Девушка жимолости - Эмили Карпентер

– Началось с того, что я брал несколько пузырьков из разных ее заначек и передавал их твоей маме.

– Хочешь сказать – продавал.

Он неопределенно пожал плечами.

– Она ведь платила тебе? Наличными? – мне нужны были все подробности.

– Да вроде. Точно не помню.

– А ты подумай.

– Да, платила наличными.

– Лжешь. – Я повернулась к Джею: – Он лжет. Звони его жене.

– Не надо…

Я наклонилась вперед:

– Отец держал маму на коротком поводке. Давал ей денег ровно столько, чтобы хватило на продукты, химчистку и почтовые расходы. Ей приходилось сохранять и показывать чеки. Так что у нее не могло быть лишних денег на таблетки.

Роув сглотнул, кадык перекатывался вверх-вниз, как поплавок на конце лески.

– Хватит вешать мне лапшу на уши, Роув.

– Ладно, – сказал он. – Но никому ни слова. Это целая сеть, понимаешь? Много людей. – Он уронил голову, сквозь торчавшие слипшиеся потные волосы просвечивал затылок.

Я почувствовала, как у меня внутри что-то тихонько зажужжало. Как будто слабый электрический ток. Дело сдвинулось с мертвой точки. Наконец.

Роув говорил, обращаясь к ковру:

– Твой отец – Элдер – договорился обо всем с моей мамой. Думаю, у них что-то было.

Я похолодела.

– Я не знаю, платил ли он ей, или они как-то по-другому договорились. – Он откашлялся. – Я знаю, что оба не хотели непосредственно в этом участвовать. В смысле, что он был генеральным прокурором, а она – местной светской львицей. Поэтому грязную работу приходилось выполнять мне. Мама давала мне таблетки, я должен был после школы встретиться с Трикс на парковке и отдать, вот так.

– А что там Вэл Вутен говорила? – спросила я. – Что моя мама связалась с каким-то подростком? Это же ты был? Ты же не просто каждые две недели отдавал лекарство? Между вами было что-то еще.

Лицо у него вдруг стало глупым, как у мальчишки, а уголок рта непроизвольно приподнялся.

– Я ей нравился, что тут такого? Она всегда заговаривала со мной на парковке. Спрашивала, могу ли я прокатить ее по округе, мы и катались время от времени. Ей очень нравилось на природе.

Я закатила глаза, но меня переполняло отвращение. Как могла мама проводить время с этой тварью? Как могла быть такой глупой?

– Она рассказывала о разном, – продолжал он. – О своем детстве и своей маме.

Нервы мои были уже на пределе.

– О чем, например?

– Она рано осталась без матери. В пять или шесть лет, кажется. Ее маму отослали в Причард. Трикс тяжело это переживала.

– Почему ее отослали в Причард? – спросил Джей.

– Я не помню. Кажется, она была больна или что-то в этом роде. Может, шизофрения.

Вот, опять шизофрения, общий знаменатель…

– Она рассказывала тебе что-то об Элдере? – спросила я. – Об их отношениях?

– Только то, что ты и сама подозреваешь: что он контролировал ее. Что был жестким с ней, с тобой, а Уинна баловал. – Он заморгал, глядя на меня. – Она сказала, у них никогда не было секса.