Прощание с Литинститутом - Лев Альтмарк

Утром возвращаешься домой усталым и удовлетворённым, досыпаешь недобранные ночные часы, потом садишься за компьютер перепечатывать сочинённое за ночь и – снова влезаешь в казённую сбрую с пистолетом на боку, переговорным устройством на плече, а на ноги натягиваешь тяжёлые армейские ботинки, то есть всё то, что отличает поэта-охранника от простого поэта-обывателя, не отягощённого ночными бдениями и стихами под луной…

Сегодня перед самым выездом на работу мне звонит Илана, секретарша нашего хозяина охранной конторы.

– Привет, дружок, как дела? – хрипло хихикает она в трубку. – Как себя чувствуешь? Как семья, как дети?

На эти стандартные вопросы отвечать не требуется, да никто никогда и не ждёт на них ответов. Интересно другое – зачем она звонит? Если всё нормально и никаких изменений в рабочем графике не предвидится, то и никто тебя беспокоить не станет. А тут что-то непонятное.

– Всё нормально, – отвечаю, – всё хорошо… На работу вот собираюсь, сейчас выезжаю.

– Подожди, не суетись, – отчего-то не перестаёт веселиться Илана, – сегодня ты не работаешь. Шеф распорядился, чтобы ты прямо сейчас подскочил в контору, у него к тебе разговор.

На часах семь вечера, и в такое время в конторе уже никого не бывает. Значит, что-то произошло неординарное, если шеф не ушёл и Илана следом за ним. А уж для чего им понадобился я, совсем непонятно.

– Прямо сейчас лететь в контору? – всё ещё не доверяю ей. – Отчего такая срочность? И почему я сегодня не работаю? А кто же будет в школе?

– Ну, насчёт замены – вопрос не ко мне, а к шефу. Он уже кого-то отправил. Мне же приказано только связаться с тобой и пригласить в контору. Для чего – не спрашивай, не знаю…

Некоторое время послушав короткие гудки в трубке, прячу телефон в карман и в сердцах сплёвываю. Вечно так у них! Что ни день, то авралы, планы меняются в последнюю минуту, и правая рука не знает, что делает левая. Всегда подворачиваются какие-то срочные одноразовые работы, от которых шеф из жадности отказаться не может, а работников у него традиционно недобор. Не потому, что работать никто не хочет, просто не каждому по нраву ежедневно находиться как в жерле вулкана, когда ты сам себе не хозяин и не знаешь, что с тобой будет через час и где ты в итоге окажешься. Притом не факт, что твой рабочий день закончится через восемь положенных часов, а не продлится на добрые пару суток. Да и зарплату шеф платит копеечную. Молоденькие ребятишки после армии регулярно приходят к нему, но через месяц-полтора такой адской работы увольняются. Остаются работать только такие, как я, отмороженные творцы неизвестно чего, у которых голова в облаках и которых неприглядная израильская действительность обтекает, не задевая. Да и деваться нашему брату, если говорить честно, кроме как в охранную фирму, некуда. Любимых российских кочегарок для творческого человека здесь нет.

Что ж, решаю про себя, если приказали не ехать на работу, а в контору, то никуда не денешься, придётся ехать. Может, на какое-нибудь торжество в ресторане отправят. Пусть и в тишине посидеть не удастся, зато наверняка сегодня дома переночую. Хоть какое-то маленькое удовлетворение от всего этого получу. Правда, не факт, что меня прямо сейчас не отправят куда-нибудь к чёрту на кулички, в другой конец страны, куда придётся ехать на машине чёртте знает сколько времени и отсидеть там безвылазно пару суток…

Быстро завершаю свой гардероб – казённая рубашка, брюки, оружие и прочее. Последний взгляд в зеркало в прихожей – хорош боец-огурец! – и выскакиваю на улицу к машине.

– Ну, где ты? – недовольно ворчит шеф, едва появляюсь в его кабинете. – Тебе Илана звонила час назад – за это время можно весь город дважды объехать!

На самом деле шеф не злится – просто у него такая манера общения с подчинёнными. Нужно сперва беспричинно наехать и обвинить во всех смертных грехах, чтобы заронить в бедном охраннике комплекс вины, а дальше можно из него верёвки вить. Со мной этот трюк не проходит, потому что я изучил его, как облупленного, и стараюсь на подобные штучки не реагировать, а вот на молодых охранников это действует устрашающе. Так удав гипнотизирует несчастного кролика перед заглатыванием.

Склонностью к глубоким философским обобщениям шеф не обладает, но порассуждать о добродетелях и строгом выполнении возложенных на охранника обязанностей любит, поэтому лучше всего оборвать его, чтобы сразу переходил к делу.

– Илана сообщила, – деловито перебиваю его, – что сегодня в школе будет работать кто-то вместо меня. А что случилось? Чем я не угодил?

– С тобой всё в порядке! – начинает криво улыбаться шеф. – Школьное начальство тобой довольно, никаких претензий нет. Но… – тут он на мгновенье замолкает, словно подыскивает убойный аргумент, – у меня сегодня днём состоялся разговор с одним очень влиятельным человеком, который хочет встретиться с тобой.

– Этому влиятельному человеку понадобился личный телохранитель? – беспечно улыбаюсь. – И на эту роль выбрали меня?

Шеф раскатисто хохочет, словно я сказал какую-то нелепицу, и даже на глазах у него появляются слёзы:

– Нет, у него собственных телохранителей, наверное, как собак нерезаных! Да и уровень подготовки у этих ребят – будь здоров. Ты с ними даже рядом не валялся!

– Ну, так в чём же дело? Кто этот человек? Что ему от меня надо? Виллу охранять, пока будет в отлучке?

Смех шефа резко прерывается.

– Как тебе сказать… – Он слегка мнётся, и это для него крайне нехарактерно. – Я этого человека не знаю, он сам на меня вышел. Но у меня нюх на эту публику – он очень непростой человек… Никто никому, конечно, ничего не обязан, но такому человеку отказывать нельзя, когда он просит. Можешь мне поверить.

– Ну, и кто он всё-таки? Бандит, что ли? Какой-нибудь крёстный отец мафии?

– Понятия не имею. Но у меня принцип такой: ни с кем отношений не портить. Мало ли какие у человека связи не только в нашем городе, но и по всей стране. Тем более, чувствую, что он вообще не израильтянин. Вот, как-то так.

– Ого! – ещё больше удивляюсь я. – И что же ему от простого охранника понадобилось? В криминальных разборках я не участвую, наркотиками не торгую, людей не похищаю и киллером не подряжался, хотя некоторых с превеликим удовольствием бы грохнул…

– Что-то ты не по делу разговорился! – хмурится шеф. – Лучше язык придержи, а то это может кое-кому не понравиться… Короче. Слушай меня дальше. Этот человек лично позвонил мне, потом приехал сюда в офис и прямо поинтересовался, работаешь ли ты у меня. Не чьё-то – твоё имя назвал. Он тебя, оказывается, по всей стране уже несколько дней разыскивает. Не знаю, что ему от тебя понадобилось, и знать не хочу, но по пустякам такие люди даже палец о палец не ударят. Ты меня понимаешь?

– Не понимаю! Он так и не сказал, для чего я понадобился?

– Мне тоже показалось это загадочным, – шеф пожимает плечами и принимается демонстративно перекладывать какие-то бумаги перед собой на столе, – но лезть в чужие дела не собираюсь. Мне и своих проблем хватает… А у тебя хочу на всякий случай поинтересоваться: может ты где-то когда-то накосячил? Напряги память. Повторяю, по пустякам такие люди не станут кого-то разыскивать!