Цыпочки в Лондоне - Вирджиния Ледре

Она любит хорошо покушать. Ведь ей нужно питать свои серые клетки. И лучше всего свежей кровью. Эта потребность в мясе возникла у нее не так давно и в некотором роде связана с определенным бунтом, политическим протестом, направленным против вегетарианской диктатуры, по ее мнению слишком долго свирепствующей в Великобритании.

Поймите ее правильно, она выросла во время паранойи «коровьего бешенства». Еще десять лет назад она вежливо покашливала всякий раз, когда вы собирались заказать в ресторане антрекот. «Не очень благоразумно», — говорила она с безразличным видом.

Искусствовед Антония, с лицом и шевелюрой как у американской актрисы Ширли Темпл, сделавшей успешную карьеру в политике, объясняет:

— Всплеск коровьего бешенства действительно поменял менталитет моего поколения. Мы все начали избегать фастфудов, хотя были как раз в возрасте первых вылазок и гамбургеров. Всегда находился кто-нибудь, кто предлагал китайскую или индийскую вегетарианскую еду для наших вечеринок с просмотром видео субботними вечерами. Мы не хотели признаваться, что боимся подхватить «коровье бешенство». Но мы боялись. Весь мир прекратил импорт английского мяса. На нас показывали пальцем, особенно французы. Лично я никогда не переставала любить мясо, но нам пришлось поставить на нем крест в ожидании, пока не изменится ситуация.

Пытаясь справиться со свалившимся на них несчастьем, многие британцы обратились в вегетарианство. Вегетарианские рестораны выросли в Лондоне как грибы. Именно в ту пору 20-летний модный фотограф Мэттью телом и душой принял эту новую «религию».

— Больше всего меня отвратило от мяса отношение людей, которые глумятся над законами природы, принуждая травоядных животных есть себе подобных. Это настоящее безумие! — убежденно говорит он. — Я не ем ни мясо, ни рыбу, но, в отличие от вегетарианцев, позволяю себе молочные продукты, яйца и их производные, типа пищевого желатина. Я также позволяю себе носить шелковую и кожаную одежду.

Когда Мэттью, худощавый мускулистый блондинчик, говорит о своем питании как о религии, он не так далек от истины. Это очень распространено в Индии, где питание сочетают с каким-нибудь духовным течением: ненасилия или хорошей кармы. Именно в Англии, в городе Рамсгейт, в 1847 году возникло первое в мире вегетарианское общество. Оно и по сей день выдает сертификаты качества на вегетарианские продукты, поступающие в продажу. Считается, что пять процентов британского населения являются вегетарианцами, что вдвое больше, чем в США.

Когда к 2003 году угроза коровьего бешенства ослабла, лондонская цыпочка НАНВ с жадностью набросилась на meat revival[125]. Если вы думаете, что британцы едят только хорошо проваренное и прожаренное мясо и готовят лишь ягненка с мятой, знайте, что именно они в XVIII веке привили нам вкус к недожаренному мясу с кровью. Да-да. Их не просто так прозвали «ростбифами». Со временем их вкусы изменились: никто не совершенен.

Чтобы отведать хорошего стейка, лондонские цыпочки отправляются в guts, иначе говоря, в самое нутро Лондона — квартал Смитфилд. Его рестораны, прилегающие к скотобойням Чартерхауса, привлекают новых приверженцев гемоглобина.

— До сих пор вспоминаю свой первый стейк тартар, который я попробовала в 2003 году после десятилетней травоядной диеты, — говорит Антония. — Это было в Quality Chop на Фаррингдон-роуд. Я тут же ощутила прилив крови и сил во всем теле, необычайный всплеск энергии.

Для этих «новых плотоядных», как окрестила их английская пресса, vege-tarianisme is dead[126], каждый вечер в Смитфилде проводится черная месса. Антония, по меньшей мере, раз в неделю отправляется дегустировать телячью печень в St. JOHN. Его шеф-повар, Фергус Хендерсон, — личность известная, близкий друг многих знаменитостей. Девиз St. JOHN. «Здесь едят всё, от морды до хвоста». Антония советует попробовать мозговую кость с петрушкой, затем телячью печень с беконом. Она рассказывает, как на свое тридцатилетие забронировала столик на двенадцать персон и заказала целого поросенка, зажаренного на вертеле.

— Я никого не предупредила, это был мой сюрприз. Видели бы вы лицо моего брата-вегетарианца…

Черт возьми!

Историческое отступление о скотобойнях

Поселок Клеркенвелл, возникший в XII веке, быстро стал популярным за счет своего конского базара Smooth Field, который с годами превратился в мясной рынок, известный под именем Smithfield. После реформы земли, принадлежащие различным религиозным орденам, были перераспределены и выкуплены, и вокруг Чартерхаус-сквера выросли красивые дома. В квартале также появились пивоварни и заводы по производству джина. В 1860 году скотобойни и рынок были реконструированы и дожили до наших дней, не задетые нацистскими бомбежками. Смитфилд — это как Митпакинг-дистрикт в Нью-Йорке или Крытый рынок во французском Ренжи. Не для вегетарианцев. Здесь правят балом телята, коровы и свиньи. Цыпочки могут прогуливаться по нему, не пугаясь разделки туш.

Плотоядные радости

Quality Chop House

Старое заведение, не так давно выкупленное и модернизированное. Будем надеяться, что новые владельцы сумеют сохранить особый дух этого ресторана с деревянными скамьями. Подкрепляющий завтрак с семи часов утра! Фирменное блюдо: стейк тартар.

Smith в Смитфилде

Заведение с тремя уровнями: кафе на первом этаже, пивная на втором и гастрономический ресторан на третьем. Открыт с завтрака до ужина. Фирменные блюда: тушеный ягненок и мясные пироги. Попробуйте рубленую говядину.