Мастер иллюзий - Наталия Экономцева

Я закрыла книгу. Солнце было уже высоко, но воздух все еще оставался прохладным. В середине августа осень подбирается так близко, что по утрам не заметить ее попросту невозможно. Я попробовала рукой воду: она была ледяная.

Не знаю, где был мой здравый смысл, но я разделась и прыгнула в реку. Я переплыла на другой берег и сразу же вернулась назад. Прошло не больше двух минут, но когда я приблизилась к тому месту, где только что сидела, там уже стоял Козаков.

Он был одет в ту же самую рубашку и джинсы, а его ступни совершенной формы оставались босыми. Он стоял на берегу и смотрел на меня, а его глаза смеялись, рассыпая вокруг мелкие искры.

– Что это вы тут делаете, Анжелика? – спросил он. – Вот уж не думал, что вы любительница купаться по утрам голышом!

– Я в общем-то не собиралась, – начала было я.

– Ах, значит, порыв? Вдруг захотели и позволили этому случиться? Это я понимаю, – проговорил он и уселся на берег. – Вы тут еще и книжки мои читаете? С ума сойти… Вы просто источник сюрпризов какой-то… Кстати, жаль, что вы не захотели вчера присоединиться к нам во время семинара и после, за ужином…

Он говорил, медленно перелистывая страницы, а я оставалась в воде, которая была такой холодной, что обжигала кожу. Похоже, знаменитому мистику не приходило в голову, что на свете могут быть женщины, которые не мечтают показаться ему без одежды. И тогда я вышла из воды к нему навстречу. Я постояла пару минут на ледяном ветру, чтобы немного высохнуть, и все это время знаменитый автор кармических теорий разглядывал меня без малейшего смущения, но готова поклясться: ни один мускул не дрогнул на моем лице. Я не была рождена привлекать, но это не значит, что я позволяю над собой потешаться.

Я оделась, стараясь, чтобы он не заметил спешки. В конце концов, я была всего лишь женщиной – точно такой же, как и все остальные. И он столько видел их – одетых и раздетых – сколько мне и не снилось даже в самом фантастическом сне.

– Вы не объяснили, в чем состоит моя задача на семинаре, – сказала я.

– Просто наблюдайте, а потом поделитесь соображениями. Я ведь не дурак, Анжелика, хотя вы с Катей, кажется, думаете иначе. А снова иметь дело с родной милицией мне хочется еще меньше, чем издательству, уж можете поверить.

– Я вас поняла.

– Спасибо вам, Анжелика. Что бы я без вас делал? – плавно произнес мистик, и его слова прозвучали так тепло и задушевно, как будто не он только что издевательски рассматривал мое тощее тело, пока я одевалась на ледяном ветру.

– Это моя работа, – ответила я. – Впрочем, у меня есть одно пожелание. Пожалуйста, в следующий раз, когда вы захотите, чтобы я сопровождала вас в поездке, дайте мне возможность самой позаботиться о размещении.

– Чего? – растерянно протянул Козаков, который уже отвлекся от моей скромной персоны и погрузился в созерцание пейзажа на противоположном берегу.

– Я не привыкла спать на раскладушке и быть третьей в номере, рассчитанном на двоих. Мне нужна отдельная комната.

– Раскладушка? – Голос мистика снова стал задушевным. – Извините, я и не предполагал…

– Я знаю.

– Борис обо всем договорится…

– Спасибо, не стоит. Лучше я сама. Здесь, наверное, есть управляющий?

– Понятия не имею. Спросите у охранника… у этого человека на входе…

– Хорошо. Я так и сделаю. Кстати, я вас хотела спросить еще вчера: с кем остался ваш Шива?

– Сам с собой, разумеется, – надменно ответил Козаков. – По утрам к нему заходит соседка и оставляет еду. Большего он все равно бы ей не позволил.

– Мне кажется, у вас с ним очень много общего.

– Да что вы? – изумленно поднял бровь мистик, но я знала: он прекрасно понимает, что я имею в виду.

Я собралась уходить, но Козаков меня остановил.

– Может быть, вы сегодня поучаствуете в семинаре? Вам так будет проще понять, что здесь происходит.

– Хорошо. Я так и сделаю.

После этого я повернулась и ушла. Строго говоря, мне и так было ясно, что здесь происходит. Но не в моих правилах спорить с теми, кто платит мне столько, сколько я скажу.

На завтрак у них были сырые овощи, зерновой хлеб, который из-за отсутствия синтетических склеивателей не резался на куски, а только рассыпался на крошки, и массы настолько странных зеленовато-коричневых оттенков, что о их происхождении не хотелось и думать. Последователи кармических теорий запивали все это травяным чаем, заваренным на молоке.

Я съела несколько долек рыжего перца и вышла из столовой. К счастью, я знаю один очень достойный ресторан, который доставляет свои блюда даже в Подмосковье. Я набрала номер и заказала на обед спагетти болоньезе и маленькую бутылку сухого красного вина.

Если верить не кармическим теориям, а научно доказанным фактам, мы живем всего один раз. И я не вижу смысла в том, чтобы отказывать себе в таких безобидных удовольствиях, как вкусный обед и хорошее вино. Но это мое личное мнение, не более того. И разумеется, я оставила его при себе.

До начала семинара оставалось еще пятнадцать минут, и я поднялась на второй этаж. Дверь в комнату двести два была раскрыта настежь. Я заглянула внутрь: возле раскладушки у окна, наклонившись, стоял Борис. Не было никаких сомнений в том, что он копался в моей дорожной сумке.

– Может, вам чем-нибудь помочь, Борис? – очень спокойно спросила я.

Он не вздрогнул, не вскрикнул и не сделал ни одного резкого движения. Просто не спеша разогнулся и лениво протянул:

– Мне нужны мои ключи!

– Так надо было всего лишь попросить, Борис. Если бы я знала, что это срочно…

– Ты все отлично знала, – рявкнул порядочный гад, а от его ленивой медлительности не осталось и следа.

– Разве мы перешли на «ты»?

– Давай ключи!

Я достала связку из кармана куртки и бросила ее Борису. Он был рожден привлекать, но к сожалению, природа не наградила его хорошей координацией движений, а потому ключи от машины с глухим стуком упали на пол.

Борис взглянул сначала на связку, потом – на меня. На какое-то мгновение мне показалось вполне вероятным, что он бросится на меня с кулаками, но тут из коридора раздался голос:

– Что это у вас тут происходит?

В дверях стоял Козаков. Его волосы были влажными. Значило ли это, что он тоже искупался в ледяной реке или только что вышел из теплого душа? Я этого не знала.

Мистик быстро взглянул на меня, а затем на Бориса, и я ни секунды не сомневалась, что этот взгляд не сулил порядочному гаду ничего хорошего.

– У нас все в порядке, Алексей. Не беспокойтесь, – доложила я.

– Я и не думал беспокоиться, – ответил автор кармических теорий, но туча, которая медленно надвигалась на его лицо, была мрачнее любой из тех, что мне приходилось видеть на небе.