Веселые истории про Антона Ильича (сборник) - Сергей и Дина Волсини

– А где девушка?

– В номере, – уверенно отрапортовал Антон Ильич. – Спит.

К трем часам он продрог насквозь. Хуже уже не будет, рассудил Антон Ильич и отправился в номер. Он бесшумно открыл дверь, мышкой скользнул в прихожую и на цыпочках пошел в гостиную, намереваясь устроиться там на своем диванчике. Но его остановил громкий голос Татьяны:

– Антон! Ну где ты ходишь? Иди сюда!

Антон Ильич замер, будто застигнутый на месте преступления, помедлил немного, развернулся, пошел к спальне, взялся за ручку и приоткрыл дверь.

В комнате было тепло, мягким светом горел торшер. Посреди кровати полулежала Татьяна. На ней было нижнее белье черного цвета, на ногах чулки с подвязками и туфли на каблуках.

– Ну сколько тебя можно ждать?

В понедельник, едва Антон Ильич зашел в свой кабинет, за ним вбежала Людочка и тревожно заговорила:

– Алексей Евсеич сегодня пришел в офис ни свет ни заря, говорят, из аэропорта сразу сюда приехал, и всем, кто опоздал хоть на минуту, такое устроил! Он и к нам заходил. Но у нас-то, тьфу-тьфу-тьфу все нормально, я с полдевятого на месте, девочки тоже сегодня все без опозданий пришли. Он просил вас зайти к нему, когда придете. Но я думаю, Антон Ильич, может, вам лучше больничный сегодня взять? А завтра, когда все успокоится, пойдете?

Антон Ильич не успел ничего ответить. На его столе зазвонил телефон, на экране высветилось имя Алексея Евсеича, и он схватил трубку.

– Антон, зайди ко мне.

Глаза у Людочки округлились от ужаса. Знай она, из-за чего был так зол Алексей Евсеич, она испугалась бы еще больше. Но об этом знал лишь Антон Ильич.

Он и в мыслях не имел крутить шашни за спиной Алексея Евсеича. Не в его правилах было ухлестывать за девушкой своего друга, а тем более, за девушкой своего начальника. И пусть Татьяна не была Алексею Евсеичу ни девушкой, ни женой, ни даже подругой, это ничего не меняло. Антон Ильич себя не оправдывал и пощады от начальника не ждал.

Татьяну до Москвы он довез, как и договаривались. В аэропорту они попрощались, и, как решил для себя Антон Ильич, навсегда. Татьяна же весело обронила на прощанье:

– Соберешься еще на карнавал ехать, зови. Мне понравилось!

И вот теперь он молча положил на стол Алексея Евсеича карточку и стоял, опустив голову. Алексей Евсеич и впрямь был не в духе. Не поднимая головы, он кивнул на распечатку, лежащую перед ним, и рявкнул:

– Когда вы столько накупить успели, я понять не могу? Там что, магазины для вас специально открывали что ли?

Антон Ильич помотал головой.

– Ты сумму-то вообще видел?

Антон Ильич кивнул.

– И что?

Антон Ильич смотрел в недоумении. Неужели Алексей Евсеич злится только из-за денег?

– Так вы же сами мне карточку передали…

– Передал.

– Я думал, вы собирались ей купить…

– Собирался. Но не столько же! – страдальчески выкрикнул Алексей Евсеич. – Если каждая командировка мне будет во столько обходиться, так я скоро вообще никуда ездить не буду.

У Алексея Евсеича зазвонил телефон.

– Да, Рита, – ответил он, не меняя раздраженного тона. – Да, это я Париж отменил. Вы с Анечкой никуда не едете. Потому. Потому что я соскучился по вам. Будем дома восьмое марта отмечать. Как обычно.