У каждого в шкафу - Наташа Апрелева

Валентность элемента — это способность атома присоединять определенное число других атомов с образованием химических связей.

Витечка сидит на офисном стуле — причудливо изогнутый и окрашенный черным кусок арматуры, — перед ним чашка кофе, далее столешница большого письменного стола, шпонированная — орехом? буком? — стоит ли вникать, еще далее второй кусок арматуры, на нем — Софья Эдуардовна, закрутила ногу за ногу, любимая поза, кофе она не пьет, в глаза не смотрит, она говорит:

— Ну, что ли, доигрались?

А ведь Софья Эдуардовна — всего одна моя химическая связь, думает Витечка, рассматривая ее породистое лицо, длинноватый с горбинкой нос, преувеличенную верхнюю губу. Кажется, думает Витечка, такой профиль называется Габсбургским. Или нет?

Слава богу, думает Витечка, что в этом соединении я проявил себя одновалентным. Или двухвалентным?

Нет, будем считать по количеству действующих веществ. Кетамин — одно действующее вещество. А как там его называют производители: кетанест, кеталар или вот калипсол — это нам все равно, думает Витечка.

Отлично, значит, одновалентным. Хотя что, собственно, тут отличного?

— А не проще ли… — Софья Эдуардовна покачивается на стуле, тонкое лицо ее мило розовеет, — не проще ли как-то попробовать договориться, что ли, с этим человеком? Если тебе неудобно, я возьмусь, пожалуй, и сама. Мы знакомы сто лет, он без ума от своей кошки, сумасшедший хозяин, такие бывают, постоянный клиент, я подняла картотеку, у меня и адрес его есть, и телефон.

— Телефон у меня тоже есть, — отвечает Витечка. — Простой телефон… молярный объем любого газа.

Софья Эдуардовна смотрит непонимающе, Витечка молчит, собственно, все уже сказано.

— Я попробую, — все-таки произносит он, — но ты особо не надейся…

Но Софья Эдуардовна надеется, расслабляется, распускает тугой узел из скрученных ног, сквозь сеточку светлых чулок в мыске туфли виден яркий лак педикюра, она улыбается, предлагает: — Кофе, пирожное? Ты за рулем, а то, может, и коньячку? Только вчера подарили, Курвуазье, вроде бы неплохой?

Ей кажется, что все позади, все неприятности с ее дороги сгребут и вывезут мощным бульдозером, сожгут на мусоросжигательном заводе, и можно будет снова жить-поживать да добра наживать, за пять лет успешного сотрудничества с Витечкой она два раза меняла квартиру, в сторону улучшения, разумеется, жилищных условий, да и ветклиника «Айболит и К°» арендует теперь прекрасное помещение в центре. Вот и славно, достаточно поскитались по рабочим окраинам, поврачевали пролетарских хомяков и плешивых волнистых попугайчиков со слоящимися клювами.

Но главное-то, разумеется, это не жилищные условия, а одиннадцатый протокол ЭКО[16], на этот раз длинный, Софья Эдуардовна автоматически положила руку на бедро, сама ставит себе инъекции, удобнее именно в это место, еще можно в складку живота, еще успеется, каждый день четыре укола — это много, достанется и животу. «Дорогое удовольствие», — глупо и обидно прокомментировала недавно коллега Светочка. Что ты понимаешь в удовольствиях, безмозглая раскрашенная кукла? Удовольствие рыдать целыми сутками в эпицентре гормональных бурь? Заливаться потом и волнами жаркого красного марева от искусственного климакса? Раздуваться, как воздушный шар, от гиперстимуляции яичников? С колотящимся сердцем вынимать из глянцевой упаковки тест на беременность, чтобы через указанные две минуты выбросить его вместе с тремя тысячами долларов — в мусорное ведро, к чайным опивкам и упаковкам от замороженной пиццы?

Софье Эдуардовне нужны деньги.

Клиент Богомолов, хороший в общем-то дядька, не кажется ей опасным, во-первых. Да и что он там такое особенное мог нарыть, они всегда так осторожничали, это во-вторых… И отчего так всполошился Витечка, и отчего прямо-таки с лица спал, ох уж мужчии-и-ины, они такие пугливые, право.

Витечка продолжает рассматривать Софью, ему всегда нравится на нее смотреть, такая она плавная, вся состоит из дуг большого диаметра, это красиво. Софья — умница, ее пирамида работает безупречно, ни одной накладки за все время, идеальный руководитель, и губы у нее такие… необычно, что верхняя губа намного крупнее и как-то по-русалочьи вздернута, пожалуй, это сексуально.

У Лидии тоже именно рот доминирует на лице, отвлекается Витечка, всего-то десятый раз за полчаса вспоминая ее раскосые глаза, гладко причесанные волосы, шелковистую яркую родинку на мочке уха.

Витечка встает, прощается, обещает «звонить и не пропадать», вспоминает, что сегодня его ждут в комитете по геральдике — решается вопрос о фамильном гербе, о девизе — Витечка хочет «Semper fidelis» — «всегда верен», латынь, мертвый язык, мертвые правила, куда более живые федеральный закон «О наркотических средствах и психотропных веществах» № З-ФЗ от 8 января 1998 года и статья УК 228, часть вторая: «Нарушение правил оборота наркотических средств или психотропных веществ».

Витечка знает, что ни в какой геральдический комитет он сейчас не поедет, а поедет обходить дозором все свои остальные химические связи разной валентности.

Очень его беспокоит еще одно действующее вещество, фентанил[17]. В составе таких лекарственных препаратов, как сентонил, фентанест, сублимаз[18].

Витечка садится в большой черный автомобиль. Что такое большой черный автомобиль? Средство передвижения? Ха!

Статусная вещь.

Витечка проводит ладонью по бритой голове.

На самом деле все обстоит — хуже некуда.

Черт, черт, идеальная схема — работать только через ветеринарные клиники, сократив до минимума число посвященных, отлаживал столько лет, цепочка взаимодействовала безукоризненно, казалось бы, предусмотрены все нюансы, кроме разве что появления друга юности, бывшего однокурсника, а теперь художника или поэта, роман «Дама с камелиями», где кто-то кого-то любил, потом предал, а потом кто-то умер или что-то подобное.

Привычно вертит в руках телефон. Лидия сейчас в преподавательской, у нее последняя лекция, кончиком пальца поправляет помаду в уголке губ. Встает, плавным шагом направляется к широкой лестнице, гладит ладонью полированные перила, думает о Дикобразе.

Витечка бросает телефон на соседнее сиденье.

Уважаемый человек, терпеливо читающий все это по-русски. Не надо, не сердись на непонятные слова, фармацевтические термины, не захлопывай с ненавистью книжку, не кидай ее в угол, не стучи ею по голове случившихся рядом неясных детей.

Положись на Уголовный кодекс и статью его 228, часть вторую.

* * *