Бич Божий. Партизанские рассказы - Герман Садулаев

Я тоже грешу, но печально, в мрачном предвкушении грядущей расплаты.

Накрыли поляну. Причем в буквальном смысле, расстелив клеенчатую скатерть на примятой траве. Наскоро выпили водки и закусили колбасой. И снова засобирались: не пропустить вечерний лет!

Я отказался, и охотники отправились к лодке без меня. Просил их оставить мне одно ружье, на всякий случай, но они, подумав, отказали: мало ли будет проверка, а у меня лицензии нет. Все ружья и патроны забрали в лодку. Скоро плоскодонка скрылась в плавнях, и только настойчивый рокот мотора долго не покидал эфир.

Я лежал на теплой траве рядом с импровизированным дастарханом и смотрел в небо. Вечерело. Как говорится, смеркалось. Я не заметил, как задремал.

Проснулся от ощущения близкого присутствия незнакомого мне человека. Небо было темным, показались первые звездочки. Мотор лодки то жужжал вдалеке, то стихал, и тогда раздавались приглушенные плавнями выстрелы. Человек стоял надо мной и держал в руке весло.

— Значит, поохотиться приехали?

Вот так, ни тебе здрасте, ни добрый вечер.

— Все твои в плавнях? А ты один тут, вроде как машину сторожишь и вещи? И даже ружьишка тебе не оставили?

Положение дел было настолько очевидным, что я не счел нужным отвечать.

— А что если я тебя сейчас огрею веслом по башке да и заберу все, что мне понравится?

Человек не то чтобы угрожал, а как если бы думал вслух или разговаривал сам с собой. Я заговорил, поддерживая его абстрактную интонацию и играя роль внутреннего голоса, альтер эго визитера.

— Можно, конечно, попробовать. Так ведь потом найдут, в тюрьму посадят. Оно тебе надо?

Человек с веслом засмеялся.

— А ты молодец, психолог! Спорить не стал, отыграл «подстройку» по НЛП.

— Ну, так! Учился.

— То, что учился, — это правильно. Мы тоже учились. Не смотри, что глухомань. Книги читаем. И языки учим, особенно итальянский. А вот то, что найдут, — это вряд ли. У нас тут никого не находят. Ни живых, ни мертвых. До нас никакая власть добраться не может. И никогда не могла. Мы всегда сами по себе, споровцы! Слыхал, может, про Республику Спорово?

— Нет, вроде бы не слыхал…

— Да ты что?! Так я тебе сейчас расскажу!

Человек без приглашения уселся к дастархану, зато отложил в сторону весло.

— Ну-ка, плесни мне водки вот в этот стакан. Он чистый?

— Ага.

— Так давай.

— Лей сам.

— Можно?

— Отравы не жалко.

Человек — уже без весла — налил себе водки в пластиковый стакан на три четверти, опрокинул залпом, зажевал черным хлебом и начал рассказывать.

Через четверть часа подошел еще один споровский абориген, с ведром раков и вилами. Предложил на выбор: купить у него раков или он проколет вилами шины. Ни одна из оферт промысловика меня не заинтересовала, зато абориген с вилами, узнав, о чем рассказывает предыдущий абориген, который был ранее с веслом, отложил вилы, налил себе водки и стал вклиниваться в повествование, то детализируя его, то отчаянно споря с первым докладчиком.

Скоро вернулись мои охотники. Они свалили новую гору уток, разожгли костер, поставили вариться раков, которых человек с вилами отдал бесплатно в общий кошт, достали еще водки из машины. И присоединились к беседе. Местный полковник, пользуясь своим авторитетным положением, особенно настаивал на своей версии. Однако мой городской друг тоже имел свое мнение и часто перебивал и полковника, и человека с веслом, и человека с вилами.

Все услышанное мною в тот незабываемый вечер чрезвычайно меня взволновало. Еще несколько месяцев я изучал обозначенную рассказами тему, стараясь быть предельно объективным и непредвзятым, хотя мне и мешали некоторые прямые аналогии с современностью.

Приведенная ниже короткая повесть является авторской реконструкцией подлинных событий споровской истории; реконструкцией, основанной на тщательном исследовании всех доступных источников, сопоставлении и сведении воедино различных сюжетов и версий.

В отношении основания деревни Спорово, а также происхождения топонима существует, как это водится, множество теорий. Краеведческая наука выделяет четыре основные гипотезы: норманнскую, славянскую, тюркскую и автохтонную.

Согласно первой гипотезе, Спорово основали заблудившиеся на болоте варяги. И первоначально поселение называлось Стокгольмом. Название веками искажалось, пока не стало звучать как «Спорово». Зато позже, в память о своем далеком анклаве, шведы назвали тем же именем столицу своего государства.

По славянской гипотезе деревню заложил древлянский князь Избор. Только она была тогда не деревня, а город. И называлась, очевидно, Изборово. И быть бы Изборову столицей Древней Руси и матерью городов русских, которые по народному обычаю всегда должны строиться в дремучих лесах и на болотах, подальше от ВТО, единого рынка, генеральной системы преференций и прочей мирской суеты, да подгадили враги-норманны, разбойники и коммерсанты, сделав стольным градом Киев, что был на торговых путях.

Тюркскую гипотезу выводят из системного исследования топонимов. Например, ближайший к Спорово поселок именуется Обры. Понятно, что назван он по имени пропавшего народа («сгинули, аки обры» — пишет летописец об исчезнувших племенах). Выходит, что обры не сгинули вовсе, и не обернулись аварами, ныне живущими в Республике Дагестан, а спрятались от истории в лесных болотах, основав поселения Обры и Оброво (Спорово).

Таких мнений придерживаются ученые-краеведы.

Что касается большинства жителей деревни Спорово, то они убеждены в своем автохтонном происхождении: дескать, никогда мы ниоткуда не прикочевывали и не прятались ни от кого. А всегда тут жили. Спокон веков. Как изгнал Господь Бог из рая, так и живем тут, на болотах. А если человек, как Дарвин, произошел от обезьяны, значит, и обезьяны у нас были свои, споровские.

Топоним Спорово автохтонная теория не объясняет: незачем. Если он остался от праязыка, то может означать все что угодно или вообще ничего не означать.

Официальная наука в лице столичных ученых отчасти подтверждает мнение споровских жителей о своем автохтонном происхождении: согласно данным археологии, поселения людей около деревни Спорово и на берегу реки Ясельда существовали с IV тысячелетия до нашей эры. Ученые также локализуют в районе Спорова античное «Геродотово море», на берегах которого оседали разные племена и народы. «Споры» — значит, рассеянные. Это были анты, палы, авары и готы. Оттого и деревня — Спорово.

Озвучивать прямолинейную догадку о том, что название навеяно нравом жителей, склонных к диспутам по любому вопросу и не принимающих никакого авторитета в последней инстанции и никакого решения раз и навсегда, никто не станет: обвинят в профанстве и профанации серьезной научной проблемы.