Да здравствует сладкая месть! - Сара Райнер

В следующую субботу Орианна и Дэн делали покупки в Ковент-Гардене. Орианна, решившая промотать свою будущую прибавку, истратила ее раньше, чем получила. И теперь виновато сравнивала свои четыре пакета с единственным пакетом Дэна.

– Если тебе что-нибудь понравится, я сделаю подарок к твоему дню рождения. Есть какие-то идеи?

Дэн поколебался, прежде чем признаться:

– Знаешь, что я действительно хотел бы? Часы. – Он поднял руку. – Я обходился этими, но мне они не очень нравятся.

– Согласна.

Хотя она не говорила этого вслух, все же его жуткие «Свотч» были ей совсем не по вкусу.

– У меня есть хорошие антикварные часы, подарок дяди, но я по ошибке искупался в них в море, и соль попала в механизм.

– Часы – прекрасная мысль.

Орианна даже подпрыгнула. То, что Дэн будет повсюду носить с собой ее маленькую частицу, обрадовало Орианну. И тут она вспомнила недавнюю рекламу:

– По-моему, у «Пола Смита» есть часы.

– Но это так дорого!

– А! – отмахнулась Орианна и повела его к Флорал-стрит.

– Я буду креативным директором!

Орианна не сразу освоилась в полутемном помещении. Традиционные дубовые шкафы, стены, выкрашенные в приглушенные цвета, – дизайн магазина словно намекал на то, что он здесь был вечно. Атмосфера царила почти благоговейная. Она увидела отдел аксессуаров, решительно направилась туда и провела пальцем по стеклу. Ряд за рядом носков из чистой шерсти. Свернутые роликом галстуки из чистого шелка. Аккуратно сложенные трусы из чистого хлопка! Какое изобилие! Запонки всех цветов и форм, в границах хорошего вкуса. И в самом конце – витрина с часами. Ей очень хотелось выбрать самой. Но она сдержалась, твердя себе, что, несмотря на все предыдущие покупки (особенно странную, непонятного покроя рубашку, комментировать которую Орианна не стала), у Дэна все-таки было понятие о стиле.

Они быстро сузили выбор до двух часов.

– Какие бы ты предпочла? – спросил Дэн.

Орианна была довольна, что его интересует ее мнение. Те, что в углу, на голубом замшевом ремешке, отличались кремовым циферблатом, на нем были четыре цифры – три, шесть девять и двенадцать. Вторые лежали на красном пятнистом носовом платке. Ей не понравился фиолетовый ремешок из крокодиловой кожи, но циферблат, с обычными римскими цифрами на белом фоне, был предпочтительнее.

– Эти.

– Не возражаешь против ремешка?

– Его всегда можно сменить.

Орианна повернулась к продавцу, находившемуся поблизости:

– Как вы считаете?

– Боюсь, у нас нет ничего, что подошло бы именно этой модели.

– Вот как…

Продавец кашлянул и произнес:

– Мы могли бы заказать для вас.

– Мы хотели купить именно сегодня.

– Циферблат напоминает о тех, которые у меня были, – заметил Дэн и добавил: – Знаешь, я очень люблю фиолетовый.

Орианна прикусила губу. По ее мнению, ремешок должен быть из черной или коричневой кожи или растягивающимся, хромированным, чтобы хоть с чем-то сочетаться. «Но это его подарок», – напомнила она себе и повернулась к продавцу.

– Мы их возьмем. Дэн, а ты должен подождать своего дня рождения.

– Я тебя люблю! – воскликнул он и чмокнул ее в щеку.

Сердце Орианны пропустило удар. Он глуповато уставился на нее. Очевидно, Дэн впервые в жизни произнес эти слова, и если ей придется смириться из-за аляповатого ремешка от часов, чтобы услышать их, она не возражает.

– Что она сказала? – ахнула Хлоя так громко, что ее мать повернулась и грозно уставилась на дочь.

Роб и Хлоя сидели в церкви на Чизуик-Грин, ожидая прибытия невесты. Брат Хлои уже нервно переминался с ноги на ногу у алтаря. Роб наклонился к Хлое и прошептал:

– Айви сказала мне, что Дэн бисексуал. Мол, у нее есть достоверное свидетельство, что Дэна видели в гей-клубе. До того, как он стал встречаться с Орианной, но все же…

Хлоя ответила не сразу. Поморгала, прежде чем тихо ответить:

– Может, просто пошел туда развлечься. Я там бывала чаще, чем следовало бы, а я не гей.

– Значит, ты самая большая извращенка из всех, кого я знаю!

– Тише, – прошипела мать Хлои.

Роб и Хлоя опустили головы и замолчали. Но долго Роб не мог вытерпеть. Как бы ни просила Айви молчать, Хлое можно сказать все: через два дня она улетает в Нью-Йорк. Он достал из кармана пиджака авторучку. «Дэна видели с геем», – написал он на программке.

– Их видели, когда они вместе уходили из клуба.

– Черт подери, – промолвила Хлоя.

У входа послышались тихие голоса и шорохи. Органист заиграл знакомую мелодию, и Роб вытянул шею поверх многочисленных шляп, от модных и ярких (их поколение) до элегантных и эксцентричных (поколение матери Хлои), чтобы лучше видеть.