Ничья по-английски - Юлия Петрова

Мне было жизненно важно создать хорошее впечатление!

С каждой минутой он нравился мне все больше и больше. Я даже (о, позор!) незаметно бросила взгляд на его руку — проверить, есть ли там кольцо. Отлично! Палец был чист. Роджер моей «инспекции» не заметил.

— Да уж, далеко, — сказал он. — И хозяин клуба это знает. Он пообещал приехать завтра утром. Так что я остаюсь тут на ночь. А ты?

«Он остается на ночь!», — эхом прозвучало у меня в голове.

— Я возвращаюсь в Лондон, я там живу.

— Похоже, в Лондоне живут все важные люди. Мне стоит задуматься о переезде, — Роджер подмигнул.

Было не ясно, кого он имеет в виду — меня, хозяина «Эдема» или кого-то еще. Но чем дальше, тем больше мне хотелось пропустить следующий автобус.

— Ты хочешь уехать сейчас или, может быть, пообедаем вместе? Я имею в виду не здесь, а где-то в приличном ресторанчике в городе, — сказал Роджер.

О, я думала он уже никогда не спросит!

— Можно, — я постаралась отвечать спокойно и с достоинством, несмотря на то, что внутри уже полностью растаяла.

— Отлично. Моя машина припаркована возле клуба. Пойдем, Мария.

Машина оказалась двухместным спортивным «мерседесом». Я с готовностью прыгнула на пассажирское сиденье. Вот уж действительно — никогда не знаешь, как закончится твой день. Верь в лучшее и всегда будь готова к чуду!

Кембридж меня глубоко впечатлил. Будучи человеком образованным, я знала о нем довольно много. Но, как говорится, лучше один раз увидеть. Все эти дома и университетские кампусы стоили отдельного экскурсионного тура.

— Извини, я не местный, ничего тут не знаю, — объяснил Роджер. — Куда же нам поехать?

Ему потребовалось минут десять, чтобы найти путь в центральную часть города. Мы припарковались и отправились на поиски подходящего места для обеда… или это было все же свидание?

Наконец, мы решили обосноваться в «Nandos». Это оказался премилый ресторанчик, в меню которого преобладала курятина. Отыскав укромный уголок, мы заказали несколько вкуснейших куриных салатов, бутылку вина и разговорились…

Очень скоро я уже чувствовала себя так, будто знаю Роджера всю жизнь. Казалось немыслимым, что мы встретились только сегодня. Он был моим идеалом мужчины — умным, привлекательным, с чувством юмора. И даже тот факт, что он старше, больше не казался недостатком. Если быть точнее, оказалось, что Роджеру 43 года — так он мне сказал. Это давало нам немалую разницу в возрасте — 18 лет. Он бы мог быть моим отцом!.. И я бы умерла за то, чтобы он меня понянчил.

— У тебя очень хороший английский! — заметил он.

— Рада это слышать. Но, конечно, я могу иногда ошибаться, — сказала я игриво.

— Со мной ты пока не ошиблась, — сказал он.

Расслабленная вином, я открыла ему свою душу. Я рассказала о своих потерях на Украине, о бесплодных попытках найти место в Англии. Я даже поведала ему истинную причину своего визита в «Эдем», и Роджер поднял тост за мой успех. Он был таким понимающим! Я бы с удовольствием нырнула к нему в объятия и оставалась там как можно дольше. Это было уже даже не сексуальное влечение — я всего лишь хотела наслаждаться его теплыми прикосновениями, которые, я знала, он — и только он — может мне подарить.

Я пропустила следующий автобус, и еще один. Наконец, Роджер сказал:

— Моя фирма забронировала мне отель, так что, если хочешь, можешь остаться со мной на ночь, а домой вернуться завтра.

Я кивнула, что было однозначным «да». Мы оба знали — провести эту ночь вместе нам предначертано свыше.

Контрольный звонок подтвердил, что офис фирмы «Unique Fitness», на которую работал Роджер, забронировал комнату в «Travelodge». Записав адрес, Роджер абсолютно точно дал понять, что мы остаемся вместе.

Мы просидели в ресторане до темноты, а затем, опьяневшие и объединенные нашими приключениями, отправились к машине. Забыв, где припарковались, мы долго не могли ее найти. Эти поиски нас еще больше объединили. Идя по улице, мы периодически, как бы невзначай, касались друг друга — до тех пор, пока Роджер просто не положил руку мне на талию.

Наконец машина нашлась. Мы не целовались внутри, так как не хотели испортить волшебство момента. Мы предвкушали. И в воздухе разлилось некое волшебство.

Поскольку Роджер действительно не знал Кембридж и был, по правде говоря, совсем не трезвый, мы заблудились и принялись нарезать круги по городу.

— А вот это обезьянье дерево — так мы его называем, — Роджер указал на какое-то очень уж странное растение. — Не надо, не говори, я знаю, что ты с большим удовольствием увидела бы гостиницу. Сейчас я тебя туда доставлю.

Его милое бормотание безмерно умиляло меня. Я готова была слушать это снова и снова.

Наконец, показался «Travelodge».

Уставшие, мы были безумно рады добраться-таки до места.

Мне захотелось тут же нырнуть в постель и покрепче прижаться к Роджеру. Глупо? Да. Но для меня очень важно было слышать биение его сердца.

Роджер одолжил мне свою футболку «Hugo Boss». И, наконец, мы оказались в одной постели.

Прежде чем я успела о чем-то подумать, Роджер придвинулcя ко мне.

— Иди сюда, — сказал он.

Мы поцеловались, дав волю всему нетерпению, которое накопилось за вечер. Моя усталость немедленно улетучилась. Теперь я хотела только одного — прикасаться к нему, обнимать его и полностью отдаваться ему. Той ночью мы занимались любовью с особой нежностью. Это был самый красивый и трогательный акт, который я когда-либо переживала. Роджер дотрагивался до меня так осторожно, будто я была сделана из хрусталя. Даже когда он вошел в меня, я ощутила только негу. В моих глазах стояли слезы счастья. Как что-то может быть столь идеальным?

Мы заснули одновременно, я на нем, и его тихое дыхание убаюкивало меня всю ночь.

* * *

Утро отрезвило и испугало. В свете нового дня все казалось менее романтичным, но очень пугающим. Прежде всего, мы не предохранялись — первый раз в жизни я нарушила свое железное правило заниматься только безопасным сексом.

Я всегда считала, что после случайной ночи с незнакомцем наутро лучше всего просто молча уйти. Никаких слез, никаких сожалений, никаких обязательств. Но теперь я не могла так поступить. Я бы никогда себе не простила, если б вот так просто оставила этого мужчину. Он был обезоруживающе прекрасен — даже когда спал!

Я не надеялась как-то продолжить нашу случайную связь. Я не собиралась очаровывать Роджера, чтобы привязать его к себе и все такое. Я вообще не знала, есть ли у него кто-то или нет. Чего обманывать себя — отсутствие обручального кольца совершенно ничего на означало. Действительно, разве такой замечательный человек мог быть один? Стоило раньше думать! Идиотка! Я уже ненавидела себя за то, что оказалась такой слабой и позволила всему случиться.