Дерьмо - Ирвин Уэлш

- Похоже, Роббо, мы-таки возьмем эту шпану за задницу. Я имею в виду долбаное «Общество Восход» или как там они себя называют, - говорит Рэй.

- Самое время, Рэй. Эти притоны появляются повсюду и угрожают великому британскому образу жизни, а потому их надо остановить, пока они еще не укоренились. Придурки полагают, что могут жить, просто заботясь друг о друге и танцуя под свою долбаную музыку. Все, что им надо, - задурить соплякам мозги бесплатными вечеринками и посадить их на иглу. У них там на ферме даже телевизора нет. Представляешь, они могут позволить себе шикарную стереосистему, но жмутся купить телик!

- Пидеры, - качает головой Рэй.

- Но надо отдать должное, порядок они у себя навели. До них на той ферме было полное запустение. Хорошо бы заставить этих мудаков прибраться у меня дома!

- Ничего, скоро там снова будет запустение. Есть один парень, Колин Мосс. Белый, шестьдесят первого года, жидкие грязные волосы, плохая кожа, зеленый китель, рваные джинсы и сапоги. Так вот, он частенько появляется в квартирах на Лейте. Там, где живут Аллан и Ричардсы. Мы их возьмем. Сначала перевернем квартиры, потом ферму. Если там и нет никакой дури, то не сомневайся, появится.

- Дай мне знать, когда это случится, - говорю я. - Хотелось бы поучаствовать.

Что ни говори, иногда работа может приносить удовольствие.

Я как раз допиваю кофе, когда в зеркале заднего вида замечаю Окки, который приближается к своей квартире с какой-то пташкой. Она просто виснет на нем. Грязный ублюдок. На мистере Оккендене синяя вельветовая куртка и светлые джинсы. Ростом он пять футов и десять-двенадцать дюймов, волосы блондинистые, черты слегка девичьи. Его подружка - тоненькая, хрупкая, пять и шесть ростом, с точно такими же блондинистыми волосами. Вдвоем они как брат и сестра. Вообще-то я не удивлюсь, если этот подонок дерет собственную сестричку!

- Какая милашка, - говорит Рэй, наблюдая за парочкой. Таблетки на него вроде и не действуют - держится как ни

в чем не бывало. Пока.

- Она несовершеннолетняя. Возьмем Окки на этом. Сечешь?

Рэй прищурившись смотрит на девчонку и чмокает губами.

- Трудно сказать. Задница фигуристая... - замечает он, когда парочка проходит мимо.

- На хрен задницу, ты ее физиономию видел? Она ж еще ребенок.

- Возможно, - соглашается Рэй. - Но так сразу не определишь.

- Без вопросов. Сорок фунтов, пять к одному, - настаиваю я.

- Ну, может, ты и прав, - уступает он.

Еще как прав. Когда дело доходит до денег, Рэй всегда дает задний ход. Не доверяет своим инстинктам, вот в чем проблема, хотя и смышленый малый. Нет, Ленноксам этого мира никогда не обойти Робертсонов.

- Что ты хочешь делать? - спрашивает он.

- Возьмем ублюдка на испуг. Устроим налет, Рэй, - говорю я. - Применим их же тактику. Мы самая крутая контора в городе, и пришло время показать этим мудакам, что дело обстоит именно так.

- Поосторожней, Роббо... - начинает канючить Рэй.

- Чушь. Правила везде одинаковые. Пошли. Применим испытанную тактику. Припугнем сукина сына Чудовищем.

Я знаю игру наизусть. Да и почему бы мне ее не знать.

- Да...

Рэй с сомнением поднимает брови, но все же выходит вместе со мной из машины. Мы подходим к лестнице, и я вижу, что он уже завелся, адреналин несет его вперед, Рэй прыгает через три ступеньки, едва не раздавив выскочившего из-под ног очумелого кота. Так ему и надо, котяре жирному. Всю лестницу зассал.

Останавливаемся у двери - перевести дух.

- Как думаешь, он ее уже дрючит? - спрашиваю я.

- Думаю, да. Им же обоим не терпелось, едва на лестнице не начали. - Леннокс смотрит на меня и нерешительно спрашивает: - Хочешь ширнуться?

- Давай.

Я киваю и оглядываюсь. Рэй насыпает порошка на уголок кредитной карточки.

Не очень-то хочется портить нос всякой дрянью.

- Не трусь. Бьет конкретно. Охуенная дурь, - говорит Рэй и втягивает порошок носом.

Глаза у него слезятся.

Я следую его примеру. Да, идет хорошо. Сладковатый запах зполняет голову, лицо немеет, я ощущаю приток силы. Пора действовать.

Стучу в дверь. Раз, два, три. Слышу недовольный голос.

- Ну все, все! Уже иду.

Окки, он же Брайан Оккенден, он же маленький противный червяк со слишком большой пастью, открывает дверь. На нем футболка и трусы. При виде нас у него отпадает челюсть.

- Мистер Оккенден. Привет.

Я оттираю его в сторону и прохожу в коридор.

- Вы не имеете права...

- ЗАТКНИ ЕБАЛО! - орет ему в лицо Рэй.

Окки в страхе отшатывается. Леннокс как будто раздулся. Он нависает над испуганно съежившимся Окки.

- Будешь открывать пасть, когда разрешат, или я тебе покажу права! Усек?

Этот недоносок смотрит на него, пытаясь собрать остатки гордости.

- Я СПРОСИЛ, ТЫ УСЕК, МАТЬ ТВОЮ? - ревет Рэй, и Окки пригибается еще ниже.

- Да... остынь, приятель. Я не сделал ничего такого... - бормочет он.

- У тебя серьезные проблемы, парень, - говорит Рэй, закрывая за собой дверь и неприязненно качая головой.

- Успокойся, Рэй. - Я покровительственно кладу руку на плечо Окки. - Побудь здесь минутку. Где спальня? - шепотом спрашиваю я.

- Там... - Он бросает взгляд в сторону, - но там кое-кто есть...

- Все в порядке.

Я успокаиваю его дружеской усмешкой. Открываю дверь спальни - девчонка сидит на кровати в одной тенниске. Вхожу и захлопываю дверь.

- Что происходит? - спрашивает она. - Кто вы такой?

- Полиция. - Я показываю ей значок. - Не пытайтесь покинуть это помещение. Вы меня понимаете? Ваше имя?

- Я не обязана ничего вам говорить...

Какая сладкая куколка. И эти очаровательные веснушки.

- Успокойся, цыпочка, и не осложняй себе жизнь, - советую я и уже с большей настойчивостью спрашиваю: - Сколько тебе лет?

- Шестнадцать. Вранье.

- Есть удостоверение личности?

Я перевожу взгляд на сумочку, которая лежит на тумбочке. От всего ее хладнокровия не остается и следа. Глаза - как спутниковые «тарелки» на стене дома Тома Стронака.

- Пятнадцать... в сентябре будет шестнадцать, - поспешно добавляет она.

Слишком поспешно. Слишком быстро, чтобы принять это в качестве ответа. Интересно, почему она не хочет, чтобы я заглянул в сумочку?

- Твой дружок нарушил закон, если вступил с тобой в сексуальные отношения. Было? - спрашиваю я и подхожу ближе, чтобы рассмотреть груди под тенниской.