Иногда нам снятся старые собаки - Сослан Плиев

– Надолго, бабуля?

– Навсегда! – вмешался мой тесть, суровый реалист, Маирбек Маилютович.

Дану устроило это объяснение. Но она росла, а я все ждал, когда она начнет интересоваться проблемами межгендерных отношений уже всерьез. Я даже репетировал ее вопросы и свои ответы. Вот она так спросит, а я в ответ ей пошучу! В голове получалось так ловко, что я расслаблялся.

Однако коварный ребенок ничего не спрашивал. Ни про беременности у кошек, ни про поцелуи в телевизоре. Я даже начал переживать, почему она не интересуется. Супруга моя, ласково напоминала, что Дану еще на этот Новый год волновала доставка письма Деду Морозу. Я успокаивался, но бдительности не терял. И вот это случилось! Дана подошла и, смущаясь, тихо спросила:

– Па. У меня есть вопрос. Можно задать?

– Конечно, – пискнул я и покраснел.

– Па… – Дана понизила голос, – кто такие «гугеноты»?

Я ждал чего угодно. Но только не «гугенотов». Вся предполагаемая схема беседы с ребенком про «это самое» разрушилась. Я растерялся, но, с другой стороны, обрадовался отсрочке! А часть мозга (та, которая постоянно ищет и находит забавное) оценила ситуацию и начала действовать автономно.

– Гугеноты… Гугеноты? Ты приходишь ко мне и спрашиваешь, кто такие гугеноты? – я вложил в этот вопрос каплю Марлона Брандо.

Дана насторожилась. В глазах мелькнула тревога.

– Да… Гугеноты…

– Откуда ты узнала это слово?

Ребенок немного запаниковал. А попробуй не запаникуй, когда папа щурит глаза и странно шепчет. Но интуитивно ушла в глухую несознанку:

– Стоп! Папочка, я не специально! Я не хотела!

– Слово! Откуда это слово, дочь?!

С такой интонацией бедный Фельтон интересовался у коварной Тереховой ее семейными неурядицами.

– Я случа-а-а-а-йно-о-о-о… – Дана на всякий случай начала подвывать.

– Мать знает? – я добавил в голос обреченности.

– Это в книжке…

– Еще и в книжке? Мы уже и книжки читаем с такими словами… Вот я и дождался…

Я так вошел в образ, что слегка начал бить себя кулаком по голове и подвывать в унисон Дане. На шум пришел Давид и заревел. Ося пучил глаза и мяукал. Алиса захихикала и прикинулась спящей.

– Па-а-апа-а-а-аа!!!! Во-о-о-от…В этой… Ы-ы-ы… «Три мушкетера»…

Короче, в тот день она со мной до вечера не разговаривала. И вообще в последнее время стала настороженно относиться ко всему, что я несу. Ребенок различает сарказм и иронию. На уровне инстинкта. Каждый раз, когда я что-то говорю, Дана внимательно смотрит мне в глаза и уточняет:

– Это сейчас была ирония или сарказм?

– Это была шутка.

Дана вскидывает свои красивые брови, немного поджимает губы и с пониманием кивает красивой головой на тонкой шее. Уходит, не забыв сообщить через плечо:

– Смешно. Очень смешно.

Ей, наверно, тяжело со мной.