожалуйста, пойдемте со мной. Я вас попрошу побегать по кругу, притворившись собакой, ладно? – произнес Дэвид с улыбкой.

И Джо второй раз за время пребывания в Винтерфолде подумал, что для человека с такой улыбкой можно сделать что угодно.

– Конечно.

– А знаете, проще было бы посмотреть, как собака гоняется за своим хвостом, на ютубе, – сказал Джо, когда они вошли в кабинет Дэвида.

– На ютубе? – переспросил Дэвид и с трудом опустился в рабочее кресло. Он тяжело дышал.

Джо присмотрелся к нему. Под карими глазами Дэвида залегли коричневые круги.

– А мне и в голову не пришло… Отличная идея. – Дэвид откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.

– Вам нездоровится?

– Немного устал. В последнее время плохо сплю. Было время, снотворное принимал. Больше не могу. – Он похлопал ладонью по груди. – Мотор барахлит.

– Сочувствую.

Джо обошел большой дубовый письменный стол, встал рядом с креслом Дэвида и принялся набирать команды на клавиатуре старого компьютера, системный блок которого опасно разместился на краю стола, рядом со стопкой бумаги, большой кружкой, набитой карандашами, и бесформенной грудой дисков с триллерами. Дэвид смотрел в одну точку, вяло сложив руки на коленях.

– Этот стол опасен для здоровья, – сказал Джо, чтобы поддержать разговор. – Просто аварийный.

Слава Дэвида смущала его, заставляла нервничать. В ресторан в Лидсе ходили совсем другие люди: футболисты или те, кого выгнали из реалити-шоу. Они заказывали пиво «Cristal», а потом подолгу сидели за столиками и неотрывно пялились на экраны своих смартфонов. В Дэвиде было что-то такое, что по-настоящему восхищало Джо – восхищало всю жизнь, и это было странно, очень странно.

– На своей кухне я бы вам ни за что работать не позволил.

– Ха, – хмыкнул Дэвид. – Тут работа всей моей жизни. Плюс все наши бумаги. Да, жуткий бардак, и в один прекрасный день кому-то предстоит тут основательно разобраться. Надеюсь, не мне. – Он сел ровнее, когда Джо запустил видео. – Подумать только, а? Но откуда вы знали, какой собакой был Уилбур? Это же его точная копия!

– У меня были все книжки ваших комиксов, – смущенно ответил Джо. – Дядя дарил мне их каждое Рождество. С Дейзи и Уилбуром я знаком лучше, чем с большинством своих родственников.

– Правда? – обрадовался Дэвид. – Чудесно! А как зовут вашего дядю? – Толстые красные пальцы попытались обхватить карандаш, однако тот выскользнул. – Проклятье. Руки сегодня меня практически не слушаются.

– Его звали Альфред. Он уже умер, так что можно не записывать. – Джо накрыл ладонью руку старика. Он был очень тронут. – В школе, где я учился, Уилбура все обожали.