Исчезновение слона - Харуки Мураками

Женщина позвонила мне, когда я стоял на кухне и варил спагетти. Спагетти были уже почти готовы, а я насвистывал прелюдию из оперы Россини «Сорока-воровка» в такт радио. Это самая подходящая музыка для приготовления спагетти.

Услышав телефон, первым делом я хотел проигнорировать его и варить себе спагетти дальше. Спагетти были уже почти готовы. А дирижер Клаудио Аббадо вместе с Лондонским симфоническим оркестром приближались к кульминации. Но несмотря на это, я убавил огонь на газовой плите и с палочками в правой руке пошел в гостиную, чтобы снять трубку. Я вдруг подумал, что это может быть мой друг, по поводу новой работы.

— Мне нужно десять минут, — внезапно сказала какая-то женщина.

— Извините? — удивленно переспросил я. — Что вы только что сказали?

— Я сказала, что мне хватит и десяти минут, — повторила она.

Я совершенно не помнил ее голоса. У меня практически безошибочная память на голоса, а по поводу ее голоса никакой ошибки не могло быть. Это был голос незнакомой мне женщины. Низкий, мягкий, не поддающийся описанию голос.

— Извините, а кому вы звоните? — Я постарался быть как можно более вежливым.

— Какая разница. Все, что мне нужно, — это десять минут. Я думаю, так мы сможем лучше понять друг друга, — сказала она быстро и настойчиво.

— Понять друг друга?

— Наши чувства, — сказала она лаконично.

Я заглянул на кухню через открытую дверь. Из кастрюльки со спагетти весело поднимался белый пар, а Аббадо продолжал дирижировать «Сорокой-воровкой».

— Извините, я сейчас как раз спагетти варю. Они скоро будут готовы, а если я проговорю с вами десять минут, спагетти разварятся. Можно, я повешу трубку?

— Спагетти? — спросила она озадаченно. — Сейчас же половина десятого утра. Зачем варить спагетти в полдесятого? Разве это не странно?

— Странно не странно, вас это не касается, — сказал я. — Я почти не завтракал и уже проголодался. Я сам для себя готовлю. И это мое дело, когда и что есть.

— Ладно, все ясно. Тогда я вешаю трубку, — сказала она, и ее голос лился гладко, словно масло. Удивительный голос. Небольшой эмоциональный скачок, и тон голоса меняет высоту, будто по сигналу переключателя. — Я потом еще перезвоню.

— Подождите, — поспешно сказал я. — Если вы торговый агент, то, сколько бы вы ни перезванивали, я ничего не куплю. Я сейчас без работы, у меня нет лишних денег.

— Я это знаю, поэтому не стоит беспокоиться, — сказала она.

— Знаете? Что вы знаете?

— То, что ты без работы. Я знаю. Давай доваривай свои спагетти.

— Послушайте, а вы, собственно говоря…

Не успел я договорить, как связь оборвалась.

И оборвалась как-то резко. Не просто положили трубку, а пальцем нажали на кнопку.

Не зная, о чем и думать, я некоторое время стоял и смотрел на трубку в руке, а затем вспомнил про спагетти, положил трубку на рычаг и вернулся на кухню. Выключил газ, вывалил спагетти в дуршлаг, полил томатным соусом, подогретым в маленькой кастрюльке, и съел. Из-за этого несуразного телефонного звонка спагетти оказались уже слишком мягкими, хотя и не совсем разварившимися, но я был слишком голоден, чтобы придираться к тонкостям приготовления спагетти. Под звуки радио я медленно отправил в желудок все двести пятьдесят граммов.

Пока я мыл тарелку и кастрюлю, в чайнике закипела вода, и я заварил чай из пакетика. Попивая чай, я мысленно прокрутил в голове недавний телефонный разговор.

Понять друг друга?

Зачем, собственно говоря, она мне звонила? И кто она такая?

Какая-то загадочная история. Не припомню, чтобы мне когда-нибудь звонили неизвестные женщины, да и представить, что ей от меня нужно, я не мог.

В любом случае, решил я, у меня нет ни малейшего желания понимать какую-то там неизвестную мне женщину. Что мне от этого проку. Самое важное для меня сейчас — найти новую работу. А затем начать новый цикл собственной жизни.

И все же, вернувшись в гостиную на диван, чтобы почитать взятый в библиотеке роман Лена Дейтона, я время от времени бросал взгляды на телефон. Мысль о том, что же можно понять за десять минут, не давала мне покоя. Как можно понять друг друга за десять минут?

Если так подумать, женщина с первых слов ограничила время десятью минутами. Мне показалось, что она была довольно уверена, ставя именно такое ограничение по времени. Вероятно, девять минут было слишком мало, а одиннадцать слишком много. Точно как для спагетти al dente.

Погрузившись в эти мысли, я перестал улавливать ход повествования в романе, поэтому решил сделать несколько упражнений и погладить рубашки. Когда у меня неразбериха в голове, я часто занимаюсь глажкой рубашек. Уже давно у меня так заведено.

Весь процесс глажки рубашки разделен на двенадцать частей. Начиная с воротника (1) (внешняя часть), заканчивая манжетой (12) (левый рукав). Я никогда не отклоняюсь от этого порядка. Пересчитывая номера, я разглаживаю рубашку по порядку. В противном случае отгладить как следует не удается.

Наслаждаясь шипением пара и специфическим запахом горячего хлопка, я выгладил три рубашки, проверил, не осталось ли складок, и развесил их на вешалках в шкафу. Когда я выключил утюг и убрал его вместе с подставкой в кладовку, моя голова значительно прояснилась.

Мне захотелось пить, я пошел на кухню, и тут опять зазвонил телефон. Ну и ну, подумал я. Немного замялся, не зная, пойти ли мне на кухню или вернуться в гостиную, но в результате решил вернуться и снять трубку. Если перезванивает та женщина, я скажу, что сейчас глажу, и повешу трубку.

Однако звонила моя жена. Часы на телевизоре показывали половину двенадцатого.

— Все в порядке? — спросила жена.

— В порядке, — сказал я с облегчением.

— Чем занимался?

— Гладил.

— Что-то случилось? — спросила она.

В ее голосе послышались едва уловимые нотки напряжения. Она прекрасно знала, что я всегда глажу, когда чувствую себя растерянно.

— Ничего. Просто решил рубашки погладить. Но ничего не случилось, — сказал я, сел на стул и переложил телефонную трубку из левой руки в правую. — А что ты звонишь?

— Я по поводу работы. Кажется, наклевывается одна работенка.

— Хм, — сказал я.

— Ты же умеешь писать стихи?

— Стихи? — переспросил я с удивлением. — Стихи? При чем тут стихи?

— Издательство, где работает один мой знакомый, выпускает литературный журнал для молодых девушек, они ищут человека, который будет отбирать рукописи и редактировать стихи. Также нужно ежемесячно писать по одному стихотворению, открывающему рубрику. Ничего сложного, а платят неплохо. Конечно же, это работа временная, однако, если все сложится удачно, они, может, предложат тебе редакторскую ставку и…