Девушка и призрак - Софи Кинселла

Проснувшись на следующее утро в восемь утра, я ощутила себя заново родившейся. Долой депрессию, фотографию Джоша, зажатую в мокрой от слез руке, бутылку водки на полу и беспрерывно крутящийся диск Аланис Моррисетт…

Ну, ладно, ладно. До такого состояния я скатывалась лишь раз.

Зато посмотрите на меня сегодня! Энергичная. Бодрая. Глаза подведены безупречно. Блузка хрустит от свежести. А я готова вступить в новый день, выследить Джоша и вернуть его обратно. На всякий случай я даже заказала такси.

Сэди в кухне. Сидит себе за столом, в очередном сногсшибательном платье. На сей раз платье розовато-лиловое, с кружевными вставками, эффектно ниспадающее с плеч.

— Ух ты! — не могу я сдержать восхищения. — Откуда у тебя все эти наряды?

— Разве оно не прекрасно? — Сэди очень довольна собой. — Знаешь, это очень просто. Стоит мне представить определенное платье, как оно тут же появляется на мне.

— Это, наверное, одно из твоих любимых?

— Нет. Но я всегда о нем мечтала. Оно принадлежало одной знакомой по имени Сесили.

— Ты стащила ее платье? — прыскаю я. — Попросту украла?

— Ничего я не украла. Что за чушь.

— Откуда ты знаешь, — подкалываю я ее, — возможно, она тоже стала привидением, хотела сегодня надеть это платье, а теперь сидит где-нибудь и рыдает.

— Все устроено по-другому, — ледяным тоном отвечает Сэди.

— Раз так, то представь себе ожерелье! Вообрази его, и оно появится. Закрой глаза, сосредоточься…

— Ты всегда такая тупая? — обрывает меня Сэди. — Думаешь, я не пробовала? Я и свою меховую накидку с капюшоном пыталась представить, и бальные атласные туфли тоже, но все бесполезно. Понятия не имею почему.

— Наверное, ты можешь носить только призрачную одежду, — произношу я после некоторого раздумья. — Одежду, которой больше нет. Которая порвалась, истлела, что-то в этом роде.

Мы обе разглядываем розовато-лиловое платье. Даже жалко, что оно истлело. Зачем я только заговорила об этом?

— Итак, ты готова? — меняю я тему разговора. — Если поторопимся, то застанем Джоша дома. Ну давай же. Поехали! — Я хватаю ключи и нетерпеливо поворачиваюсь к Сэди.

— Господи! Какие у тебя мощные руки, — бормочет она. — Я раньше не замечала.

— Ничего подобного, — обижаюсь я и демонстрирую ей бицепсы. — Мускулы как мускулы.

Сэди испуганно отскакивает.

— Даже хуже, чем я думала. — Она самодовольно смотрит на свои тощие белые ручонки. — А вот я всегда могла похвастаться изящными руками.

— В наши дни, знаешь ли, другие каноны красоты, — сообщаю я. — Мы ходим в тренажерные залы. Ты готова? Такси прибудет через минуту.

Раздается звонок. Я снимаю трубку домофона.

— Привет! Я уже спускаюсь.

— Лара, дорогая, это папа. И мама. Просто решили навестить тебя. Подумали, что как раз успеем застать тебя до работы.

Папа с мамой? И что значит «решили навестить»? Мама с папой никогда не навещают меня просто так.

— О… прекрасно! — вымученно восклицаю я. — Как раз собралась выходить.

Я выскакиваю из дома и натыкаюсь на родителей. Мама прижимает к груди цветочный горшок, у папы в руках огромный пакет из магазина «Холланд энд Барретт».[9]Заметив меня, предки расплываются в фальшивых улыбках, как будто встречают чокнутую, сбежавшую из дурдома.

— Лара, дорогая, — папа пристально вглядывается в меня, — ты не отвечала ни на звонки, ни на сообщения. Мы так волновались!

— Ох. Простите меня. Столько дел навалилось.

— Как все прошло в полицейском участке? — Мама пытается скрыть панику.

— Отлично. Они записали мои показания.

— О, Майкл! — Мама зажмуривает глаза.

Папа обеспокоен ничуть не меньше маминого.

— Ты действительно думаешь, что двоюродную бабушку Сэди убили?

— Послушай, папа, все это ерунда, — убеждаю я. — Не надо переживать.

Мамины глаза расширяются.

— Витамины, — говорит она и начинает рыться в пакете. — Я спросила в аптеке насчет… отклонений… и лавандовое масло… а еще от стрессов помогают зеленые растения… ты можешь с ним разговаривать! — Она пытается всунуть мне горшок.

— Не нужно мне никакого растения! Я забываю их поливать, и они дохнут.

— Ладно, обойдемся без растения. — Папа многозначительно глядит на маму. — Но конечно, у тебя стресс, а тут еще и твой бизнес, и этот Не-будем-говорить-кто…

Скоро они запоют совсем по-другому. Когда мы с Джошем поженимся, они поймут, что все это время я была права. Но пока лучше попридержать язык.

— Папочка, — я терпеливо улыбаюсь, — я же говорила тебе, что и думать о нем забыла. Это ты постоянно поминаешь его всуе.