Рецепт идеальной жены - Карма Браун

– Правда?

– Правда, – сказала Элис. Это было не совсем так. На самом деле кошку задавила ее школьная подруга (случайно, когда дала задний ход, получив права накануне), и они свалили вину на ее пожилого соседа. Но когда отец подруги напомнил дочери, что у них установлены камеры, ей пришлось признаться.

– Вот видишь? – сказал Джеймс, размахивая стаканом в сторону Элис. – Ты и в самом деле твердая внутри. И я тоже твердею, стоит лишь мне подумать об этом. – Последние слова он произнес совсем тихо, словно думал, что Элис их не услышит. Но она услышала и собрала всю волю в кулак, чтобы не уйти сию же минуту.

– Ладно, допивайте, надо идти. – Телефон Элис продолжал вибрировать. Они опаздывали, но Джеймс Дориан не должен был помешать ее карьере.

– Ты не хочешь узнать мой секрет? – поинтересовался он и опрокинул виски. Проклятье. Ей придется подливать воду в его стакан, чтобы он не грохнулся во время церемонии. – Он… интересный.

– Конечно, хочу. – Она схватила сумочку и посмотрела на экран телефона. Джорджия. – Расскажите мне ваш секрет. – Она быстро набрала ответ, сообщив Джорджии, что они уже спускаются. Секрет Дориана ее мало волновал, и она почти не слушала его бормотание. Он был из тех мужчин, которые не сомневались в значимости своих слов и поступков. Блестящий писатель, этого у него не отнять, но все остальное в нем было средней паршивости.

– Садись, садись, – пробормотал он. Элис хотела сказать ему, что сидеть рядом и слушать его байки некогда, но женское любопытство победило. Он снова положил руку ей на бедро и погладил его.

– Джеймс, – сердито сказала она. Телефон разрывался. – Так что же за секрет? – нетерпеливо спросила Элис.

– О, достойный секрет. – Его ладонь поползла выше.

– Перестаньте, – возразила Элис; она стиснула зубы, чтобы удержаться от плевка в его лицо и высказать все, что она о нем думала. Он почувствовал возникшее напряжение, пожал плечами и убрал руку.

– Господи, Элис. Успокойся. – Шатаясь, он подошел к большому зеркалу и попытался поправить галстук, но сделал только хуже. – Моя книга «Падение в пропасть»… – Его самый знаменитый роман, изданный восемь лет назад. Он вознес его на небывалую высоту и превратил из признанного в литературной среде новеллиста, чьи книги особо не пользовались спросом у читателей, во всемирно известного автора.

– И что? – Элис с трудом сдерживала раздражение. Джорджия злилась все сильнее с каждым сообщением. Элис нужно было поторопить Джеймса и поправить ему галстук.

Но он повернулся к ней и положил руки ей на плечи (ближе к груди), опираясь на них, чтобы не упасть. Она поморщилась в попытке удержать его.

– Ее написал не я. – Он внезапно убрал руки, и она чуть не упала. Джеймс сжал ладони и сказал: – Ладно, пошли.

– Подождите. Как это не вы? Что это значит? – воскликнула она. Но Джеймс уже рылся в карманах и что-то бурчал под нос, совершенно не обращая внимания на ее вытаращенные от удивления глаза. – Джеймс, как это не вы написали «Падение в пропасть»?

– Написал ее не я. Моя лишь идея, ну и сюжет набросал. – Кто бы сомневался. – Я заплатил мальчишке из колледжа – Робби Джансену – полному болвану. Он учился в одном из моих классов и отчаянно хотел получить высший балл. Я никогда не поставил бы ему «отлично». Но у него был талант. Я сразу разглядел его в нем и понял… – Джеймс поднял палец. – Я понял, что он мог это сделать. У него был прирожденный талант. Бестолковая голова, но писал он прекрасно.

– Джорджия знает об этом?

– Ну, ладно тебе, Элис. Не говори мне, что я ошибся в тебе. – Он лукаво прищурился. Да, Джорджия знала. Она не брала клиентов, которых не могла контролировать. Возможно, это означало, что она знала их секреты.

Элис застыла на месте. Слова Джеймса не укладывались у нее в голове. Неужели его самое знаменитое произведение – то самое, которое New York Times назвала «блестящим, остроумным, в лучших традициях американской классики», – на самом деле написано двадцатилетним студентом? Мальчишкой с кредитом на учебу, отчаянно мечтавшим об оценке «отлично»?

– Только ччччч! – Джеймс приложил палец к губам. – Не говори никому, милашка Элис. Может, когда-нибудь мы с тобой вместе поработаем над романом. Ведь ты хочешь его написать? – Элис не могла вспомнить, делилась ли с кем-нибудь своей мечтой. – О, не смотри на меня так. Все девчонки мечтают написать роман. Я вижу вас насквозь, вижу ваши амбиции, вижу, что у вас спрятано под короткими юбками, когда вы сидите напротив. – Элис прикусила губу, чтобы не послать мерзкого Джеймса Дориана куда подальше. Но он был прав, во всяком случае насчет ее литературных стремлений – Элис частенько представляла свое имя, напечатанное на обложке бестселлера.

– Вообще-то я готов дать руку на отсечение, что мы с тобой можем замутить что-нибудь фантастически успешное. – Он принялся расстегивать молнию на брюках. – Мне надо отлить.

Джеймс отправился на вручение премии. Джорджия бросила тяжелый взгляд на Элис, когда они таки запихнули пьяного писателя в лимузин.

– Это был твой счастливый билет, моя дорогая.

Вернувшись домой, Элис ворвалась в спальню, разбудила Нейта и сообщила ему, что повышение в должности у нее в кармане. Он был так горд за нее.

– Никто не заслуживает этого больше, чем ты, – заявил он. Элис кивнула и, окрыленная успехом, побаловала мужа минетом.

А позже Элис совершила роковую ошибку. Как глупо, что она до сих пор пыталась понять, как это могло произойти.

На следующий день они с Бронвин отправились по магазинам, чтобы подыскать платья на свадьбу общей знакомой. Магазин уже закрывался, а они вовсю примеряли наряды, находясь в соседних кабинках. Элис уже описала Бронвин свои недавние мытарства с Джеймсом Дорианом и, думая, что они одни и их разговор никто не слышит, поделилась его секретом. Правда, она оговорилась, что Джеймс был пьян и мог наплести что угодно – но вдруг это правда? В какую пропасть он упадет? Они хихикали – не без злорадства, а когда вышли из кабинок показать друг другу свои находки, с ужасом обнаружили, что в примерочной были не одни. Незнакомка бросила на них взгляд и ушла, а Элис схватила Бронвин за руку.

– Господи! Как ты думаешь, она нас слышала? Черт. Неужели я назвала его имя?

Подруга заверила ее, что Элис ничего не уточняла, во всяком случае, сама Бронвин этого не помнит, а если и уточняла, кому какое дело? Они оплатили покупки, поужинали, и на следующее утро Элис и вовсе забыла о случившемся.

На планерке Джорджия объявила Элис о прибавке в несколько тысяч долларов, об офисе с большим окном, и пообещала, что скоро той не придется нянчиться с Джеймсом Дорианом. Но…

– Пока что мне нужно, чтобы ты продолжала делать то, что делаешь, Элис. Ты ему нравишься. А нам нужен только довольный Джеймс.

Сначала Элис была в шоке, потом пришла в ярость. Спросила про обещанную должность директора.