Девчонки в поисках любви - Жаклин Уилсон

— Но я никак не могла поверить — а вдруг они говорили про другого Лайама?

— Шутишь? Они видели его. Вас вместе.

— Или они выдумали все это из зависти, чтобы его заполучить.

— Какая чушь!

— Так я и подумала. И решила встретиться с Лайамом, чтобы все выяснить.

— Не надо!

— И вчера после уроков я отыскала его у видеопроката. С ним была целая толпа, и он отказался со мной говорить. Сказал, что я кинула его в «Седьмом небе» и могу убираться ко всем чертям. Он сказал, я просто фригидная стерва, со мной всё равно что засунуть в пакет с мороженым горохом, все его приятели захохотали, а одна девчонка повисла у него на руке и начала издеваться надо мной…

— Бедная моя! — Я обнимаю её и прижимаю к себе.

— Только Магде не говори, хорошо?

— Ни слова, клянусь.

— Все так глупо. И стыдно. Он так со мной поступил, а я… я все ещё люблю его… Элли, я с ума сошла, да?

— Что ты. Это он буйный псих, по нему психушка плачет.

— Почему так вышло? Как бы я хотела, чтобы кто-то меня по-настоящему любил. Кто-то нежный и романтический. Как твой Дэн с его письмами.

Я набираю побольше воздуха.

— Надин… Мой Дэн…

Надин смотрит на меня:

— Да?

Я открываю рот. Вот они, слова, гудят в моей голове. Надо только заставить язык их выговорить. Давай же, Элли. СОЗНАВАЙСЯ!

— Его не существует.

Я выпаливаю это так быстро, что три слова сливаются в одно нелепое «Вонесуществут».

Надин непонимающе моргает. А затем уточняет:

— Элли! Так ты его выдумала?

— Почти что. Я вправду встретила на каникулах мальчика, но… А потом я столкнулась на улице с блондином, просто потрясающим, мы с ним даже поговорили — всего раз, но Дэн не он, Дэн тот, первый.

— Погоди, ничего не понимаю.

— Я сама запуталась. Понимаешь, Дэн не мой парень, да к тому же и не Дэн. Так что если по кому-то здесь и плачет психушка, так только по мне: навыдумывала всякого, а у самой даже и нет парня, по крайней мере, по-настоящему.

— Никак в голове не укладывается! Нет, вначале я тебе не поверила, но ты так убедительно рассказывала. Стой, а Магда знает?

— Нет! Я не вынесу, если она узнает. Она меня на смех поднимет. Не говори ей, Надин, ладно?

— Не буду, обещаю. Ну, Элли, мы друг друга стоим!

— И не говори.

— Мы друг друга стоим.

— И не говори.

— Мы…

— Не говори…

Мы так хохочем, что едва можем вымолвить слово. Одна из наших фразочек семилетней давности. Так здорово на минуту вернуться в детство. Мы катаемся по кровати от смеха — и понимаем, что наконец-то окончательно помирились и снова стали подругами навек.

Надин все ещё переживает из-за Лайама, это ясно, но мне удалось вернуть её к жизни.

Я сообщаю Магде, что тревога была напрасной.

— Элли, ты точно знаешь?

— На все сто. Они так далеко не зашли.

— Ну вот, уже легче. Хотя, чтобы потерять голову из-за такого типа, надо быть сумасшедшей.

— В каждом есть своя сумасшедшинка, — говорю я, чувствуя себя неуютно. — Ну, хватит об этом, ладно?

Магда только рада сменить тему. Оказывается, у Стейси есть старший брат Чарлз, который будет присматривать за гостями, а он, по слухам, обворожительный блондин.

— Сколько ему лет? — спрашиваю я.

— Амна говорит, лет восемнадцать. Она как-то заходила к Стейси на чай.

У Стейси огромные карие глаза.

— А глаза у него, случайно, не карие? — спрашиваю я, не надеясь на успех. Один шанс на миллион. Впрочем, в нашем городе не наберётся миллиона жителей. Тысяч десять? Где-то так. А сколько более-менее сносных парней восемнадцати лет? Шансы стремительно повышаются. Один шанс на тысячу? Или даже на сто?

— Вот уж чего не знаю. Ты бы ещё объём бицепса спросила! Узнай у Амны. Или у Стейси.

Если я спрошу у Стейси, какие глаза у её брата, выставлю себя полной дурочкой. Придётся подождать и выяснить на месте. Может, моего блондина там и не будет. Но слух о вечеринке разнёсся по школе, и туда собирается все больше народу. Придут десятиклассницы, которые ходят со Стейси на танцы. А некоторые из них встречаются с мальчиками из одиннадцатого.

Грег поджидает Магду у школы.

— Что надо? — спрашивает она, не отходя от нас с Надин.

Грег семенит за нами.

— Я насчёт пятничной вечеринки, Магда, — пыхтит он. — Погоди же ты. Надо поговорить.

— И не собираюсь тратить на тебя время, Грег. Почему бы тебе не отвалить? — равнодушно бросает Магда, не оборачиваясь.

— Не кипятись. Послушай, я передумал. Я пойду с тобой, договорились? Ты же этого хотела?

Магда вздыхает. И останавливается.

— Вот именно, что хотела. Убей, не пойму зачем. Больше, слава богу, не хочу. Я иду с подругами. Верно, девчонки? — Магда улыбается нам, мы улыбаемся в ответ и идём дальше, держась за руки.

Грег замолкает.

— Подумаешь! — вопит он нам вдогонку. Он явно пытается придумать убийственный ответ. — Девчонки. Три лесбиянки!

Мы умираем от хохота.

— Бедняга Грег. Все, с ним покончено, — отсмеявшись, говорит Магда. — Теперь у меня виды на этого Чарлза. Знаете, у меня предчувствие. Может, вечеринка у Стейси станет грандиозным событием нашей жизни, хотя намечалась она как тоска болотная. Может, мы все встретим мужчин нашей мечты. Але, Надин, ты слушаешь? Может, и ты встретишь свою мечту, Элли, — или ты не смотришь ни на кого, кроме Дэна?

Я медлю. И не смею взглянуть на Надин. Бормочу что-то — мол, всегда готова, если парень что надо — и быстро меняю тему.

Но когда мы втроём наводим красоту у меня дома, готовясь к вечеринке, я отчаянно надеюсь, что слова Магды станут пророческими. А вдруг брат Стейси окажется блондином моей мечты? С тех пор как он сказал: «Увидимся», мы ни разу не сталкивались.

«Хоть бы, хоть бы мне сегодня его встретить», — мысленно молю я, надевая новую блузку, юбку и туфли на каблуке.

Вроде бы я выгляжу вполне на уровне, но появляется Магда — и я сникаю. На ней узкое красное открытое платье, рот накрашен блестящей алой помадой и изогнут, как ослепительный лук купидона.

— Одолжить помаду, Элли? — предлагает она.

Я крашу губы, но они слишком толстые — как и щеки. Я становлюсь похожей на маленькую девочку, которая перепачкалась вареньем. Вздыхаю и стираю помаду.

— А ты, Надин? Немного цвета старым костям? — шутит Магда.