Соня и Александра - Маша Трауб

Он нарвал цветов и вдруг почувствовал сильное жжение в пальце. Из куста вылетело несколько пчел. Палец немедленно раздулся. Владимир побрел домой, расчесывая место укуса. Наверняка Соня забыла таблетки от аллергии. Или все-таки взяла? Александра всегда брала. Знала, что у Владимира бывает аллергия на рыбу. И на пыль, но не всегда. И на цветение, но тоже не каждый раз. Или не на все цветущие растения. И на кедровые орехи, арахис, мед и многое другое. Владимиру казалось, что это не аллергия, а реакция организма на стресс, как простуда зимой. Неприятные ощущения у него появлялись тогда, когда ему было плохо и дискомфортно. Когда он переживал, много работал. С другой стороны, сейчас, когда он испытывал все возможные виды стресса, никакого чихания, крапивницы, ринита или синусита у него не наблюдалось. Даже странно. Ему хорошо? Нет, ему не может быть хорошо! Как можно было за полчаса получить порез на пальце и укус пчелы? И как он вообще еще не умер от анафилактического шока или заражения?

Владимир вернулся к гостинице, правда, поплутав по дороге. В принципе, заблудиться было невозможно – дорога одна, дома стояли вдоль, он просто прошел мимо и ушел слишком далеко. Ворота были заперты, чему он даже не удивился. Скорее для интереса подергав ручку, без особой надежды на успех, он пошел к калитке, спрятанной от посторонних глаз, через которую выходил. Но и она оказалась заперта. Второй раз он попал в дурацкое положение, и его уже это даже не смешило. Смешно стало после того, как странный мужчина, который по-прежнему был в грязных шортах, застиранной футболке и шлепках, вышел ему навстречу, приветливо распахнув дверь. Владимир с саднящим пальцем на руке и не менее саднящим пальцем на ноге чуть ли не кинулся в ворота. И только в последний момент понял, что сумасшедший (без всяких сомнений) мужчина открыл дверь не ему, а собаке, с которой играл. Собака выскочила откуда-то из кустов и спокойно прошла в ворота. Владимир, хромая, зашел следом. Мужчина даже не обратил на него внимания.

На общей поляне были накрыты столы. У мангала стоял Дмитрий в красивом поварском колпаке и парадном белом фартуке. Он раскатывал тесто. За крайним столиком сидели Давид и Соня. Другие гости тоже присутствовали, но Владимир никого не знал в лицо. Видел впервые.

– Сегодня пицца! – воскликнула Соня. Она была приветлива, радостна и, судя по полупустой бутылке вина, в меру пьяна, чем и объяснялся ее доброжелательный настрой. – Нужно самим сделать пиццу, можно положить все, что захочешь, а потом найти ее, когда будет готова. Я положила сверху несколько колец перца, как цветок, чтобы не перепутать. А Давид сделал солнышко из салями и ветчины, правда, мило? Иди скорее, только придумай себе знак, чтобы потом найти! – Соня едва не хлопала в ладоши от восторга.

– Идиотизм. И я не ем пиццу, – ответил Владимир.

Настроение у него ухудшилось. Соня даже не спросила, куда он ходил и почему вернулся, прихрамывая и прижимая руку к груди. Требовалось зайти в дом и обработать раны. Но копаться в чемодане, искать пакет с лекарствами не было никакого желания. Да и не должен он этим заниматься! А Соне хоть бы что! Могла бы спросить, как он себя чувствует!

– Пицца у них вполне приличная. Дмитрий отменно делает тесто, – сказал Давид. – Вы точно не отравитесь. И вот новый шедевр от нашего шефа – салат с оригинальной заправкой. Только не спрашивайте у него, из чего заправка! Пробовать не советую, рецепт экспериментальный. На людях еще не прошел испытания. А что с вами?

– Моя пицца! – воскликнула Соня и кинулась забирать готовое блюдо.

Действительно, сверху она выложила подобие цветка. Пицца оказалась огромная. Соня никогда не ела на ночь, тем более в таких количествах.

– Отрежь мне кусок, пожалуйста, – попросил Владимир.

– Сделай себе свою. Это моя, – ответила Соня, как ребенок, которого заставляют поделиться конфетами.

– Ты же все не съешь! – буркнул Владимир, но Соня не услышала.

– Что с рукой? Или с ногой? – спросил Давид.

– Напоролся на ракушку и меня пчела укусила, – пожаловался он.

– Сейчас принесу вам перекись и пластырь. Антигистаминные препараты нужны? – уточнил Давид.

Владимир был готов расцеловать Давида и обнять его так, как никогда не обнимал Соню. За понимание и особенно за словосочетание «антигистаминные препараты».

– Да, спасибо, – выдохнул Владимир с благодарностью.

– Вам лучше выпить. Не помешает, – посоветовал Давид и ушел за лекарствами.

Как нельзя кстати к их столику подошла красивая девушка, в коротеньких шортах и майке, которая то ли открывала, то ли прикрывала грудь. Девушка была молода, хороша собой, длиннонога, улыбчива.

– Что вы будете пить? – спросила она.

– Виски со льдом. Льда побольше. Виски двойной, – попросил Владимир.

Девушка записала заказ в блокнотик, улыбнулась и ушла к бару.

– Новая девушка Константина, – сообщила Владимиру Соня, уже умявшая половину пиццы.

– Дай мне кусок, – еще раз попросил Владимир.

– Не дам, – ответила Соня, – я есть хочу. Ты же не любишь консервированную кукурузу, а я ее положила.

Владимир встал и подошел к общему столу, где стояли тазики с нарезанной ветчиной, овощами, помидорами, сыром, оливками и всем тем, что можно положить на круг теста. Владимир накидал побольше колбасы, сыра и отдал заготовку Дмитрию. Тот подмигнул и добавил еще один слой. Из оливок он выложил узор в виде рыбы.

– Простите за помидоры, – сказал Владимир.

Дмитрий отодвинул ждавшие своей очереди заготовки и поставил в печь пиццу для Владимира, дав понять, что не сердится.

Давид вернулся с пакетом, где было все необходимое. Владимир залил палец перекисью, наклеил пластырь и выпил таблетку от аллергии.

– Что с тобой? – спросила Соня вообще без всякого интереса, разглядывая гостей за соседним столом.

– А это кто? – спросил Владимир у Давида, показывая на женщину, привлекшую внимание Сони.

Женщина была одета и не по сезону, и не по случаю. В накинутом на плечи меховом боа, переплетенная драгоценностями во всех доступных для взгляда местах, в длинном вечернем платье. Даже для вечера эта дама была чересчур ярко накрашена. Владимир подумал, что она выглядит так же нелепо, как и он – в льняных шортах, покрытых мелкой сеткой складок, босой из-за пластыря на пальце, потный после прогулки по местности. Соне явно было неприятно его соседство. Она предпочла бы провести этот вечер с Давидом, щеголявшим свежей рубашкой, к которой был приколот цветок. Точно такой же цветок украшал заколку Сони. Если бы не все то, что обрушилось на Владимира в этот день, он бы сразу это заметил и уж наверняка не оставил без внимания. Но сейчас у него не осталось сил даже шутить. Учитывая, что Давид проявил заботу и знал словосочетание «антигистаминные препараты», Владимир даже не испытал укола ревности. Он был только благодарен новому знакомому за то, что тот поил Соню вином, развлекал разговорами и даже пошел на то, чтобы приколоть к рубашке цветок.