Пульс - Джулиан Барнс

— Когда любишь, порога скуки не существует.

— А по-моему, вполне возможно скучать с тем, кого любишь.

— Мне опять пора опасаться темы «Где руки»?

— Что ты кипятишься?

— Непонятно? Я сюда прихожу не для того, чтобы меня подкалывали, а для того, чтобы от души пожрать и выпить.

— «Спой же за ужин».

— «Получишь завтрак…»

— Что я хочу сказать в защиту этого Пита, которого в глаза не видел: возможно, он любил, возможно, был увлечен, но ровно настолько, насколько позволяла его натура, — это не дает повода его презирать.

— Есть люди, которые не могут влюбиться, если вначале не подготовятся по книжкам.

— Хотя бы на один вечер избавь нас от мудрости лягушатников.

— Сейчас уже можно вынуть руки из-под стола?

— Это всегда небезопасно. Вот дело-то в чем.

— А кстати, дело-то в чем?

— Позвольте мне резюмировать. Для тех, кто не понял. Высокое собрание постановило, что британцы слишком беззастенчиво используют слово на букву «п», что мужчины потому говорят о сексе, что неспособны говорить о любви, что женщины и лягушатники разбираются в любви лучше, чем мужи Англии, что любовь — это страдание и что если у мужчины было больше женщин, чем у меня, это пипец, ибо такой негодяй совершенно не способен понять женщину.

— Блестяще, Дик. Есть предложение принять.

— Ты решил принять Дика? Не иначе как ты заделался директором проктологического узла.

— Замолчите, мальчики. От этого резюме веет мужским шовинизмом.

— А ты сможешь предложить нам женское резюме?

— Не горю желанием.

— Ты намекаешь, что резюмировать — презренная мужская забава?

— Не самая одиозная. Хотя в моем резюме было бы отмечено, что мужчины, рассуждая о вещах, которые вызывают у них комплекс неполноценности, становятся пассивно-агресивными.

— «Пассивно-агрессивными»? Ненавижу это слово, или выражение, или что это. Могу предположить, что в девяноста или девяноста пяти случаях из ста оно встречается в женской речи. Мне даже неясен его смысл. Вернее, неясно, какой смысл в него вкладывают.

— А как мы говорили, когда этого выражения еще не было?

— Может, «воспитанный»?

— «Пассивно-агрессивный» относится к психологическому настрою.

— И «воспитанный» тоже. Причем к нормальному настрою.

— Неужели кто-нибудь всерьез считает, что если бы нам сейчас, метафорически выражаясь, подали традиционный портвейн и дамы удалились в гостиную, они бы в своем кругу стали беседовать о любви, а мы в своем — о сексе?

— В детстве, еще ничего не зная о девочках, я мечтал о них точно так же.

— Точно так же, как и о мальчиках?

— Пипец. Конечно нет — точно так же, как о любви и о сексе.

— Не орите. Тише вы.

— Вы согласны, что в чувственной сфере это явление не имеет себе равных? Страстное желание секса и любви, когда ни то ни другое еще не изведано?

— Как сейчас помню. Казалось, вся жизнь… без этого рухнет. Вот что такое страдание.

— Однако эта проблема решилась сама собой. Все мы познали и секс, и любовь, а некоторые даже одновременно.

— А теперь нам пора надеть плащи и двигаться к дому, и там мы познаем либо одно, либо другое, а в следующий раз устроим показ рук.

— Или сокрытие рук.

— Как дети, честное слово.

— Это можно считать пассивно-агрессивным поведением?

— Если будешь напрашиваться, я тебе сейчас покажу, что такое пассивно-агрессивное поведение.

— Не утруждайся, любимая.

— Знаете, сегодня первый вечер, когда я не стремлюсь уйти раньше других.

— Давайте уйдем все вместе — дадим возможность Филу и Джоанне за уборкой перемыть нам косточки.

— Вообще-то мы не имеем такой привычки.

— Честно?

— У нас есть определенный ритуал. Фил убирает со стола, а я загружаю посудомоечную машину. Включаем музыку. Я мою в раковине то, что не влезает в машину, Фил вытирает. Нам некогда сплетничать.

— Какие образцовые хозяева. В самом деле, Тримальхион и миссис Куикли.

— Джо другое имеет в виду: сегодня мы уже наговорились. Перемывать вам косточки будем с утра, когда сядем завтракать. За обедом продолжим. А в этот раз — пожалуй, еще и за ужином.

— Фил, паразит.

— Надеюсь, вы не за рулем.

— Я никому не доверяю рулить. Только себе.

— Ты серьезно?

— Я похож на идиота? Пешком прогуляемся или такси возьмем.

— Но сначала постоим на тротуаре и перемоем вам косточки.

— Скажите честно: это действительно был язык?

— Конечно.

— Но я не ем язык.

Заперев дверь, Фил поставил диск Мадлен Пейру, подкрался сзади к жене и чмокнул в тесемку от фартука, поднялся в темную спальню, осторожно подошел к окну, увидел гостей, стоящих на тротуаре, и дождался, чтобы они рассеялись в темноте.