Наш человек в Мьянме - Петр Козьма

В 19 веке, когда британцы начали завоевывать территорию современной Мьянмы, они предпочитали делать это руками солдат-индусов, поскольку Индия давно уже была британской. Индусов в Мьянме традиционно называли «кала», и многие мьянманцы выводят это название из бирманского словосочетания «ку-ла», которое можно перевести примерно как «пересечь и приехать». В самом деле, большинство индусов приплывало в Мьянму по морю, и для этого им надо было пересечь Бенгальский залив. А потом, когда с индусами начали прибывать их немногочисленные светлокожие начальники, жители бирманской глубинки на полном серьезе считали, что это тоже индусы, только какой-то особой, белой породы. Поэтому если индусы именовались «кала», то британцы — «кала-пхью», то есть «белые индусы».

Если даже Миклухо-Маклай в одиночку умудрился существенно обогатить лексикон окружавших его папуасов, то понятно, что британское завоевание Бирмы оставило множество следов в бирманском языке. Один из них — «калатет». Это тоже словосочетание: «кала» — это название уже известных нам индусов, «тет» — «приближаться». Говоря современным языком, калатет — это система оповещения людей при возникновении чрезвычайных ситуаций, элемент местной гражданской обороны, история которого насчитывает не одну сотню лет.

Сам калатет представляет собой длинный, примерно в человеческий рост или чуть длиннее, выдолбленный изнутри деревянный чурбан, чаще подвешенный, реже — установленный вертикально на специальной подставке. Для ударов в него используется специальная колотушка, внешне напоминающая бейсбольную биту. Иногда в калатет лупят и обычной увесистой железякой типа куска рельса. Именно такие калатеты и были установлены, вернее, подвешены около пограничных постов мьянманцев, чтобы часовые могли сигнализировать о приближении неприятеля.

Звуки калатета — низкие и гулкие. Именно поэтому они не уходят вверх, как звон колокола, а стелются по земле, огибая рельеф местности. Они слышны везде, а это особено важно, если нужно предупредить людей об опасности. Как правило, на далеких от границы территориях Мьянмы калатеты находятся в деревенских монастырях, многие из которых расположены на возвышении, поэтому гулкие звуки ударов «сползают» вниз, а складки рельефа местности естественным образом усиливают их звучание.

Самое главное в калатете — это подбор древесины. Дерево должно быть сухим, но при этом не потрескавшимся — это главное требование. Некоторые породы сухого дерева в Мьянме хорошо резонируют и проводят звук. Для достижения лучшего эффекта мастера выдалбливают в бревне дупла с внутренними полостями, которые служат чем-то вроде звукоусилительной техники; тот, кто пробовал кричать в сводчатых пещерах, поймет, о чем я. Иногда калатеты украшают деревянными узорами: тогда, помимо функционального предназначения, он становится еще и элементом декора монастыря. Между прочим, техника резьбы на калатете — тоже специальная. Известно, что выступающие части препятствуют резонированию звука и глушат его. Поэтому узор должен быть «рупорообразным», с конусовидными и желобовидными углублениями.

Еще одна характерная особенность калатета — с возрастом он становится только лучше. Дерево становится более сухим, более монолитным (многие мьянманские бревна со временем приобретают почти каменную твердость, и в них проблематично забить гвоздь), а это дает громкий «сочный» звук, сопровождаемый долгим гулом. Именно поэтому по калатету вполне можно судить о древности монастыря. А если звук калатета слышен на большом расстоянии, местные жители им гордятся. Бирманцы рассказывают, что когда они посещают родственников в соседней деревне и слышат доносящиеся издалека звуки «родного» калатета, а у каждого калатета, как и у каждого колокола, свой неповторимый узнаваемый звук, сердца их наполняются гордостью. Нередко удары в калатет — повод для обсуждения и спора, в какой деревне он звонче и мощнее.

Изначальное повседневное предназначение калатета, впрочем, не было связано с информированием населения о приближении врагов. Простенькие калатеты, подвешенные на деревьях возле края рисовых полей, служили для отпугивания птиц; такие калатеты имеют и другое название — «он моун». Перемещаться по залитому водой рисовому полю с вязкой илистой почвой всегда очень проблематично, и если бирманец видел севших на поле птиц, он не делал попыток побежать к ним и разогнать, а просто брал в руку дубинку и бил в калатет.