Чужой ребенок - Маша Трауб

– Не понимаю.

– У тебя в голове только одна мысль осталась – ребенок. Больше ты ни о чем не думаешь. Даже я для тебя стал… не знаю кем. Донором спермы.

– Что ты такое говоришь?

– Я говорю, что у меня пропадает всякое желание… Я не хочу тебя, понимаешь? Ты стала… Зацикленная. Что ты вдруг решила детей рожать? Как будто нельзя так жить…

Игорь ушел и лег на диване в гостиной. Лариса смотрела в потолок. Как раз сегодня она собиралась попросить его тоже пойти к врачу. А может, он прав? Может, она и вправду зациклилась? Врач тоже сказала, что все проблемы – в голове.

– Лариса, а Игорь дома? – позвонила неожиданно Лена.

– Его нет. Что-нибудь передать?

– Передай, чтобы он мне перезвонил. Срочно, – сказала Лена.

– Номер его мобильного…

– Я знаю его номер. Не отвечает.

Лариса положила трубку и подумала, что Лена сказала это «не отвечает» двусмысленно. С намеком. А может, показалось?

Еще через некоторое время позвонил Иван.

– Лариса, привет, Игорь не вернулся? – спросил он.

– Нет еще, а что случилось? Лена звонила.

– Тетя Тоня умерла.

– О господи. Когда?

– Неделю назад.

– Я звонила Игорю. Мобильный отключен.

– Да, я в курсе. Объявится, скажи ему.

– Иван, подожди, как это неделю назад? А почему только сейчас узнали? А хоронил кто?

– Позвонила ее подруга. Она и хоронила. Там еще какие-то знакомые были. Вроде все нормально – на Хованском.

– А почему вы… ничего не знали?

– Тетка в своем репертуаре. Мы же ей редко звонили. По праздникам там. Да я ее месяц назад видел. Возил в лес – она там коробки какие-то сжигала. Совсем с ума сошла на старости – стояла, смотрела на огонь и что-то бормотала. Как будто нельзя было в мусорку выбросить. А ее подруга сказала, что тетя Тоня не хотела нас… беспокоить. – Иван хмыкнул. – Не хотела, чтобы мы из ее похорон и поминок спектакль устраивали.

– Почему? – спросила Лариса.

– А то ты не знаешь! Тетка всегда была с прибабахом. То ли обиделась, то ли еще что. В общем, скажи Игорю.

– Да, конечно, скажу.

Игорь вернулся поздно. Веселый.

– Тетя Тоня умерла, – сказала Лариса.

Игорь застыл на пороге ванной.

– Звонили Иван и Лена. Антонина Матвеевна неделю назад умерла. Ее подруга хоронила. Она никого из родственников не хотела… на Хованском… – Лариса заплакала.

Лена позвонила на следующий день.

– Ты сказала Игорю? – спросила она.

– Да, сказала, – ответила Лариса.

– Надо поминки устроить, в субботу у нас, – сказала Лена.

– Антонина Матвеевна не хотела ведь…

– Можешь не приходить. Передай Игорю.

Но Лариса все-таки поехала.

Игорь был действительно расстроен. Иван выглядел скорее уставшим. Лена прикладывалась бумажным платком к уголкам глаз и зыркала на Нику, которая шепталась с новым бойфрендом.

– Иван, скажи что-нибудь, – велела Лена, когда все разлили по бокалам и положили на тарелки салат.

– Зачем? – удивился Иван.

– Так положено, – сказала Лена.

– Давайте выпьем за тетю Тоню, пусть земля ей будет пухом, как говорится, мы ее все любили.

Выпили, закусили, помолчали.

– Нет, но все-таки я не понимаю, – сказала Лена, – так ведь нельзя. Мы бы и похоронили ее, и как-то помогли. Зачем она так сделала? Не понимаю. Отказываюсь понимать. Мы же ее родня, в конце концов.

– Да-а-а-а, – протянул Иван.

Все помолчали.

– А вы чем занимаетесь? – задала традиционный вопрос Лена Никиному бойфренду. – Учитесь, работаете?

Ответа она не услышала, потому что Ника опрокинула стакан с вином. Лена побежала на кухню за тряпкой со словами: «Зачем я только скатерть постелила? Ведь знала, что зальют».

Выпили, закусили, выпили, закусили.

– Как будто пусто стало, – сказал Игорь, – ее не хватает.

– Да, она бы уже давно какую-нибудь гадость сказала, – вякнула Лена, – а я бы уже на кухне плакала от ее комментариев.

– Лена, перестань, имей совесть, – сказал Иван.

– Ой, как будто ты не знаешь. Она меня ненавидела. И потом, что такого? Возраст у нее был солидный. Умерла и умерла. А еще водку пила до последнего, не закусывая.

– А мне она нравилась, – сказала Лариса.

– Конечно. Вы с ней одного поля ягоды. Лишь бы другим жизнь испортить, – возмутилась Лена. Ей явно не хватало скандала. Как было при тете Тоне.

– Мне кажется, она была не такой уж счастливой, – сказала Лариса.

– И в чем же она была несчастной? Для себя всю жизнь жила. И потом, каждый выбирает свой путь. Она себе такой выбрала, – назидательно ответила Лена.

Лариса заметила, что Лена была вся на нервах, но не могла понять почему. Той явно не терпелось что-то сказать, но она сдерживалась. На лбу было написано, что ее что-то мучает.

– Игорь, ты мне не поможешь чашки достать? – попросила Лена.

Игорь удивился – Лена никогда ни о чем его не просила. Но он встал и пошел на кухню.

– Иван, – позвала Лена мужа.

– Может, я помогу? – предложила Лариса.

– Нет, без тебя справимся.

Лариса осталась в комнате. Ника с бойфрендом включили телевизор и смотрели какую-то ерунду. Из кухни доносился раздраженный голос Лены.

– Что-то случилось? – спросила Лариса Нику.

– Не знаю, – ответила Ника, хотя наверняка знала.

Лариса не стала переспрашивать. И Ника проболталась.

– Имущество пилят, – сообщила она.

Лариса опять не переспросила. Через некоторое время в комнате появился Игорь.

– Поехали, – сказал он Ларисе.

Уходя, она заглянула на кухню – Лена стояла у открытой форточки и нервно курила. Иван что-то тихо говорил жене.

– Тетя Тоня квартиру оставила. Мне. По завещанию, – сказал ей Игорь уже дома. – Лена хочет, чтобы я вступил в права, – продолжал рассказывать он, – и переписал квартиру на Нику. Она собирается замуж.

– А ты? – спросила Лариса.

– Пусть забирает. Мне не надо.

– Почему?

– Что – почему?

– Почему тебе не надо?

– Потому что не надо.

Лариса ощетинилась. Ему не надо. А ей надо. Она думала о ребенке. О ребенке, которого еще и в помине не было, но он мог появиться. И ему будет нужна отдельная комната, а им с Игорем будет нужна спальня, а гостям – гостиная. И в конце концов, еще одна квартира в Москве пока никому не мешала. Можно сдавать. Но лучше разменять, переехать, сделать настоящую детскую… Все правильно. Будет детская, будет ребенок. И к тому же это решение Антонины Матвеевны. Тетка знала, что делала. Если бы захотела – оставила бы Нике. Но выбрала Игоря. Значит, так надо.