Дневник Бриджит Джонс - Хелен Филдинг

На этот раз, однако, вместо того, чтобы в ярости звонить в полицию, я лишь глубоко вздохнула, расширив ноздри, и пробормотала: «Внутреннее достоинство». Раздался звонок в дверь. Я взяла трубку домофона. Абсолютно овечий голос проблеял: «У этого козла роман на стороне!» Затем послышалось истерическое всхлипывание. Я бросилась вниз по лестнице и на улице обнаружила Магду. Обливаясь потоками слез, она совершала какие-то действия под рулем «сааба» Джереми с откидным верхом; машина издавала вой, вопли и писк необычайной громкости. Все фары мигали, а на заднем сиденье визжал ребенок, да так, будто его убивала домашняя кошка.

– Выключите это! – крикнул кто-то из окна верхнего этажа.

– Не могу, черт возьми! – завопила Магда, дергая крышку капота.

– Джеррерз! – рявкнула она в мобильный. – Джеррерз, ты, чертова лживая сволочь! Как открыть капот на твоем «са-абе»!

Магда очень шикарна. Наша улица не столь шикарна. Она из тех улиц, на которых в окнах до сих пор висят постеры, гласящие: «Свободу Нельсону Манделе!»

– Я, черт возьми, не собираюсь возвращаться, грязный ублюдок! – кричала Магда. – Просто скажи, как открыть этот чертов капот!

Теперь мы с Магдой уже обе сидели в машине и дергали за все рычажки, которые могли найти, а Магда время от времени делала большие глотки из бутылки Лоран-Перье. К этому времени собралась рассерженная толпа. Потом на «Харли Дэвидсоне» с ревом подъехал Джереми. Но вместо того, чтобы выключить сигнализацию, он начал вытаскивать ребенка с заднего сиденья, а Магда орала на него. Затем в окно высунулся Дэн, парень из Австралии, который живет этажом ниже меня.

– Ау, Бриджит! – закричал он. – У меня с потолка вода течет.

– Черт! Ванна!

Я взлетела по лестнице, но когда подбежала к своей двери, поняла, что захлопнула её, причем ключ остался внутри. Я принялась биться головой в дверь, повторяя:

– Черт! Черт!

В холле появился Дэн.

– Господи Иисусе, – протянул он. – На вот лучше, возьми одну.

– Спасибо, – поблагодарила я, практически жуя предложенную сигарету.

После нескольких сигарет и долгой возни с замком и кредитной карточкой мы наконец попали внутрь и обнаружили, что вода повсюду. Мы не смогли выключить краны. Дэн кинулся вниз и вернулся с гаечным ключом и бутылкой виски. Ему удалось завернуть краны, после чего он стал помогать мне вытирать воду. Тут сигнализация на улице затихла, и мы бросились к окну, как раз вовремя, потому что увидели, как «сааб» стремительно удаляется, а «Харли Дэвидсон» преследует его по пятам.

Мы оба рассмеялись – к тому времени мы уже плотно приложились к виски. И тут вдруг – я сама точно не поняла, как это получилось, – оказалось, что Дэн целует меня. Ситуация была довольно неловкая с точки зрения этики, ведь я только что залила его квартиру и испортила ему вечер, поэтому мне не хотелось показаться неблагодарной. Конечно, я не давала ему повода к сексуальным приставаниям, но развитие событий было довольно приятным – после всех этих драм, внутренних достоинств и прочего. Неожиданно в открытых дверях появился человек, одетый в мотоциклистскую кожаную куртку. В руках у него была коробка с пиццей.

– Вот черт, – выпалил Дэн. – Я забыл, что заказал пиццу.

Итак, мы съели пиццу с бутылкой вина, выкурили ещё по несколько сигарет с виски, а затем Дэн возобновил попытки поцеловать меня. Я пробормотала: «Н-нет, мы не должны», после чего он повел себя странно и стал повторять: «Господи Иисусе. Господи Иисусе».

– В чем дело? – спросила я.

– Я женат, признался Дэн. – Но Бриджит, мне кажется, я люблю тебя.

Когда он наконец ушел, я опустилась на пол, подперев спиной входную дверь, и, дрожа, начала один за другим докуривать «бычки».

– Внутреннее достоинство, – прошептала я без особой уверенности.

И тут раздался звонок домофона. Я его проигнорировала. Позвонили снова. Затем звонок зазвучал без перерывов. Я взяла трубку.

– Дорогая, – послышался новый пьяный голос, который я узнала.

– Уходи, Даниел, – прошипела я.

– Нет. Д-дай мне объяснить.

– Нет.

– Бридж… Я хоч-чу войти.

Тишина. О, боже. Почему мне до сих пор так нравится Даниел?

– Я люблю тебя, Бридж.

– Уходи. Ты пьян, – заявила я с большей решимостью, нежели чувствовала.

– Джонс?

– Что?

– Можно, я воспользуюсь твоим туалетом?

* * *

29 апреля, суббота

Порций алкоголя – 12, сигарет – 57, калорий – 8489 (грандиозно).

Двадцать два часа, четыре пиццы, один обед из индийского ресторанчика, три пачки сигарет и три бутылки шампанского спустя. Даниел все ещё здесь. Я люблю его. Мое состояние сводится к следующему:

я

а) помолодевшая;

б) влюбленная;

в) глупая;

г) беременная.

23:45. Только что меня тошнило, и когда я сгорбилась над унитазом, пытаясь не шуметь, чтобы Даниел ничего не услышал, он неожиданно прокричал из спальни: «Это из тебя выходит твое внутреннее достоинство, моя толстушка! Там ему самое место, точно говорю».